WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 |

«НАКАЗАНИЕ ПО МУСУЛЬМАНСКОМУ УГОЛОВНОМУ ПРАВУ: ПОНЯТИЕ, ЦЕЛИ, ВИДЫ ...»

-- [ Страница 1 ] --

Московская государственная юридическая академия

На правах рукописи

МАХАРАМОВ ЯХЬЯ АЛЯНОВИЧ

НАКАЗАНИЕ ПО МУСУЛЬМАНСКОМУ

УГОЛОВНОМУ ПРАВУ: ПОНЯТИЕ, ЦЕЛИ, ВИДЫ

12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

Диссертация

на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Научный руководитель:

доктор юридических наук, доцент Г.А. Есаков Москва – 2009 Содержание Введение

Глава I. Общая характеристика мусульманского уголовного права и уголовно наказуемого деяния в его структуре

§ 1. Мусульманское уголовное право на современной правовой карте мира

§ 2. Общая характеристика уголовно наказуемого деяния и его последствий по мусульманскому уголовному праву

Глава II. Понятие и цели наказания по мусульманскому уголовному праву

§ 1. Понятие наказания

§ 2. Цели наказания

Глава III. Система и виды наказаний по мусульманскому уголовному праву

§ 1. Общая характеристика системы наказаний

§ 2. Наказания за преступления категории худдуд

§ 3. Наказания за преступления категории кисас

§ 4. Наказания за преступления категории тазир

§ 5. Наказания, применяемые к несовершеннолетним

Заключение



Библиография

ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования. В начале VII в. в пустынях Аравии возникла новая религия, которой было суждено поколебать основы устоявшегося к тому времени мирового порядка. Всего лишь через несколько столетий небольшая горстка последователей мекканского купца Мухаммеда превратилась в громадное государство, раскинувшееся от Пиренеев до Индии. Это государство, Арабский халифат, просуществовав определенный исторический отрезок времени, исчезло, оставив после себя громадный культурный слой, но, что более важно, исчезло, сохранив и развив новую религию – ислам.

Ислам по праву считается одной из мировых религий. С сердцем в пустынях Аравии мусульманский мир простирается от Индонезии на востоке и до Сенегала на Западе и от России на севере до Мозамбика на юге, охватывая на сегодня по меньшей мере шестую часть человечества. Вместе с тем вплоть до сегодняшнего дня ислам часто представляют односторонне и примитивно, как религию фанатиков и изуверов. Это по меньшей мере неправильно, а точнее – является сознательным искажением истины. Ислам является прежде всего религией, а любая подлинная религия первой своей задачей рассматривает наставление человека на путь добра и предостережение от заблуждений в словах и деяниях.

Ислам, взятый в культурно-историческом срезе, никогда не ограничивался (как и любая иная религия) вопросами веры; он оказал влияние на развитие культуры, общества, государства и права.

Право в исламе занимает особое место. Ислам – это религия закона как свода обязательных правил поведения. Эти правила поведения пронизывают всю жизнь мусульманина, и особое место среди них занимают собственно правовые нормы, в том числе уголовно-правовые.

Мусульманское уголовное право – особое явление среди уголовноправовых систем современного мира. Оно знало свои падения и взлеты, оно часто (разделяя судьбу ислама) подаётся как наследие самых варварских веков, однако существует и применяется сегодня во многих государствах исламского мира практически в том самом виде, в каком оно было зафиксировано Мухаммедом, его сподвижниками и последователями.

Почти полуторатысячелетняя история мусульманского уголовного права, неизменность его основных постулатов, их жизненность в современную эпоху, ренессансные тенденции мусульманского уголовного права в современном мире предопределяют сравнительно-правовой интерес к этой тематике.

При этом историческое развитие мусульманского уголовного права показывает, что все основные вопросы уголовного права здесь связаны не с с институтом преступления, а с институтом наказания. Именно с его помощью можно раскрыть социально-правовую сущность мусульманского уголовного права, увидеть его реальное действие, показать связь уголовного права с иными компонентами соционормативного регулирования. Наказание в мусульманском уголовном праве является основой к построению особой классификации преступлений, и именно следуя построению наказаний излагают исламские правоведы и древности, и современности основные вопросы уголовного права. Как показывает опыт последних десятилетий (Катар, Нигерия, ОАЭ, Судан и др.), именно от вопросов наказания, системы и видов наказания отталкивается современный законодатель в мусульманском мире, приступая к реформированию или кодификации уголовного права.

Соответственно, значимость проблематики наказания в мусульманском уголовном праве для теории сравнительного правоведения в области уголовного права и для изучения зарубежного уголовного права определяет актуальность выбранной темы диссертационного исследования.

Степень научной разработанности темы исследования. Различным вопросам мусульманского уголовного права уже уделялось внимание в российской уголовно-правовой науке и сравнительном правоведении.

Так, из числа общекомпаративистских работ следует указать труды Л.Р. Сюкийянена, А.Х. Саидова, М.Н. Марченко. Вопросы мусульманского уголовного права в целом получали освещение в работах сравнительноправовой направленности Г.А. Есакова, А.Г. Кибальника, В.А. Лихачева, А.В. Наумова и др.

За последние годы защищен ряд диссертаций, посвященных мусульманскому уголовному праву в целом (В.Ю. Артемов), отдельным институтам Общей части уголовного права (Абдалла Сафи, Елаян Гасан Фадель), криминологическим аспектам борьбы с преступностью в арабских странах (А.Б. Нуртазин, С.А. Старостина), уголовному праву отдельных исламских государств (Аль Халаса Ашраф, Амин Омар Ахмед, Сарфераз Вазирвал, С. Боронбеков, Набиль Абдельрахман аль-Асуми). Исследовались и вопросы наказания по мусульманскому уголовному праву (Рамез Ахмед Элайди, Халиль Хикмат Хусейн), хотя преимущественно в этих диссертациях рассматривался институт наказания в «европеизированном» уголовном праве ближневосточных стран.

Поэтому заявленная для настоящего исследования тема еще далека от полного и всестороннего освещения. Ряд диссертационных работ вследствие крайне общих тем, охватывающих все аспекты уголовного права в отдельно взятой стране, носит исключительно достаточно поверхностный описательный характер; в ряде случаев проводятся излишние параллели с российским уголовным правом, в особенности применительно к системе и видам наказаний; многим авторам (возможно, против их воли, поскольку они следуют отмеченным ранее оценкам мусульманского права как наследия «диких» веков) не удаётся избежать упреков в адрес мусульманского уголовного права в его варварской кровавой сущности. Особо следует подчеркнуть, что еще не получили должного самостоятельного освещения вопросы наказания в уголовном праве тех стран, которые придерживаются традиционных норм мусульманского права и не восприняли «европеизированные» уголовные кодексы.

Таким образом, вопросы наказания по действующему классическому мусульманскому уголовному праву еще представляют интерес для научного исследования.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследования выступает институт наказания по мусульманскому уголовному праву, взятый в единстве понятия, целей, системы и видов наказания в культурно-историческом, социально-религиозном и сравнительно-правовом аспектах.

Предметом диссертационного исследования являются:

– религиозные памятники мусульманского уголовного права;

– действующие нормы уголовного законодательства исламских государств, отражающие нормы классического мусульманского уголовного права;

– доктрина мусульманского уголовного права;

– доктрина сравнительного правоведения.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является раскрытие с исторических, доктринальных и практических позиций традиционного учения о наказании, его целях и видах в мусульманском уголовном праве и современного состояния института наказания, его целей и видов в странах, придерживающихся классических норм мусульманского уголовного права.





Достижение указанной цели предопределило постановку и решение задач:

– краткого изучения истории, источников и распространения мусульманского уголовного права в современном мире;

– исследования природы и последствий уголовно наказуемого деяния по мусульманскому праву;

– анализа понятия и признаков наказания как одного из религиозных в основе своей последствий совершенного деяния;

– изучения целей наказания;

– теоретического конструирования традиционной и современной систем наказания с выявлением их отличительных черт;

– описания существующих видов наказания с критическим анализом их применения;

– исследования вопроса о наказуемости деяний несовершеннолетних.

Методология и методика исследования. Методологическую основу диссертации составляют общенаучные методы познания (диалектический, системный, формально-логический, структурно-функциональный) и специальные методы познания (историко-правовой, сравнительно-правовой и др.).

Теоретическая основа исследования. В основу диссертации были положены отечественные и зарубежные работы по истории ислама как религии, труды по сравнительному правоведению, уголовно-правовая литература, диссертационные исследования как по уголовному праву, так и по мусульманскому праву в целом и его истории.

Эмпирико-правовой базой исследования стали памятники религии ислама, уголовное законодательство исламских государств и доктрина как источник мусульманского уголовного права, охватывающие период начиная с зарождения ислама в VII в. При ознакомлении с текстом уголовного законодательства мусульманских стран использовались издания уголовных кодексов указанных стран на русском языке, научная литература на иностранных языках, материалы, размещенные в сети Интернет.

Научная новизна исследования заключается в том, что оно представляет собой комплексное монографическое исследование института наказания по уголовному праву государств, придерживающихся традиционных (классических) норм мусульманского права, взятого в единстве понятия, целей, системы и видов наказания в культурно-историческом, социально-религиозном и сравнительно-правовом аспектах. В отличие от имевших место ранее исследований в диссертации предпринята попытка именно теоретического обобщенного анализа института наказания в классическом мусульманском уголовном праве, не ограничивающаяся отдельными странами исламского мира и объединяющая историю вопроса и современное его состояние в тех странах, которые придерживаются традиционных норм мусульманского права и не восприняли «европеизированные» уголовные кодексы.

Как итог диссертационного исследования на защиту выносятся следующие основные положения.

1. Мусульманское государство и право имеют собственный, отличный от других путь развития, который определила религия ислама. Вторжение «западной» (используя этот термин в самом широком ключе) цивилизации в мусульманский мир приводит к очевидным социальным конфликтам и потрясениям, тогда как сохранение традиционного уклада жизни, также способного ответить на вызовы современности, является залогом мирного сосуществования цивилизаций.

2. Следуя за мусульманско-правовой теорией в ее оценке Корана и Сунны как основных источников мусульманского права в целом и уголовного права в частности, а единогласного мнения авторитетов (иджма) и умозаключения по аналогии (кийас) – как собственно правовых источников, можно заключить, что указанные источники являются основными для мусульманского уголовного права. Идея закона как источника права не согласуется с таким подходом, поскольку полномочие правотворчества принадлежит единственно Аллаху, а светский законодатель не вправе создавать обязывающие правовые нормы.

Тем не менее, законодательство на настоящий момент является одним из важнейших компонентов мусульманской уголовно-правовой системы:

отражая уголовно-правовую доктрину той или иной школы либо сочетая взгляды нескольких школ, оно служит, с одной стороны, средством осовременивания права, а, с другой, способствует консервации мусульманских уголовно-правовых установлений. Традиционные источники права (Коран, Сунна, иджма, кийас) образуют основу для кодификации уголовного законодательства и вместе с тем являются важным вспомогательным средством в уяснении его содержания.

3. В зависимости от действенности мусульманского уголовного права в исламских государствах их можно разделить на две группы: первую будут составлять страны с мусульманским уголовным правом в качестве действующего права, что закреплено и подтверждено на законодательносудебном уровне (с отсутствием или минимумом современных западных по происхождению модификаций); вторую – страны, где прослеживаются лишь отдельные элементы мусульманской уголовно-правовой традиции (например, наказуемость употребления алкоголя), однако в целом уголовное право построено на европейских образцах уголовного законодательства.

4. В основе понимания уголовно наказуемого деяния по мусульманскому уголовному праву лежит рассмотрение человеческих поступков как имеющих здесь двойную значимость: за них полагается и кара на земле, и кара в загробной жизни. Это предопределяет акцент на религиозной составляющей преступления и влияет на земное наказание поступка.

5. Признаками наказания по мусульманскому уголовному праву являются религиозный характер, его применение как пример другим, личный характер, допустимость применения наказания лишь после совершения преступления, исправительность наказания, карательный характер, обязательность в его применении.

6. В мусульманском уголовном праве сохраняет свое значение исторически сложившаяся система наказаний, отражающая опасность преступления с точки зрения религиозных канонов и порядок назначения наказания.

В данной системе наказаний (применительно к преступлениям худдуд и кисас) отсутствует упорядочение видов наказаний по степени их тяжести, поскольку все наказания худдуд и кисас в равной мере исправительны, предупредительны и карательны; они равны, поскольку являются заповедями Аллаха.

При этом содержательно данная система наказаний представляет собой сочетание религиозного начала в наказуемости преступлений худдуд, обычно-правового начала в наказуемости преступлений кисас и государственно-правового начала в наказуемости преступлений тазир.

«Европеизированная» система наказаний позволяет, в свою очередь, уяснить отчасти системные связи видов наказаний, правила назначения последних и в особенности имеет значение в приложении к преступлениям тазир.

7. Наказания за преступления категории худдуд являются самым ярким отражением религиозного характера мусульманского уголовного права.

Защищая священные для ислама ценности, наказания худдуд являются прямым предписанием Бога, и человек не может отступать от них, не совершая, в свою очередь, преступления. При этом наказания худдуд, будучи несомненно жестокими с точки зрения западной (в том числе христианской) цивилизации, являются тем не менее неотъемлемым компонентом исламской цивилизации, отказ от которого угрожает стабильности последней.

8. Наказания кисас сохранили наиболее тесную связь с обычным правом аравийских племен домухаммедовского периода, что находит свое отражение в принципе талиона, выкупе за кровь (дийа), определяющей роли потерпевшего в процессе. Влияние современности на наказания кисас прослеживается в предоставлении государству права при отказе потерпевших от кисаса подвергнуть виновного наказанию тазир, которое в таком случае призвано отразить опасность совершенного деяния и опасность личности преступника.

9. В современных условиях наказания тазир являются предметом наибольшего внимания со стороны государственной власти, несущей ответственность за благополучие общества. Поскольку наказание тазир применяется в случае совершения преступлений, не подпадающих в категории худдуд и кисас, то данная группа преступлений является наиболее подверженной влиянию современности, изменяясь в зависимости от меняющихся условий жизни общества. Определяющая роль государства в применении наказания тазир привела к определенной «европеизации» этой группы наказаний. Вместе с тем мусульманскому уголовному праву еще далеко до однозначного решения многих вопросов назначения и исполнения наказания.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теоретическая значимость работы обусловлена тем, что она восполняет существующий пробел в части имеющихся в российской науке знаний об институте наказания в уголовном праве стран, придерживающихся традиционных (классических) норм мусульманского права.

Сформулированные положения и выводы могут быть использованы в дальнейшей научно-исследовательской работе как в области российского уголовного права, так и в области компаративных уголовно-правовых исследований. Результаты диссертационного исследования также могут использоваться при преподавании курсов российского и зарубежного уголовного права.

С практических позиций результаты диссертационного исследования, как отражающие современное состояние уголовного права в ряде мусульманских стран, являются значимыми для практических работников, сталкивающихся в своей деятельности с зарубежным уголовным правом, поскольку позволяют понять специфику института наказания в мусульманском праве, выявляют социокультурную специфику действия последнего.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические выводы и положения диссертационного исследования докладывались, обсуждались и получили положительную оценку на заседаниях кафедры уголовного права Московской государственной юридической академии, где диссертация выполнялась и рецензировалась.

В 2008–2009 гг. соискатель принимал участие в работе международных конференций «Уголовное право: стратегия развития в XXI веке» (Московская государственная юридическая академия), где были доложены результаты диссертационного исследования.

По теме диссертации соискателем опубликовано четыре статьи, в том числе в ведущем рецензируемом научном журнале, в котором должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученых степеней кандидата юридических наук.

Структура исследования предопределяется целями и задачами работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих в себя девять параграфов, заключения и библиографического списка основных работ.

–  –  –

§ 1. МУСУЛЬМАНСКОЕ УГОЛОВНО Е ПРАВО НА

СОВРЕ МЕННОЙ ПРАВОВОЙ КА РТЕ МИ РА

Мусульманское право представляет собой, вне всяких сомнений, уникальное юридическое явление на современной правовой карте мира. Его уникальность предопределяется наличием неразрывной связи между правом и религией. Однако не только это выделяет мусульманское право среди различных правовых семей, но и то, что мусульманское право сумело сохранить свою жизненность вплоть до сегодняшнего дня, охватывая в настоящее время в той или иной мере шестую часть населения земного шара.

Обусловлено это тем, что если другие мировые религии подвергались существенной секуляризации и потеряли былое могущество, то ислам сохраняет свое светское значение. Причины этого коренятся в самой природе данного религиозного учения. «Так как ислам, – пишет Ф.М. Денни, – является религией закона и не признает сколько-нибудь принципиального различия между религиозным и светским, все вещи рассматриваются им как подпадающие под Божественное законодательство»1. Аллах, говоря иными словами, указал верующим истинный путь (шари’а или в более привычном написании шариат), в соответствии с которым каждый мусульманин обязан строить свою жизнь.

Денни Ф.М. Ислам и мусульманская община // Религиозные традиции мира. В 2т. Т. 1. М., 1996. С. 9.

Термин шариат достаточно сложно раскрыть с позиций его соотношения с правом и религией, и в правовой науке мусульманских стран, в компаративистике встречаются самые разнообразные, доходящие до противоположных, точки зрения1.

Приступая к уяснению значения понятия шариат, следует подчеркнуть, что исходный тезис ислама тот же, что в иудаизме и христианстве: миром правит единый Бог (Аллах) и вера едина. Главное предписание ислама:

всегда вести себя по заветам Аллаха, к числу которых относятся, в частности, непременная ежедневная молитва, обязательный пост, регулярная раздача милостыни бедным, паломничество. «Коран, – отмечал В.Н. Кудрявцев, – прямо продолжает традиции иудаизма и христианства». В Коране тоже признаются такие добродетели, как милосердие, щедрость, совестливость, справедливость. Но «…в отличие от христианско-европейской этики, которую можно назвать этикой общих принципов, мусульманская этика есть этика конкретных норм». Моральные нормы здесь огранически вплетены в догмы и образы вероучений, которые должны неукоснительно соблюдаться, притом без каких-либо изменений2.

Отмеченная В.Н. Кудрявцевым «этика конкретных норм» находит свое отражение в шариате. В переводе с арабского это слово означает «прямой путь», «путь следования» или, если использовать язык времен Пророка, «путь к источнику» и используется в Коране «для обозначения начертанного Аллахом пути, идя которым правоверный достигает нравственного совершенства, мирского благополучия и может попасть в рай»3. Так, в Коране говорится следующее: «Потом Мы устроили тебя на прямом пути повеления.

Следуй же по нему и не следуй страстям тех, которые не знают» (Коран, суСм. подр.: Сюкийянен Л.Р. Мусульманское право. Вопросы теории и практики.

М., 1986. С. 7–64; Артемов В.Ю. Основные институты мусульманского уголовного права: дис. … канд. юрид. наук. М., 2008. С. 14–20.

См.: Кудрявцев В.Н. Преступность и нравы переходного общества. М., 2002.

С. 60.

Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М., 1997. С. 4.

ра 45 «Коленопреклоненная», аят 171). Как отмечает Б.Дж. Вайсс, «учитывая важность проторенной тропы к роднику для людей и животных в условиях засушливой пустыни, мы с легкостью поймем, почему мусульмане используют это слово в качестве метафоры для всего образа жизни, предписанного Богом. …Без руководства со стороны Бога люди не найдут правильного пути и будут обречены сбиться с правильной дороги, поскольку, насколько несомненно существование правильной дороги, настолько несомненно и существование неправильных. …Правильная дорога, шариат, образует целый образ жизни. Она охватывает правильные пути служения Богу, взаимоотношений с другими людьми, выбор правильного образа жизни и даже правильный образ мыслей и правильные верования»2.

Вместе с тем в науке достаточно часто имеет место смешение шариата с мусульманским правом. Так, к примеру, Рене Давид склонен отождествлять шариат с мусульманским правом: «Это право указывает мусульманину, как он должен в соответствии с религией вести себя, не различая, однако, его обязательств по отношению к тебе подобным (гражданские обязательства, подаяния бедным) и по отношению к Богу (молитва, пост и т.д.)»3. В данном случае налицо понимание автором шариата как совокупности правил поведения, сугубо практических норм, определяющих религиозные действия мусульманина (ибадат) и регулирующих взаимоотношения между людьми (муамалат). Однако в рамках такого восприятия шариата, получившего достаточно широкое распространение в литературе, хотя разделяемого далеко не всеми учеными4, он может считаться мусульманским правом Здесь и далее Священный Коран цитируется по изданию: Коран / пер. с араб.

И.Ю. Крачковского. М., 1990. 527 с.

Из других изданий Корана на русском языке следует отметить: Коран. Перевод смыслов и комментарии Иман Валерии Пороховой. 7-е изд. М., 2003. 800 с.

Вайсс Б.Дж. Дух мусульманского права. М.; СПб., 2008. С. 33–34.

Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности. М.,

1999. С. 308.

См. подр.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 31–64.

только в широком смысле слова, так как практические нормы шариата далеко не всегда связаны непосредственно с правом и подчас имеют исключительно религиозное и нравственное значение.

Отметим, что совсем неприемлемой, несоответствующей очевидным фактам представляется позиция, отрицающая за мусульманским правом статус «права», и сводящая его к одной из сторон религии ислама 1. Так, Р.Х. Гилязутдинова пишет, что мусульманское право «есть система религиозных установлений»2. При таком подходе игнорируется тот очевидный факт, что не всякая норма может быть названа религиозным установлением (например, технические нормы назначения и и исполнения наказания), и то, что за нормами, действующими в исламских странах, стоит государство с его возможностями принудить к исполнению нормы.

Более обоснованной представляется точка зрения, согласно которой шариат представляет собой достаточно широкую по своему охвату систему соционормативного регулирования, в которой предметами регулирования становятся различные стороны жизни человека (вопросы веры, культа и обрядов, повседневная жизнь, этические обязанности, отношения между мусульманами и мусульман с иноверцами и т.д.), при чем «шариат… исчерпывается положениями Корана и сунны»3. На этой основе мусульманскими правоведами, в свою очередь, создана, если можно так выразиться, «правовая надстройка», конкретизирующая изложенные в Коране и Сунне правила поведения в правовых нормах. По справедливому замечанию Л.Р. Сюкияйнена, «с точки зрения мусульманского права в широком смысле шариат правильнее представлять не как систему, включающую все конкретные правила поведения различных типов, а как общий ориентир, направление, цель, к См., напр.: Алексеев С.С. Теория права. М., 1994. С. 197–198; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. 3-е изд., перераб. и доп. В 2 т. Т. 1.

М., 2004. С. 453–454; Гилязутдинова Р.Х. Природа мусульманского права: дис. … канд.

юрид. наук. Уфа, 2001. С. 10–15, 18–46.

Гилязутдинова Р.Х. Указ. дис. С. 23.

Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 35.

достижению которой должен стремиться мусульманин. …Иначе говоря, шариат целесообразнее характеризовать не в качестве мусульманского права (в широком или юридическом смысле), а в качестве той основы, на которой мусульманское право… сложилось, в качестве общих рамок, в которые были заключены правовые нормы»1.

Правила шариата являются, таким образом, основной для появления соответствующих правовых норм. Чтобы стать непосредственно правовыми, нормы шариата нуждаются в определенной юридической доработке, однако степень такой доработки далеко не всегда одинакова. Часто нормы шариата копируются в право без каких-либо изменений, поскольку, оставаясь религиозными предписаниями, они сформулированы уже как готовые нормы права, в частности, уголовного. К примеру, широко известный стих Корана является по сути готовой к применению правовой нормой: «Прелюбодея, прелюбодейку – побивайте каждого из них сотней ударов. Пусть не овладевает вами жалость к ним в религии аллаха, если вы веруете в Аллаха и в последний день. И пусть присутствует при их наказании группа верующих», – сказано в Коране (сура 24 «Свет», аят 2). Однако такие примеры исключительны, и в большинстве случаев нормы права появлялись как следствие кропотливой работы юристов с положениями шариата.

Это требует краткого рассмотрения вопроса об источниках мусульманского права в целом и уголовного права в частности2.

Относительно источников мусульманского права и их системы у известных исследователей в области сравнительного права нет единства мнеСюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 55–56.

См. также: Вайсс Б.Дж. Указ. соч. С. 20–21, 33–42.

См. подр.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 65–79; Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Уголовное право зарубежных стран: учеб. пос. М., 2008.

С. 109–119; Марченко М.Н. Курс сравнительного правоведения. М., 2002. С. 1022–1033;

Марченко М.Н. Источники права. М., 2006. С. 744–755; Артемов В.Ю. Указ. дис. С. 29– 54; Талан М.В. Виды уголовно-правовых систем // Ученые записки Казанского государственного университета. Том 150, кн. 5: Гуманитарные науки. Казань, 2008. С. 224–225.

ний: называется различное их число и приводятся различные классификации.

Так, Л.Р. Сюкияйнен полагает, что основным и практически единственным источником мусульманского права является доктрина, понимаемая в широком смысле 1. Коран и Сунна, согласно данной точке зрения, не применялись непосредственно на практике, а применялось их доктринальное толкование и доктринальные выводы из буквы писаний, подчас расходящиеся с непосредственным текстом.

Р. Шарль выделяет следующие семь источников классического мусульманского права: Коран (Священное Писание), Сунна (свод преданий о Мухаммеде и его сподвижниках), тефсир (текстуальное толкование Корана), иджма (единогласное мнение авторитетных лиц), кийас (аналогия), урф (обычай) и канун (закон, нормативный акт)2.

В работе Р. Леже исследуются Коран и Сунна как первоначальные источники, иджма как источник творческого характера и светские, или дополнительные, источники права3.

М.И. Садагдар разделял все источники на следующие группы: источники, которые признаются всеми юридическими школами (Коран и Сунна), источники, которые признаются не всеми школами (кийас, иджма, фетва, хадисы и др.), а также обычное право (адаты)4. Перечень видов источников в его интерпретации не является закрытым потому, что одни школы признавали в качестве источников те из них, которые не признавались другими.

См.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 71 и др.; Сюкияйнен Л.Р. Исламское уголовное право: от традиционного к современному // Российский ежегодник уголовного права. 2007. № 2 / под ред. Б.В. Волженкина. СПб., 2008. С. 578–581.

См.: Шарль Р. Мусульманское право. М., 1959. С. 21, 24, 26.

См.: Леже Р. Великие правовые системы современности: сравнительноправовой подход: пер. с фр. М., 2009. С. 247–253.

См.: Садагдар М.И. Основные черты мусульманского права и его развитие в Иране по шиитскому направлению: дис. … канд. юрид. наук. М., 1963. С. 95, 96, 104.

Г.А. Есаков, ссылаясь на доктрину аш-Шафии о «четырех корнях шариата», относит к числу источников мусульманского уголовного права Коран, Сунну, иджму и кийас1, и эта точка зрения находит свое подтверждение в том числе и в современной исламской литературе по источникам уголовного права2.

Представляется, что в основе приведенных точек зрения лежат общие подходы к источникам мусульманского права. Уточним лишь то обстоятельство, что Коран и Сунна могут именоваться как источники права лишь условно; сами они не являются юридическими произведениями, на их основе покоится корпус правовых норм. Во вторую же группу источников следует отнести все иные собственно правовые источники. Поскольку называется различное их число, представляется целесообразным ограничиться в данной работе рассмотрением тех из них, которые упоминаются практически всеми исследователями: единогласное мнение авторитетов (иджма) и умозаключение по аналогии (кийас). В завершение, в свою очередь, необходимо будет остановиться на месте закона среди источников мусульманского права.

Коран. Коран – это священная книга мусульман, являющаяся первоисточником как религии ислама, так и мусульманского права. В соответствии с догматикой ислама, Коран – это слово Аллаха, открытое Пророку Мухаммеду. Откровение Корана Пророку началось в Мекке в 610 г. и продолжалось до смерти Мухаммеда в 632 г.3 Исламская теология различает два периода ниспослания Корана.

См.: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 109 и сл.

См.: Muhammad al-Madni Busaq. Prespectives on Modern Criminal Policy & Islamic Sharia. Riyadh, 2005. P. 64–71; Набиль Абдельрахман аль-Асуми. Преступление и наказание по уголовному праву Бахрейна и Объединенных Арабских Эмиратов: дис. … канд.

юрид. наук. М., 2000. С. 32–35.

См.: эль-Зефири Х.М.Д. Источники мусульманского права и критика их толкования современными мусульманскими юристами (историко-правовое исследование):

дис. … канд. юрид. наук. М., 1976. С. 42–43.

1. Мекканский период. В это время была открыта бльшая часть Корана. Стихи (аяты) и главы (суры), ниспосланные в это время, называются мекканкими. По своим тематическим и стилистическим особенностям они отличаются от мединских стихов и глав. Основной темой этого периода является создание и обоснование истинной веры и опровержение лжеучений.

2. Мединский период. Он продолжался со времени переселения Мухаммеда в Медину (в 622 г.) и до его смерти. Именно в этот период формируются основы шариата, создается и укрепляется мусульманское теократическое государство в Аравии, что требует установления соответствующего законодательства. Поэтому стихи и главы Корана этого периода содержат много правовых предписаний.

При жизни Пророка Коран не собирался в одну книгу. Все время Мухаммеда окружали его друзья, сподвижники, которые слушали и заучивали наизусть его изречения, которые, в свою очередь, согласно исламу, сообщались ему Богом. Затем по памяти они записывали эти изречения на коже, листьях, костях, камнях или на каком-либо другом материале. Первым собирателем стихов Корана был халиф Абубекр ас-Садык (или Абу Бакр). Он начал собирать суры и аяты в одну книгу после того, как во время одного сражения было убито много хафизов – хранителей Корана, т.е. людей, которые знали Коран наизусть.

С расширением территории исламского государства третий халиф Осман ибн Аффан, боясь распространения разночтений Корана, решил собрать его во второй раз, опираясь уже на сборник Абубекра. Специальная комиссия из числа живых сподвижников пророка, возглавляемая Саидом ибнТабитом, взяв за основу экземпляр, хранившийся в доме Мухаммеда, уточнила текст послания и составила доныне остающийся каноническим вариант Корана (произошло это в 651 г.). С нового издания халиф повелел сделать шесть списков и разослать их в Мекку, Медину, Иран, Йемен и Сирию, а все остальные варианты сжечь с целью недопущения разночтений1.

Общее число глав (сур) в Коране составляет 14, а стихов (аятов) –

63422. Общепризнанно, что они расположены без определенной системы и без учета мнений сподвижников Мухаммеда, хотя коранический текст в эпоху Османа был значительно усовершенствован. Например, были поставлены специальные грамматические знаки для облегчения правильного чтения Корана, а также для избегания смысловых ошибок. Мусульмане-шииты признают текст Корана, составленный в правление Османа, однако критикуют его в силу того, что, по их мнению, в нем недостаточно учтен список Корана, хранившийся в доме их духовного лидера, двоюродного брата и зятя пророка и четвертого халифа Али. Как следствие, они утверждают о наличии в «османовском» варианте Корана множества неточностей, в особенности касающихся прав и преимуществ Али. В частности, шииты полагают число сур Корана доходящим до 115, добавляя к тексту Корана суру, озаглавленную как «Два светила» (т.е. Мухаммад и Али).

В Х в. Коран был впервые переведен на иностранный язык: вначале на персидский, затем на турецкий, урду и другие языки народов Востока. Первое печатное издание Корана на европейском языке появилось в 1530 г. в Венеции, однако по указанию Римско-Католической Церкви весь тираж был сожжен.

Коранические стихи разделяются на две группы. К первой относятся стихи, не имеющие двусмысленностей; ко второй – те стихи, которые имеют аллегорическое значение и которые можно истолковать по-разному. Мусульманско-правовая традиция в основном избегает использования последних в качестве источника права вследствие их неоднозначности. Относительно же стихов первой группы мнения исламских теологов разделились.

См.: Там же. С. 43–44.

См.: Там же. С. 44.

Одни не допускают прямых ссылок на Коран и признают только его толкование компетентными имамами, юристами, духовенством. Другие же полагают, что Коран не является аллегорической книгой и не нуждается в толковании. Поэтому без всяких ссылок на толкования авторитетов можно понять и использовать непосредственно сам Коран1.

Справедливо замечание Р. Леже о том, что «Коран не является кодексом. Он играет ключевую роль в мусульманском праве, будучи фундаментальным текстом, который породил верования и исламскую цивилизацию»2.

Из более чем 6000 коранических аятов лишь около 200 связаны с правовыми установлениями, а уголовному праву посвящено непосредственно только 20.

При этом многие аяты уголовно-правового характера предусматривают лишь запрет совершать что-либо или в общих чертах определяют наказание за какой-либо проступок, т.

е., иными словами, исключительно кратки и абстрактны в своем содержании. Такое положение вещей станет понятно, если учесть историю коранических правовых установлений, создававшихся (ниспосылавшихся) преимущественно в ответ на конкретную жизненную ситуацию, которая требовала своего разрешения и к которой были неприменимы нормы обычного права аравийских племен. Малочисленность таких ситуаций объясняет незначительно число уголовно-правовых айатов Корана3.

Сунна. Сунна в переводе с арабского означает «обычай» или «практика» и включает в себя слова, решения, действия Мухаммеда, а также его сподвижников, совершенные ими при его жизни и одобренные им. Сунна состоит из отдельных повествований (хадисов).

Мухаммед жил и действовал в городах Мекке и Медине и как глава мусульманской общины единолично от имени Бога решал все вопросы. Его См.: Садагдар М.И. Указ. дис. С. 99.

Леже Р. Указ. соч. С. 248.

См.: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 110.

указания считались повелением Аллаха и были обязательны для всех мусульман. Поэтому существует даже мнение, что если Сунна может обойтись без Корана, то Коран не может обойтись без Сунны. Отсюда правоверные мусульмане получили название сунниты или «люди сунны»1.

После смерти Пророка действия и изречения Мухаммеда стали передаваться его сподвижниками и сделались обычаями. После смерти сподвижников их непосредственные ученики начали собирать хадисы и указывать на тех, кто мог считаться их «передатчиком». Постепенно количество изречений достигло таких размеров, что стали сомневаться в их достоверности. Некоторые сподвижники Mухаммеда, например его вдова Аиша и некий ибн Аббас для усиления своего влияния стали прибегать к фальсификации хадисов и сочинять разные изречения, противоречащие основам ислама.

С другой стороны властители, наследовавшие Мухаммеду, пришли к выводу, что указаний Корана и Сунны недостаточно для управления государством, особенно после завоевывания обширных территорий. Поэтому они начали издавать законы для решения ряда вопросов в новых условиях, и с целью подчинения людей этим законам они объявляли, что те изданы самим Пророком. Поэтому как отмечает А.Х. Саидов, «Сунна явилась итогом толкования Корана в первые десятилетия после смерти Пророка и отражала политическую и религиозную борьбу вокруг его наследства»2.

Таким образом, спустя некоторое время после смерти Мухаммеда в Сунне появились противоречия, что вызвало отрицательное отношение к работе судей, появились затруднения в решении ряда споров. Это положение грозило основам мусульманского учения и стабильности государства, и возникшая потребность в компиляции достоверных преданий Сунны была разрешена посредством создания нескольких признаваемых мусульманами в См.: Садагдар М.И. Указ. дис. С. 100.

Саидов А.Х. Сравнительное правоведение (основные правовые системы современности): учеб. / под ред. В.А. Туманова. М., 2000. С. 300.

качестве канонических сборников хадисов. Самым известным и полным из них является сборник, составленный аль-Бухари (810–870 гг.). Им было собрано около 600 тысяч хадисов, из которых он отобрал около восьми тысяч достоверных хадисов. Громадность такой книги повлекла создание ее нескольких сокращенных вариантов (мухтасар), из которых наиболее известен мухтасар аз-Зубайди (1410–1488 гг.)1.

Как считается, хадисы «хотя не суть, по верованию Мусульман, повеления, ниспосланные Всевышним для непременного и безусловного исполнения правоверному мусульманскому народу, однако же, как собственные изречения и действия пророка их, они должны служить и служат руководством к разрешению случаев, необозначенных в Коране»2. Следовать хадисам предписывает также Коран: «Был для вас в посланнике Аллаха хороший пример тем, кто надеется на Аллаха и последний день и поминает Аллаха много» (Коран, сура 33 «Сонмы», аят 21).

Сунна занимает второе место в мусульманском праве в качестве источника права. Коран является первоисточником, ибо он представляет собой слово Бога, открытое Пророку. Сунна же служит пояснением к тому, что сказано в Коране; причем часто в хадисах не просто раскрывается смысл айатов Корана, но и содержатся установления, о которых последний молчит.

Так, в Сунне уточняется наказание за совершение прелюбодеяния по сравнению с уже цитировавшимся фрагментом Корана: сто ударов плетьми есть наказание только для не состоящих в браке, тогда как для состоящих в браке наказанием является забивание камнями до смерти (Сахих аль-Бухари: Мухтасар аз-Зубайди, хадисы 1132 (2724, 2725), 2076 (6878) и 2122 (7323)3).

Иджма. Иджмой как источником мусульманского права является единогласное мнение крупнейших авторитетных ученых по тем религиозным и См.: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 111–112.

Торнау Н. Изложение начал мусульманскаго законоведения. СПб., 1850. С. 11.

Здесь и далее Сахих аль-Бухари цит. по: Сахих аль-Бухари. Мухтасар. Полный вариант / пер. с араб., примеч. и указ. В.А. Нирша. М., 2003. 959 с.

правовым вопросам, которые не были решены в Коране и Сунне1. Появление иджмы и ее развитие тесно связано с деятельностью сложившихся на огромном пространстве, завоеванном Арабским халифатом, нескольких центров правовой мысли, получивших со временем наименование «школ», «толков» (мазхабов)2. «Школы исламского права являлись не формальнообучающими учреждениями или официально-одобренными правотворческими органами. Скорее, они представляли собой группы юристов, каждая их которых следовала определенной доктрине, могущей быть прослеженной к выдающемуся исследователю второго столетия Хиджры, чье имя присваивалось школе»3.

Исторически школы сложились в центрах общественно-политической жизни Арабского халифата и представляли собой обособленные группы юристов, разделявших схожие убеждения. В дальнейшем в школах появились свои выдающиеся представители правовой науки, вокруг которых стали группироваться другие юристы, и под именами последних они со временем стали известны. Именно к лидерам соответствующих школ после «праведных халифов» и сподвижников Пророка перешло право издавать фетвы, т.е. обязательные решения или по определенным религиозным и юридическим вопросам, и каждый из основателей таких доктринальных школ получил имя муджтахид мутлак, т.е. абсолютный муджтахид (ученый), облаСм.: Анвар Г.А. Право и религия (на примере Афганистана): дис. … канд. юрид.

наук. М., 1994. С. 118.

О школах мусульманского права см. подр.: Вайсс Б.Дж. Указ. соч. С. 21–25; Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 310–311; Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права / пер. с нем. В 2 тт. Т. I: Основы. М.,

2000. С. 451–453; Саидов А.Х. Указ. соч. С. 300–302; Артемов В.Ю. Указ. дис. С. 55–70;

Lippman M., McConville S., Yerushalmi M. Islamic Criminal Law and Procedure: An Introduction / Foreword by M. Cherif Bassiouni. N.Y., 1988. P. 24–29; Ван ден Берг Л.В.С. Основные начала мусульманского права согласно учению имамов Абу Ханифы и Шафии / пер. с гол.; предисл. Л.Р. Сюкияйнена. М., 2006. С. 2126; Al-Muhhairi B.S.B.A. Islamisation and Modernisation within the UAE Penal Law: Shari‘a in the Pre-modern Period // Arab Law Quarterly. 1995. Vol. 10, № 4. P. 297–300.

Badr G.M. Islamic Law: Its Relation to Other Legal Systems // The American Journal of Comparative Law. 1978. Vol. 26, № 2. P. 189.

дающий правом устанавливать основные принципы права. Те, которые впоследствии излагали выводы из этих принципов, были муджтахидами не абсолютными, а ограниченными – каждый в пределах своей школы1.

Основателем первой и старейшей ханифитской школы, территориально привязанной к г. Куфа в современном Ираке, был Номан ибн Сабит Абу Ханифа (700–767 гг.). Он жил одновременно с сподвижниками Пророка.

Большое значение Абу Ханифа придавал методу аналогии в праве. Он выдвинул принцип истихсана, означающего возможность изменения некоторых норм, если они вступают в противоречие с интересами общественного блага. Школа Абу Ханифы является наиболее либеральной среди доктринальных школ мусульманского права; она более следует духу закона, нежели его букве, предоставляя значительную свободу правоприменителю. Ханифитскую школу поддерживали султаны Османской империи. Заслугой Абу Ханифы является также и то, что его школа создала до некоторой степени свободную интеллектуальную жизнь. Школа ханифитов возникла как результат попыток сближения идеала с действительностью, должного и существующего, т.е. сближения богословско-юридических учений с жизнью, с действительностью.

Основателем мединской школы маликитов был Малик ибн Анас (ум. в 795 г.). Он предпринял самую раннюю попытку кодификации мусульманского права и составил сборник «Муватта» («Расчищенная тропа»)2. Большее, чем Абу Ханифа, значение Малик придавал букве Писания – Корана, а также Сунны. В случае же пробела он использовал в качестве источника права единогласное мнение ученых (иджму); в остальных случаях он допускал и личное усмотрение (рай). Малик выдвинул принцип истислаха (некоторый аналог принципа истихсана Абу Ханифы), заключавшийся в том, что

См.: Садагдар М.И. Указ. дис. С. 112.

См.: Массэ А. Указ. соч. С. 75.

предания (хадисы) могуг быть модифицированы, если они противоречат общему благу.

Маликитская доктринальная школа является самой распростаненной и господствует в Северной и Западной Африке, Верхнем Египте, Судане. В соответствии с уголовным законодательством, принятом в Ливии после 1971 г., наиболее авторитетные доктринальные произведения представителей маликитской школы мусульманского права являются источником права в этом государстве1.

Третьей из четырех основных доктринальных школ классического мусульманского права является школа шафиитов. Ее основал Мухаммед ибн Идрис аш-Шафии (767–820 гг.), живший в Палестине. Отличительной чертой юридической системы аш-Шафии, в отличии от Малика, является придание роли источника права Корану, Сунне и иджме. Личное мнение (рай), а также принципы истихсана и истислаха им были отвергнуты. В качестве вспомогательного метода он использовал аналогию (кийас) в тех случаях, о которых не говорится ни в Коране, ни в Сунне, ни в иджме2. Шафиитская школа получила распространение в Нижнем Египте, Аравии и Индонезии3.

Четвертой школой классической мусульманско-правовой доктрины является ханбалитская школа, основанная Абу Абдуллахом Ахмедом ибн Ханбалем (ум. в 855 г.), который был учеником аш-Шафии. Основана эта школа была сторонниками более строгого и буквального следования букве Писания, чем это было у аш-Шафии. В соответствии с ибн Ханбалем, источником права должно быть только Священное Писание, а личное мнение (рай) может использоваться только в случае крайней необходимости4. Он был противником нововведений и реформ, что было доведено до еще больСм.: Лихачев В.А. Уголовное право в освободившихся странах. Сравнительное исследование. М., 1988. С. 39.

См.: Массэ А. Указ. соч. С. 77.

См.: Там же. С. 79.

См.: Там же. С. 78.

шей крайности ответвлением ханбализма – ваххабизмом, возникшим в XVIII в.

Следует отметить, что существование четырех школ не означает наличия четырех самостоятельных систем права; напротив, учение всех четырех школ представляет собой единую мусульманскую правовую доктрину, и все они признают ортодоксальность друг друга. «Различия происходили не из каких-либо существенных разногласий в методологии или принципах, скорее, школы расходились в юридических деталях, что являлось по сути своей следствием географических факторов, таких как местные различия в социальных условиях и трудностей в связях между Аравией и Ираком»1. Примерами разночтений в деталях может служить спор о том, следует ли предоставлять еретику возможность раскаяться перед казнью (хотя казнь как санкцию не оспаривал никто): шафииты готовы были дать три дня на раскаяние, ханифиты считали необязательным, а маликиты – ненужным; при убийстве школы спорили о тех, кто может простить виновного, но саму санкцию за убийство не оспаривал никто2.

Все мусульманские юридические школы (о них подробнее будет сказано далее) признают иджму, но между ними существуют разногласия в ее понимании. Большое значение придавал единогласному мнению ученых основатель школы шафиитов аш-Шафии. Основатель другой школы, Малик, ограничивал единогласное мнение мнением ученых города Медины, что придавало ей узкоместный характер3.

Примером иджмы является вид и размер наказания, которому подвергается употребляющий алкогольные напитки мусульманин4. Как известно, в Коране последнее запрещено (Коран, сура 5 «Трапеза», аят 90), однако ни в

Al-Muhhairi B.S.B.A. Islamisation and Modernisation within the UAE Penal Law:

Shari‘a in the Pre-modern Period. P. 297.

См.: Хайдарова М.С. Формирование и развитие мусульманского права в Арабском халифате (VII–XIII вв.): дис. … канд. юрид. наук. М., 1985. С. 187–190.

См.: Массэ А. Ислам. Очерк истории. М., 1982. С. 75–77.

См.: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 113.

Коране, ни в Сунне пророка наказание за нарушение этого запрета не уточнено. В первые годы после смерти пророка его сподвижник ‘Абу бин-Абу Талиб сформулировал, использовав аналогию, следующую максиму: тот, кто пьет, пьянеет; тот, кто опьянел, бредит; тот, кто бредит, ложно обвиняет людей; а тот, кто ложно обвиняет людей, должен быть наказан восьмьюдесятью плетями согласно предписанию Корана о наказуемости ложных обвинений (Коран, сура 24 «Свет», аят 4). Соответственно, такое решение получило единогласное одобрение лидеров мусульманской общины и стало иджмой, которой доныне следуют представители большинства мусульманских школ.

Кийас. Последним источником права признается аналогия, или кийас, выстпающая в качестве метода познания права и рассматриваемая как следствие мусульманскими правоведами его источником. Аналогия получила особое развитие в ханифитской доктринальной школе мусульманского права1. В качестве достоинств данного метода можно рассматривать то, что он освобождает судей от подчинения догмам, не соответствующим конкретной реальности. Отрицательной же стороной аналогии является то, что она поощряет личное усмотрение судьи, часто граничащее с произволом. Ученики и последователи Абу Ханифы сделали немало для распространения аналогии как источника права в мусульманском мире.

Отрицательно к аналогии относились шииты и не признавали ее в качестве источника права. Они проводили в подтверждение своей позиции некоторые апокрифические изречения от имени Мухаммеда. В определенной степени промежуточную позицию занимала шафиитская школа права. Шафииты признавали аналогию как источник права, но не придавали ей того

См.: Массэ А. Указ. соч. С. 76.

значения, как ханифиты, и в иерархии источников аналогия у них занимает последнее место1.

Примером приложения метода кийаса к правовым ситуациям может служить наказуемость гомосексуализма в мусульманском уголовном праве.

В Коране и Сунне не содержится указаний на этот счет; молчит по этому вопросу и иджма. Тем не менее, в современном мусульманском уголовном праве считается, что содомия аналогична по своей природе прелюбодеянию, так что и наказываться они должны аналогичным образом. Соответственно, как и прелюбодеяние, содомия наказуется забиванием камнями до смерти, если виновный состоит в браке, и одной сотней ударов плетьми, если виновный не состоит в браке (ст. 131 Шариатского уголовного кодекса для штата Замфара 2000 г.2 (Нигерия)).

Таким образом, мусульманское право в целом и уголовное право в частности есть право юристов. Классическая мусульманская правовая доктрина основывается на том, что в Коране и Сунне содержится конечный свод норм, на основе которых можно урегулировать любую ситуацию, требующую правового разрешения. При этом лишь некоторые из норм выражены явно и недвусмысленно; остальные сокрыты от человека. Коран и Сунна не формулируют нормы права, а содержат их в себе и человек должен извлечь нормы из текста Корана и Сунны. «Право как тематически организованный законченный продукт, состоящий из точно сформулированных правил, является результатом толкования юристов»3. При этом юрист, извлекающий правовые нормы из Корана и Сунны, «в принципе не создает и не изменяет норм божественно данного права. Власть правотворчества принадлежит единственно Аллаху через его откровение; к воле же Аллаха человек не См.: Там же. С. 77.

См.: Shari’ah Penal Code Law, 2000 [Электронный ресурс] // http://www.zamfaraonline.com/sharia/introduction.html Weiss B. Interpretation in Islamic Law: The Theory of Ijtihd // The American Journal of Comparative Law. 1978. Vol. 26, № 2. P. 200.

имеет доступа с момента смерти пророка Мухаммада. Как следствие, согласно классической мусульманской правовой доктрине у государства (будь то законодатель или судья) нет полномочий правотворчества»1.

Соответственно, излагая ту или иную уголовно-правовую концепцию, институты и нормы, мусульманские юристы прошлого и современности широко оперируют тем, что применительно к европейской правовой традиции можно было бы именовать communis opinium doctorum: сложившимися на протяжении веков теоретическими представлениями о том, что есть уголовное право и каково содержание его основных институтов и норм. При этом часто они не утруждают себя ссылками на источники, поскольку для них те или иные положения общеизвестны; для мусульманской юриспруденции характерны такие обороты, как «некоторые наши законоведы утверждают», «некоторые говорят», «по дошедшим до нас сведениям», «одни говорят… а другие, напротив, утверждают…» и т.п., и никто, как правило, не подвергает сомнению соответствующие утверждения, присоединяясь к бесспорным утверждениям либо просто указывая, что та или иная точка зрения более обоснованна. (Как следствие, в ряде случаев далее мы также будем не в состоянии привести ссылку на источники, поскольку излагаемые положения (как, например, применительно к классификации преступлений) будут носить общеизвестный и общепринятый в мусульманском праве характер.) В изложенную концепцию не вполне вписываются современные источники права и в особенности законодательство. На современном этапе развития мусульманского уголовного права оно кодифицировано полностью или частично либо зафиксировано в законодательных актах некодифицированного характера практически во всех государствах, сохраняющих его в качестве действующего уголовного права (исключение составляет лишь Саудовская Аравия). При этом уголовные кодексы составлены на основе заЕсаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 116.

См. также: Вайсс Б.Дж. Указ. соч. С. 10–42.

падной (как правило, континентальной) техники кодификации, будучи лишь содержательно наполнены мусульманскими уголовно-правовыми установлениями.

Такая правотворческая деятельность государства противоречит основному принципу мусульманской юриспруденции, согласно которому полномочие правотворчества принадлежит единственно Аллаху, а светский законодатель не вправе создавать обязывающие правовые нормы1.

Тем не менее, сегодня данный принцип в исламском мире уступает место стремлению кодифицировать уголовное законодательство (и законодательство в целом), и законодательство на настоящий момент является одним из важнейших компонентов мусульманской уголовно-правовой системы. Отражая в кодифицированной форме уголовно-правовую доктрину той или иной школы либо сочетая взгляды нескольких школ, оно служит, с одной стороны, средством осовременивания права, а, с другой, способствует консервации мусульманских уголовно-правовых установлений. При таком подходе традиционные источники права образуют основу для кодификации уголовного законодательства и вместе с тем являются важным вспомогательным средством в уяснении его содержания.

В завершение общей характеристики мусульманского уголовного права остановимся на его распространении на современной правовой карте мира.

История мусульманского права, если можно так сказать, знала свои «взлеты» и «падения». После более чем тысячелетнего господства в исламском обществе в середине XIX в. ему на смену пришли «вестернизированные» нормы. Отторгаемые населением и насаждаемые европейской цивилиСм.: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 117–118;

Schacht J. Islamic Law in Contemporary States // The American Journal of Comparative Law.

1959. Vol. 8, № 2. P. 133–147.

зацией, эти нормы господствовали в мусульманском мире более чем столетие1.

В середине XX в. наступил период, условно именуемый «исламизацией» права2. Основой политики исламизации законодательства стали положения конституций многих исламских государств, где основой права был провозглашен шариат. К примеру, ст. 2 Конституции Арабской Республики Египет 1971 г. предусматривается, что «исламская юриспруденция является основным источником законодательства». Статья 2 Конституции Кувейта 1962 г. гласит, что «исламский шариат да будет главным источником законодательства»; аналогичные нормы находятся в Конституциях Сирии, Пакистана, Ирана, Бахрейна, Катара, ОАЭ. Как пишет Л.Р. Сюкияйнен, конституционные суды ряда исламских стран, толкуя данное положение, подчеркивают, что «под шариатом подразумеваются прежде общие принципы мусульманского права»3.

При этом не следует однобоко понимать политику исламизации, наклеивая этот ярлык любой правовой реформе в странах мусульманского мира. «Исламизация подразумевает не простое возрождение традиционных исламских ценностей и классического права шариата; исламские доктрины переписываются и трансформируются в силу необходимости соподчинения их целям политических программ различных групп мусульман…»4.

Применительно к уголовному праву идея исламизации находит свое выражение в возврате к традиционному мусульманскому уголовному праву См. подр.: Есаков Г.А. Основы сравнительного уголовного права. М., 2007.

С. 100–105; Мусульманское право. Структура и основные институты / отв. ред. Л.Р. Сюкияйнен. М., 1984. С. 95; Таилов Р.З. Генезис мусульманского права (историко-правовой аспект): дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 141–154.

См. подр., в частности: Al-Muhhairi B.S.B.A. Islamisation and Modernisation within the UAE Penal Law: Shari‘a in the Modern Era // Arab Law Quarterly. 1996. Vol. 11, № 1.

P. 34–49.

Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. С. 17.

Mayer A.E. Law and Religion in the Muslim Middle East // The American Journal of Comparative Law. 1987. Vol. 35, № 1. P. 184.

либо посредством отмены созданных по западному образцу уголовных кодексов и прямого возврата к мусульманским уголовно-правовым нормам, либо посредством замены таких кодексов «исламизированными» кодексами, либо посредством принятия в дополнение к «западным» уголовным кодексам мусульманского уголовного законодательства.

В этой связи нам хотелось бы подчеркнуть, что необходимым условием мирного сосуществования государств является признание культурного (используя этот эпитет в самом широком его значении) своеобразия различных народов и их права самостоятельно выбирать путь правового развития.

Мусульманское право и его необходимая составляющая, уголовное право, на протяжении столетий являлись неотъемлемой частью уклада жизни многих народов, и попытка изменить сложившееся положение вещей в XIX– XX вв. привела лишь к очевидным социальным конфликтам, напряженности и насилию (даже в Турции построение светского государства столкнулось и продолжает сталкиваться с препятствиями разного рода). Соответственно, оценки мусульманского уголовного права с позиций европейских правовых стандартов, европейской истории и этики не всегда корректны, поскольку не учитывают культурного своеобразия ислама. И хотя мусульманское уголовное право действует не во всех странах, где ислам является либо господствующей религией, либо исповедуется весомой долей населения (что объясняется историческими причинами и не вызывает серьезных социальных конфликтов), там, где оно существует, попытки насаждения «иного» уголовного права, как показали XIX–XX вв., приводят лишь к очевидным социальным конфликтам и в итоге остаются безуспешными. (Отдельного и самостоятельного рассмотрения требует вопрос исламизации европейского общества и, как следствие, права, что является сегодня серьезной социальноправовой проблемой в Европе.) Если следовать далее, то, по нашему мнению, в зависимости от действенности мусульманского уголовного права в исламских государствах их можно разделить на две группы: первую будут составлять страны с мусульманским уголовным правом в качестве действующего права, что закреплено и подтверждено на законодательно-судебном уровне (с отсутствием или минимумом современных западных по происхождению модификаций); вторую

– страны, где прослеживаются лишь отдельные элементы мусульманской уголовно-правовой традиции (например, наказуемость употребления алкоголя), однако в целом уголовное право построено на европейских образцах уголовного законодательства.

Стоит отметить, что в литературе встречаются иные классификации стран исламского мира по степени действия в них традиционных норм мусульманского права.

Так, Л.Р. Сюкийянен (поддерживаемый другими исследователями1) делит все страны на четыре группы2, однако приводимые им критерии разграничения стран плохо уловимы и не вполне приложимы к уголовному праву.

Г.А. Есаков выделяет страны с мусульманским уголовным правом в качестве действующего права, страны с «гибридным» правопорядком и страны, где мусульманское уголовное право не воздействует на действующее право (либо воздействует совершенно незначительно)3. По нашему мнению, третья группа стран не имеет никакого отношения к мусульманскому уголовному праву, поскольку к этой группе стран, выделяемой по сочетанию наличия мусульманского населения и действенности мусульманского уголовного права могут быть отнесены все иные государства мира, кроме первых двух групп стран; критерий же выделения второй группы стран отличается нечеткостью, посольку степень «гибридности» может быть раличной.

См., напр.: Хишам Абдель Мажид Рахал. Эволюция правовых систем арабских стран: дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 106.

См.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 102–107.

См. подр.: Есаков Г.А. Основы сравнительного уголовного права. С. 107–117;

Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 63–70.

Итак, к первой группе стран по классификации, которой мы придерживаемся, относятся те, где мусульманское уголовное право является действующим правом, при этом либо вовсе не испытав западного влияния, либо подвергшись столь незначительному влиянию, что его можно не брать в расчет. Это государства Аравийского полуострова и региона Персидского залива, Ливия, Иран, Пакистан, Судан, Северная Нигерия и ряд иных стран.

Согласно конституционному акту Саудовской Аравии, Низам АльАссаси, принятому в 1992 г., конституцию Королевства Саудовская Аравия составляют Священный Коран и Сунна Пророка (ст. 1). Из всех исламских государств, применяющих ныне мусульманское уголовное право, только в Саудовской Аравии последнее действует в классическом обличии, практически не изменившись в своих основных постулатах со времен зарождения ислама1. Здесь уголовное право остается некодифицированным в своей основной части (законодательно устанавливается наказуемость лишь таких преступных деяний, свойственных современности, как мошенничество, взяточничество, подделка документов и т.п.); королевские указы 1926–1928 гг.

обязывают следовать выводам ханбалитского толка мусульманского права и содержат перечень авторитетных авторов этой школы, обязательный для судей. Такая приверженность классическим исламским правовым канонам объясняется тем, что правовая традиция Саудовской Аравии принадлежит наиболее консервативной из четырех суннитских школ – ханбалитской, которая предписывает строгое следование Корану и Сунне как полным источникам шариата. Соответственно, сама по себе идея принятого государственной властью уголовного кодекса противоречит исходным принципам ханбаСм. также: Старостина С.А. Правовое регулирование борьбы с преступностью в странах с элементами исламской правовой традиции (историко-теоретическое исследование): дис. … канд. юрид. наук. М., 1999. С. 144–149; Нуртазин А.Б. Преступность в государствах мусульманской правовой семьи: дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2005. С. 158– 163.

литской школы (и, говоря в целом, исходным принципам мусульманского права самого по себе).

В отличие от Саудовской Аравии в иных государствах первой группы приняты уголовные кодексы, которые, тем не менее, всего лишь переводят в письменную форму уголовное законодательство на основе мусульманского уголовного права и учения той или иной школы.

В качестве примера можно взять Уголовный кодекс Объединенных Арабских Эмиратов, разработанный Высоким комитетом исламизации и принятый в 1987 г.1 Кодекс подготавливался с 1978 г. на основе программы исламизации права ОАЭ и в условиях своеобразного «возврата» экономически высокоразвитого общества к традиционным исламским правовым ценностям. Так, в 1978 г. правитель эмирата Абу-Даби предписал рассматривать дела о краже, убийстве, прелюбодеянии и блуде в шариатских судах эмирата по нормам мусульманского права. В 1983 г. правитель другого эмирата, Шарджа, постановил, что дела об употреблении алкоголя мусульманами должны рассматриваться в шариатском суде эмирата2.

Уголовный кодекс лишь частично зафиксировал уголовное законодательство Эмиратов. Согласно ст. 1 УК его действие распространяется только на преступления тазир и налагаемые за их совершение наказания; для определения преступности и наказуемости деяний худдуд и кисас кодекс отсылает к традиционным нормам мусульманского права и, как следствие, к господствующему в Эмиратах учению маликитской школы («Положения исламского шариата должны применяться к преступлениям, влекущим худдуд, кисас и кровавые деньги. Преступления и наказания тазир должны рассматриваться в соответствии с положениями настоящего Кодекса и других уголовных законов»). При этом следует отметить, что и применительно к преСм.: Penal Code of 1987 [Электронный ресурс] // http://www.dubailaw.com/ См. подр.: Al-Muhhairi B.S.B.A. The Islamisation of Laws in the UAE: The Case of the Penal Code // Arab Law Quarterly. 1996. Vol. 11, № 4. P. 350–371.

ступлениям тазир кодекс содержит ряд весьма серьезных пробелов, что также требует обращения к иным источникам мусульманского права.

Подобного подхода к кодификации уголовного законодательства придерживается и УК Катара 2004 г.1 Вне Аравийского полуострова в первой группе стран следует отметить уголовное законодательство Ирана2. Согласно ст. 2 Конституции Исламской Республики Иран 1979 г. государство основывается на вере в фундаментальную роль Божественного откровения в установлении законов и в Божественную справедливость законодательства. В ст. 4 Конституции подчеркивается, что любая отрасль законодательства должны основываться на постулатах ислама, а ст. 156 обязывает при установлении ответственности за уголовные преступления применять только нормы шариата. В соответствии с этими воззрениями в 1981 г. было принято специальное законодательство, зафиксировавшее в качестве действующих (или, точнее, «вернувшихся к жизни») нормы мусульманского уголовного права, которые ранее были заменены созданным по французскому образцу уголовным законодательством 1926 г.3 В этом законодательстве устанавливались традиционные для мусульманского уголовного права наказания за вероотступничество, убийство и телесные повреждения, кражу, прелюбодеяние, употребление спиртного.

Впоследствии в 1991 г. и 1996 г. в стране был принят Исламский Уголовный кодекс (вначале часть первая, впоследствии вторая)4.

См. подр.: Сюкияйнен Л.Р. Исламское уголовное право: от традиционного к современному. С. 583–584.

См. подр. также: Старостина С.А. Указ. дис. С. 129–143; Lippman M., McConville S., Yerushalmi M. Op. cit. P. 108–110; Rahami M. Development of Criminal Punishment in the Iranian Post Revolutionary Penal Code // European Journal of Crime, Criminal Law and Criminal Justice. 2005. Vol. 13, № 4. P. 585602.

См. подр.: Исаев М.М. Персидский уголовный кодекс // Советское право. 1927.

№ 1. С. 111–122.

См.: Iran’s Islamic Criminal Law [Электронный ресурс] // http://www.iranlaw.com/IMG/pdf/Iran_Criminal_Code_in_English.pdf После восстановления единства Йемена и принятия в стране курса на исламизацию общественной жизни принятый в 1994 г. уголовный кодекс предусмотрел наказания, характерные для классического мусульманского права, включая такие способы исполнения смертной казни, как забивание камнями до смерти, отсечение головы.

Процесс исламизации уголовного права затронул также Пакистан, уголовное право которого долгое время находилось под влиянием английского общего права (это было связано с тем, что Пакистан до 1947 г. образовывал вместе с Индией единый доминион британской короны). После свержения светского правительства хунтой во главе с генералом Зия уль-Хаком исламизация всей жизни Пакистана стала главной целью нового правительства. Применительно к уголовному праву это нашло свое выражение в том, что в Уголовный кодекс Пакистана 1860 г.1 (пакистанский уголовный кодекс представляет собой индийский кодекс 1860 г., поскольку последний был изначально общим для Индии и Пакистана как единого британского доминиона) четырьмя правительственными ордонансами, изданными 910 февраля 1979 г., были добавлены новые основанные на положения шариата и учении ханифитской школы права установления, посвященные преступности и наказуемости деяний худдуд. Первый ордонанс касался преступлений против собственности, второй – прелюбодеяния и изнасилования, третий – оскорбления чести женщины ее обвинением в неверности, четвертый – запрещенности употребления алкоголя. Согласно ст. 338F, помещенной в главу, содержащую эти нормы, «при толковании и применении положений настоящей главы и в отношении вопросов соподчиненных либо смежных им суд должен руководствоваться предписаниями ислама в том виде, в каком они закреплены в Священном Коране и Сунне». Соответственно, по обновленному уголовному законодательству преступления худдуд наказуемы по См.: Pakistan Penal Code of 1860 [Электронный ресурс] // http://www.punjabpolice.gov.pk/user_files/File/pakistan_penal_code_xlv_of_1860.pdf классическим мусульманским канонам: посягающие на собственность – отсечением рук или ног, прелюбодеяние и блуд – забиванием камнями до смерти, изнасилование – повешением, употребление алкоголя – избиением плетьми. В 1991 г. правительством был принят пятый ордонанс, реформировавший наказуемость преступления против жизни и здоровья на основе классических мусульманско-правовых установлений (в частности, потерпевшим от преступлений было предоставлено право выбора согласно нормам шариата между кровной местью или получением дийи («кровавых денег»)). В 1982 г. в уголовном кодексе появляется норма (ст. 295B), криминализирующая надругательство над Кораном (с санкцией в виде пожизненного лишения свободы), а в 1986 г. – ст. 295C, устанавливающая ответственность за еретическое богохульство в отношении пророка Мухаммада с санкцией в виде альтернативно предусмотренных смертной казни либо пожизненного лишения свободы (в 1992 г. Федеральный шариатский суд исключает пожизненное лишение свободы из санкции последней нормы). И хотя случаи официального применения смертной казни либо членовредительских наказаний (кроме порки) за все отмеченные преступления пока что не имели места (хотя зафиксированы случаи внесудебного забивания толпой камнями виновных в прелюбодеянии и богохульстве), само по себе появление отмеченных норм свидетельствует о явной исламизации уголовного законодательства Пакистана.

Мусульманское уголовное право является действующим правом также на Мальдивах, где в дополнение к традиционным нормам первого в 1975 г.

принят также уголовный кодекс1.

Из стран, где мусульманское уголовное право является действующим правом, следует также отметить ряд государств Африки, хотя на этом континенте существует ощутимая разница между регионами, с одной стороны, См.: Maldives Penal Code of ресурс] 1975 [Электронный // http://www.agoffice.gov.mv/pdf/sublawe/PC1.pdf к северу от Сахары и, с другой, к югу от пустыни (исключая Северную Нигерию и Занзибар): если в Северной Африке ислам и принесенное им право утвердились без значимых искажений, то «в странах Африки южнее Сахары ислам не получил столь широкого распространения» и «исламизация нередко означала лишь принятие внешней формы мусульманской религии, простейших ее обрядов при сохранении старых анимистских верований… мусульманское право здесь… нередко… выступало лишь как разновидность местного обычного права»1.

Так, ярким примером исламизации уголовного законодательства является Судан2, где в 1991 г. был принят радикально исламизированный уголовный кодекс3 (политика исламизации была официально провозглашена в Судане в 1977 г.). Введение в действие этого кодекса4 вызвало определенные сложности в его применении; так, по прямому указанию законодателя традиционно исламские наказания за преступления худдуд и кисас назначаются лишь в северных районах страны (в том числе и немусульманам), где большинство населения составляют мусульмане, и не применяются на юге Судана (в том числе к живущим там мусульманам), где в основном проживают христиане и язычники. В кодексе закреплены такие традиционные для мусульманского права наказания, как забивание камнями до смерти, отсечение кисти руки за кражу, порка плетьми и т.п.; нормы эти не являются декларациями, а реально применяются на практике.

Муромцев Г.И. Мусульманское право и правовые системы государств Африки, избравших некапиталистический путь развития // Известия высших учебных заведений.

Правоведение. 1968. № 3. С. 135.

См. также: Anderson J.N.D. Islamic Law in Africa. L., 1970. P. 3–6.

См. подр.: Амин Омар Ахмед. Развитие уголовного законодательства Судана (основные институты Общей части): дис. … канд. юрид. наук. М., 1999.

Отметим, что перевод этого кодекса лег в основу так называемого УК Чеченской Республики Ичкерия, где бандитско-террористическим режимом в 1990-х гг. была сделана неконституционная попытка создать исламское государство.

См.: Laws of the New Sudan. The Penal Code [Электронный ресурс] // http://www.sudanarchive.net/cgi-bin/sudan?a=pdf&d=Dn1d21&dl=1 В Ливии в 1970-х гг. были приняты законы, установившие ответственность в соответствии с нормами мусульманского уголовного права за кражу (отсечение кисти правой руки) и разбой (отсечение руки и ноги), прелюбодеяние (100 ударов плетью), ложное обвинение в прелюбодеянии (80 ударов), употребление спиртных напитков (40 ударов для мусульман; для немусульман – лишение свободы и штраф); при установлении условий привлечения к уголовной ответственности и ее мер эти законы отсылают правоприменителя к наиболее авторитетным трудам маликитского толка мусульманского права. С 1993 г. в Ливии восстановлены традиционные нормы мусульманского уголовного права применительно к преступлениям против жизни1.

В Мавритании в 1980 г. был создан специальный суд для рассмотрения на основе норм мусульманского права дел о краже, убийстве и т.п.2 В контексте исламского возрождения и исламизации права заслуживает упоминания также Нигерия, и, в частности, ее северные штаты, где проживает преимущественно мусульманское население.

В целом на территории Нигерии, являвшейся с 1886 по 1960 гг. британской колонией, применяется уголовный кодекс, принятый в 1904 г. для Северной Нигерии и распространенный в 1916 г. в своем действии на всю территорию Нигерии. Тем не менее, в северных мусульманских районах страны до 1960 г. на практике применялось почти исключительно мусульманское уголовное право в его классическом варианте (что было подтверждено ст. 4 Уголовного кодекса для Северной Нигерии 1904 г.). Британские колониальные власти единственно ограничивали полномочия шариатских судов по применению жестоких форм наказания, вначале всего лишь просто предписывая использовать по возможности немучительные способы казни, а См.: Сюкияйнен Л.Р. Исламское уголовное право: от традиционного к современному. С. 584–585.

См.: Артемов В.Ю. Указ. дис. С. 27.

со временем вовсе запретив некоторые разновидности наказания (такие как распятие на кресте, забивание камнями до смерти и отсечение рук)1.

После обретения независимости в 1960 г. для районов северной Нигерии вместо кодекса 1916 г. вступил в действие разработанный годом ранее особый уголовный кодекс, основанный на суданском кодексе 1899 г. (для которого, в свою очередь, основой послужил проект индийского уголовного кодекса 1837 г.). Уголовный кодекс 1960 г.2, будучи английским по существу, содержал также ряд положений, отражавших мусульманскую уголовноправовую доктрину. В частности, им наказывались прелюбодеяние и блуд (§§ 387–388), оскорбление чести женщины ее обвинением в неверности (§ 400), всякое употребление мусульманином алкоголя (§ 403). За эти и ряд иных собственно мусульманских по природе преступлений кодекс, кроме того, допускал применение наказания плетьми (§ 68(2)).

Начиная с 2000 г. ситуация начала меняться кардинальным образом: в двенадцати северных штатах Нигерии уголовное законодательство было радикальным образом исламизировано либо посредством принятия новых шариатских уголовных кодексов, либо посредством (как в штате Нигер) дополнений к уголовному кодексу 1960 г.3 Принятие новых кодексов не сопровождалось отменой действия кодекса 1960 г., сохранившего свою силу для всех случаев совершения преступлений, не подлежащих рассмотрению по нормам исламизированного уголовного права. В свою очередь, то, подлежит или нет преступление рассмотрению по нормам исламизированных уголовных кодексов, определяется по субъектному принципу: к примеру, согласно п. C Закона об установлении шариатского уголовного кодекса для См. подр.: Anderson J.N.D. Op. cit. P. 195–201.

См.: Penal Code of 1960 [Электронный ресурс] // http://www.nigerialaw.org/Criminal%20Code%20Act-Tables.htm См. подр. также: Ostien Ph. Islamic Criminal Law: What It Means in Zamfara and Niger States // Journal of Public and Private Law. 2000. Vol. 4, № 1. P. 1–18.

штата Замфара от 26 января 2000 г.1 (этот штат стал первым в Нигерии, исламизировавшим свое законодательство) под действие шариатского уголовного кодекса подпадает любое лицо, исповедующее ислам, а также любое другое лицо, добровольно согласившееся на отправление в отношении него правосудия шариатским судом, созданным в штате. Соответственно, немусульманин, отказывающийся от юрисдикции шариатского суда, подлежит наказанию в соответствии с уголовным кодексом 1960 г.

В новых шариатских уголовных кодексах северных штатов Нигерии возрождены традиционные для мусульманского уголовного права классификация преступлений и их дефиниции, виды наказаний и порядок их применения. Так, в отличие от норм кодекса 1960 г. шариатский кодекс штата Замфара варьирует ответственность за половые преступления в соответствии с канонами классического мусульманского уголовного права, т.е. в зависимости от того, был ли женат (была ли замужем) виновный (виновная). К примеру, прелюбодеяние изнасилование содомия (ст. 127), (ст. 129), (ст. 131) и инцест (ст. 133) в случае их совершения не состоящим в браке лицом влекут наказание в виде ста ударов плетьми, а состоящим в браке – в виде забивания камнями до смерти. Шариатским уголовным законодательством северо-нигерийских штатов также предусматривается возможность применения уголовного наказания за действия, специально не перечисленные в уголовных кодексах, но объявляемые преступными Кораном, Сунной или иджтихадом маликитской школы права. Согласно уголовному кодексу штата Замфара (ст. 92) такие преступления наказываются тюремным заключением на срок не более пяти лет, либо избиением плетьми (не более 50 ударов), либо штрафом (как самостоятельно назначаемым, так и назначаемым в дополнение к тюремному заключению или избиению плетьми). В исламизированных уголовных кодексах допускается применение таких традиСм.: Shari’ah Penal Code Law, 2000 ресурс] [Электронный // http://www.zamfaraonline.com/sharia/introduction.html ционных для шариата видов наказания, как забивание камнями до смерти, отсечение рук, избиение плетьми, кровная месть (кисас), кровавые деньги (дийя) (ст. 93 Шариатского уголовного кодекса для штата Замфара).

Исламизированное уголовное законодательство в северных районах Нигерии не осталось на бумаге, и уже вскоре после его принятия состоялись первые публичные избиения плетьми, отсечения рук и смертные казни через забивание камнями. Все это позволяет говорить о возврате уголовного права северных штатов Нигерии в семью мусульманского уголовного права.

В сравнительно недавнем прошлом к уголовно-правовым установлениям шариата произошел возврат в двух штатах Малайзии (Теренгану и Келантан) и в провинции Асех в Индонезии.

Ко второй из выделенных ранее группе стран относятся те, где прослеживаются лишь отдельные элементы мусульманской уголовно-правовой традиции (например, наказуемость употребления алкоголя), однако в целом уголовное право построено на европейских образцах уголовного законодательства. Данным странам присуще проявляющееся в разной степени смешение мусульманской уголовно-правовой традиции и традиции континентального (реже общего) права. Для этой группы стран характерен внутренний конфликт в правовой системе (не наблюдаемый в странах первой группы), связанный с противоречием сочетанием европейских и традиционных, мусульманских уголовно-правовых норм1.

К таким государствам относятся многие страны Ближнего Востока и Северной Африки. В качестве примера возьмем Иорданию. Действующий Уголовный кодекс 1960 г. был составлен под сильным влиянием наполеоновского уголовного законодательства и воспринял, в частности, трехзвенную классификацию уголовно-наказуемых деяний и в определенной степени французское учение о преступлении. Тем не менее, на уголовное право

См. подр.: Хишам Абдель Мажид Рахал. Указ. дис. С. 5–6, 15–24.

Иордании оказывает влияние и мусульманская уголовно-правовая теория (в этом государстве господствует ханифитская школа), что заметно применительно к преступлениям против личности и оправдывающим действия лица обстоятельствам. В частности, в судебной практике Иордании рассматриваются как ненаказуемые насильственные действия мужа в отношении жены в случае ее недостойного поведения (но не наоборот!). Такие действия должны быть направлены на воспитание жены и не влечь причинение тяжких телесных повреждений (иначе муж несет ответственность за телесные повреждения, ставшие следствием превышения права). Основанием к оправданию мужа за насильственные действия является кораническое установление (Коран, сура 4 «Женщины», аят 34)1.

Кроме того, уголовный кодекс Иордании рассматривает как преступные деяния несоблюдение поста рамадана, оскорблении религии и Бога (ст. 273–278); хотя наказание за эти преступления смягчено по сравнению с классическими нормами мусульманского уголовного права, само по себе их сущестсование показательно.

Рассматривая вопрос о наказании по мусульманскому уголовному праву, мы будем опираться на законодательство преимущественно первой группы стран, поскольку именно оно является классическим мусульманским и представляет компаративный интерес для исследования.

Резюмируя изложенное в настоящем параграфе, можно сформулировать следующие выводы.

1. Мусульманское государство и право имеют собственный, отличный от других путь развития, который во многом определила религия ислама.

Вторжение «западной» (используя этот термин в самом широком ключе) цивилизации в мусульманский мир приводит к очевидным социальным конфликтам и потрясениям, тогда как сохранение традиционного уклада

См.: Аль Халаса Ашраф. Понятие преступления по уголовному праву Иордании:

дис. … канд. юрид. наук. М., 2003. С. 77–78.

жизни, также способного ответить на вызовы современности, является залогом мирного сосуществования цивилизаций.

2. Шариат представляет собой достаточно широкую по своему охвату систему соционормативного регулирования, в которой предметами регулирования становятся различные стороны жизни человека (вопросы веры, культа и обрядов, повседневная жизнь, этические обязанности, отношения между мусульманами и мусульман с иноверцами и т.д.) и исчерпывается положениями Корана и Сунны. На этой основе покоится мусульманское право, одним из отраслей которого является уголовное право. Мусульманское право является только частью шариата и содержит как правовые предписания, содержащиеся в Коране и Сунне, так и правовые нормы, разработанные муджтахидами в процессе толкования священных текстов.

3. Следуя за мусульманско-правовой теорией в ее оценке Корана и Сунны как основных источников мусульманского права в целом и уголовного права в частности, а единогласного мнения авторитетов (иджма) и умозаключения по аналогии (кийас) – как собственно правовых источников, можно заключить, что указанные источники являются основными для мусульманского уголовного права. Идея закона как источника права не согласуется с таким подходом, поскольку полномочие правотворчества принадлежит единственно Аллаху, а светский законодатель не вправе создавать обязывающие правовые нормы.

Тем не менее, законодательство на настоящий момент является одним из важнейших компонентов мусульманской уголовно-правовой системы:

отражая уголовно-правовую доктрину той или иной школы либо сочетая взгляды нескольких школ, оно служит, с одной стороны, средством осовременивания права, а, с другой, способствует консервации мусульманских уголовно-правовых установлений. Традиционные источники права (Коран, Сунна, иджма, кийас) образуют основу для кодификации уголовного законодательства и вместе с тем являются важным вспомогательным средством в уяснении его содержания.

4. В зависимости от действенности мусульманского уголовного права в исламских государствах их можно разделить на две группы: первую будут составлять страны с мусульманским уголовным правом в качестве действующего права, что закреплено и подтверждено на законодательносудебном уровне (с отсутствием или минимумом современных западных по происхождению модификаций); вторую – страны, где прослеживаются лишь отдельные элементы мусульманской уголовно-правовой традиции (например, наказуемость употребления алкоголя), однако в целом уголовное право построено на европейских образцах уголовного законодательства.

§ 2. ОБЩАЯ Х АРА КТЕ РИСТИКА УГ ОЛОВНО

НАКАЗУЕ МОГО ДЕЯНИЯ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЙ ПО

МУСУЛЬ МАН СКО МУ УГОЛОВНОМУ ПРАВУ

Понятие преступления является одним из наиболее сложных вопросов уголовного права. Определение того, какие из конфликтов между личностью и обществом требуют применения мер уголовно-правового воздействия, является одной из основных задач уголовного законодательства.

Приступая к характеристике уголовно наказуемого деяния и его последствий согласно мусульманскому уголовному праву, следует прежде всего отметить слабую проработанность соответствующих общетеоретических вопросов в уголовно-правовой доктрине. Как справедливо отмечает Г.А. Есаков, «лишь кропотливый анализ трех категорий преступных деяний и непосредственно составляющих их преступлений дает возможность воссоздать более-менее целостную картину того, как в мусульманском уголовном праве понимаются преступление, образующие его элементы и обстоятельства, устраняющие преступность деяния»1.

Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 197.

Обусловлено это самой техникой создания мусульманского уголовного права как права юристов, нормы которого возникали ad hoc, как правила, разрешающие конкретную ситуацию. Такой метод напоминает методы создания римского права и англо-американского общего права, однако если последние с течением времени поднялись над частностями права и создали собственно теоретические построения, то мусульманское право в силу исторических причин (связанных с так называемым «закрытием врат иджтихада»1) не создало собственно абстрактного учения о преступлении.

Только в современную эпоху (во многом под влиянием западной правовой доктрины) наблюдается активизация теоретической мысли в рассматриваемом направлении, выражающаяся в создании на основе норм мусульманского права собственно мусульманско-правового учения о преступлении.

В его основе лежит деление всех человеческих поступков, регулируемых шариатом и мусульманским правом, на пять категорий.

1. Действия и поступки особой важности (ваджиб, фард), т.е. обязательные предписания. По этой причине они не заслуживают одобрения и поощрения, например, совершение намаза (т.е. ежедневной пятикратной мусульманской канонической молитвы), а также выплата закята (налога на имущество и доходы каждого мусульманина в пользу неимущих членов мусульманской общины). К обязательно предписанным относятся такие действия, на необходимость совершения которых прямо указано в источниках права. Так, в Коране формулируется необходимость возвращать вверенное имущество и справедливо разбирать споры между людьми: «Аллах, поистине, повелевает вам возвращать доверенное имущество владельцам его и, когда вы судите среди людей, то судить по справедливости. Ведь Аллах – как

См. подр.: Есаков Г.А. Основы сравнительного уголовного права. С. 98–100.

прекрасно то, чем Он нас увещает! – ведь Аллах – слышащий, видящий!»

(Коран, сура 4 «Женщины», аят 61).

2. Рекомендуемые, положительно оцениваемые поступки (мандуб, мустахабб). Хотя такие поступки совершать не обязательно, они одобряются и поощряются, например, совершение хаджа (паломничество в Мекку), выплата садака (милостыня в форме единовременных денежных пожертвований или отчислений части доходов для помощи нищим, беднякам).

3. Поступки, не подлежащие наказанию, но и не одобряемые, т.е. нейтральные, безразличные. Например, употребление в речи брачных слов, неуважение, которые не подлежат поощрению, но и не наказываются (мубах).

4. Запрещенные поступки (харам, мухаррам, махзур), т.е. категорически запретные для мусульман действия. К запрещенным относятся такие действия, совершение которых не дозволяется либо никогда, либо без какихлибо условий. К примеру, Кораном ни при каких обстоятельствах не дозволяется употребление в пищу свинины (Коран, сура 5 «Трапеза», аят 3); категорически запрещается прелюбодеяние (Коран, сура 17 «Перенес ночью», аят 32); безусловно запрещается лжесвидетельство (Коран, сура 22 «Хадж», аят 30). Напротив, в общем смерть человеку не дозволяется причинять, однако при наличии обстоятельств, делающих такое убийство правомерным, запрет перестает действовать (Коран, сура 5 «Трапеза», аят 32). Соответственно, разрешенные поступки и действия, не входящие в категорию харам, называются халляль (от арабского быть разрешенным, дозволенным).

5. Неодобряемые поступки (макрух), которые, тем не менее, также не подлежат наказанию.

Для уголовного права (как и для мусульманского права в целом) значение имеют только обязательные и запрещенные поступки. Б.Дж.

Вайсс подчеркивает, что в классической доктрине шариата обязательные и запрещенные поступки противопоставлялись остальным категориям поступков с помощью, в свою очередь, категорий осуждения (замм) и наказания (икаб):

«Осуждение в классической мусульманской философии является основанием для справедливого наказания. …Официальное утверждение наказания придает категоризации действий как обязательных и запрещенных абсолютный и принципиальный характер (джазм), иными словами, характер закона»1.

Соответственно, совершение запрещенного и несовершение обязательного действия образуют грех (в самом общем значении этого слова) (поэтому неверно, как то иногда делается2, непосредственно связывать совершение запрещенного и несовершение обязательного действия с преступлением).

За грех полагается либо осуждение и религиозное покаяние (каффара), либо наказание. То, какое последствие влечет грех, определяется применительно к каждому конкретному греху шариатом и мусульманским правом. Соответственно, в самом первом приближении (оставляя уже в стороне грех, за которым следует покаяние, поскольку за него «не предполагается никакого наказания со стороны земной судебной власти»3) преступление по мусульманскому уголовному праву в самых общих чертах можно определить как посягающий на чьи-либо права грех (в разобранном значении этого слова), за которым следует наказание.

При этом разрабатывая теорию преступления мусульманские юристы исходили из двух основополагающих философско-богословских начал4.

Прежде всего они считали, что все поступки и даже мысли людей так или иначе предопределяются волей Аллаха. Однако по мнению представителей большинства мусульманско-правовых школ, установленные «Божественным откровением» рамки достаточно гибки, чтобы позволять человеку во многих случаях самостоятельно выбирать вариант своего поведения. ПоВайсс Б.Дж. Указ. соч. С. 35–36.

См.: Ван ден Берг Л.В.С. Указ. соч. С. 165; Кибальник А. Преступление и наказание в доктрине мусульманского уголовного права // Уголовное право. 2007. № 1. С. 25.

Вайсс Б.Дж. Указ. соч. С. 38.

См. подр.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. С. 182–183.

этому любой серьезный проступок рассматривается как наказуемое нарушение мусульманских запретов, смысл которых заключается в общей направленности ислама, в частности, его правовых принципов и норм, на защиту пяти основных ценностей – религии, жизни, разума, продолжения потомства и собственности.

Другим принципиально важным моментом является рассмотрение преступления как непослушания воле Аллаха. Поэтому, по мнению мусульманских юристов, любое неправомерное в юридическом смысле поведение не просто представляет собой отклонение от предписаний мусульманского права, за которое следует соответствующая «земная» санкция, но в то же время выступает как религиозный грех, влекущий потустороннюю кару.

Подобный подход накладывает отпечаток на всю мусульманскую уголовно-правовую концепцию, в которой широкое понимание преступления как серьезного греха сочетается с его узким определением в формальноюридическом значении и предопределяет двойственную природу правовых последствий совершенного преступления.

В свете сказанного любое преступление равнозначно посягательству на заветы Бога, иными словами, является запрещенным и греховным актом, который подлежит неотвратимому наказанию в каждом из двух миров. Так, в известном определении аль-Маварди, крупнейшего представителя мусульманско-правовой теории правонарушения (974–1058 гг.), последнее состоит в совершении запрещенного и наказуемого Аллахом деяния 1. Ясно, что в данном определении речь идет как об отклонении от норм, регулирующих взаимоотношения людей, так и о нарушениях религиозных обязанностей, многие из которых приобрели правовой характер. Налицо, таким образом, единение этико-религиозного и формально-юридического подхода к квалификации противоправных действий.

Цит. по: Набиль Абдельрахман аль-Асуми. Указ. дис. С. 37.

Следующая из этого двойственность уголовно правовых последствий совершенного деяния в мусульманском уголовном праве заключена в том, что за одно и то же преступление человек наказывается дважды или, по меньшей мере, в загробном мире, если на земле по каким-то причинам ему удается избежать наказания. (Сложно, как следствие сказанного, согласиться с утверждением, по которому в мусульманском праве наказание – исключительно «потусторонняя кара как следствие совершения религиозного греха, т.е. преступления»1.) Объяснение этому состоит в том, что мусульмане верят в наказуемость преступного деяния не только в земной жизни, но и после смерти. В Коране говорится следующее (сура 64 «Взаимное обманывание», аяты 9– 10): «В тот день, когда Он вас соберет для дня собрания, это – день взаимного обманывания. И если кто уверовал в Аллаха и творил благое, Он сгладит у того его дурные дела и введет в сады, где внизу текут реки, – для вечного пребывания там навсегда. Это – великая прибыль! А те, которые не уверовали, и считали ложью Наши знамения, – это обитетели огня, вечно пребывающие в нем. И скверно это возвращение!».

Наказание, таким образом, является правом Аллаха на земле и на небесах. Аллах наказывает человека за его неблагодарность, карает его потому, что человеку было дано все (жизнь, разум, свобода), а он нарушил права, установленные Всевышним.

Уголовно-правовая доктрина мусульманских стран последних десятилетий формулирует на основе приведенного свое видение преступления, хотя в формулируемых ею признаках и понятии преступления явственно прослеживаются континентальные подходы с принципами, заложенными еще Рамез Ахмед Элайди. Наказание по уголовному праву арабских стран: дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 10.

Фейербахом: nulla poena sine lege, nulla poena sine crimine, nullum crimen sine poena legali1.

Так, например, Али Абдель-Кадер Эль-Кахваджи считает отсутствие понятия преступления в уголовном законодательстве ряда арабских стран правильным явлением, поскольку с его точки зрения невозможно дать общее и точное законодательное определение преступления, которое отражало бы все его необходимые элементы. Вместе с тем он формулирует теоретическое определение преступения как волевого поведения, запрещенного законом под угрозой наказания2.

«Понятие наказания, – как пишет Ибрагим Эль Килани, – это возмездие или кара, которую приводят в исполнение государственные органы за нарушение норм шариата, а преступление – это все неправильные действия, запрещенные Аллахом»3.

Египетский автор, Джунди Абдель-Мале,к считает, что преступление

– это действие или бездействие, караемое по закону уголовным наказанием и не оправданное осуществлением права или выполнением долга4. Им также выделяются следующие основные черты (признаки) преступления.

1. Преступление представляет собой только деяние, выраженное в определенной объективной форме (действие или бездействие). Это означает, во-первых, что не может быть преступления в одном лишь намерении или Уголовное право. Сочинение доктора Павла Анзельма Фейербаха. СПб., 1810.

С. 19–20.

См.: Али Абдель-Кадер Эль-Кахваджи. Уголовное право. Общая часть // Цит. по:

Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт. Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент, 1998. С. 32 (на узбекском языке).

См.: Ибрагим Килани. Учение о мусульманских арабских идеях // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт.

Т. 1: Источники права. Государственное право. Ташкент, 1998. С. 77 (на узбекском языке).

См.: Джунди Абдель-Малек. Уголовно-правовая энциклопедия // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт.

Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент, 1998. С. 105 (на узбекском языке).

преступной воле лица, если они не воплотились в поступке. Во-вторых, не может быть уголовного преследования за мысли человека, приверженность к какой-либо социальной, религиозной теории и т.п.

2. Преступление есть противоправное деяние (действие или бездействие), нарушающее законы, которые призваны охранять общественный порядок и общественную безопасность. Этот признак преступного деяния предопределяет необходимость вмешательства закона для устранения нарушения и объясняет цели, которые преследует наказание. Так, с одной стороны одна из существенных характеристик преступления заключается в том, что оно нарушает общественный порядок и общественную безопасность. Именно поэтому закон запрещает данное деяние под угрозой наказания, а уголовное преследование осуществляется от имени государства (общества). С другой стороны, только закон определяет какие действия (бездействия) являются преступлением. Иными словами, здесь речь идет о противоправности и общественной опасности деяния, признаваемого преступлением.

3. Противоправное деяние признается преступлением, только если оно запрещено под угрозой уголовного наказания.

4. Деяние считается преступлением только в том случае, если оно совершено без наличия на то законных оснований, т.е. без наличия обстоятельств, оправдывающих его совершение. Так, если запрещенное законом деяние стало дозволенным в виду наличия определенного обстоятельства (например, состояние необходимой обороны), то оно не считается преступлением1.

Что же касается законодательства мусульманских государств, то в нем либо нет определения преступления вовсе (например, в законодательстве Бахрейна, ОАЭ, Кувейта), либо под очевидным влиянием континентальной

См.: Там же. С. 104–106.

уголовно-правовой мысли дается определение более или менее формального характера (например, ст. 55 УК Иордании).

Суммируя сказанное, по нашему мнению преступлению согласно теории мусульманского уголовного права можно дать следующие определение.

Преступление – это нарушающее заповеди Корана, подрывающее авторитет ислама общественно опасное деяние, направленное против морали, обычаев, распускающее правоверного мусульманина и иноверца, находящегося в пределах действия шариата, духовно, нравственно и религиозно, совершенное виновно и запрещенное Кораном и другими источниками мусульманского права под страхом наказания. Такое определение, во-первых, подчеркивает формальный признак преступления: запрещенность деяния нормами шариата и мусульманского права и его наказуемость. Этот признак в полной мере соответствует традициям исламской юриспруденции и общемировому стандарту уголовного права nullum crimen sine lege. С другой стороны, это определение подчеркивает неразрывную связь преступного деяния с посягательством на устои ислама, мусульманского общества.

Определяющим в построении системы наказаний и в применении последнего в мусульманском уголовном праве является особая классификация преступлений, не имеющая ничего общего с принятой в западном мире классификацией (категоризацией) преступлений по их тяжести (общественной опасности).

Деяние, за которым следует наказание, может принадлежать, согласно мусульманскому уголовному праву, к одной из трех категорий: преступления худдуд, преступления кисас или преступления тазир. В основу такой классификации доктрина мусульманского уголовного права кладет двойственный критерий, который связан, во-первых, с тем, чьи права нарушаются преступлением, и, во-вторых, с тем, насколько определено предписанное за последнее наказание.

Соответственно, выделяются три группы прав, могущих быть нарушенными преступлениями: права Аллаха, права индивида, права Аллаха в сочетании с правами индивида. Последняя группа делится на две подгруппы, в каждой из которых доминируют либо интересы божественного, либо интересы человеческого.

Следуя этой систематизации нарушаемых прав, можно выстроить такую схему категорий преступлений по мусульманскому уголовному праву:

1. Смысл понятия худдуд можно передать как «границы дозволенного и запретного, установленные Аллахом». К преступлениям худдуд относятся такие деяния, наказание за совершение которых точно определено в Коране или Сунне пророка и изменить которое правоприменитель не вправе1. С содержательной точки зрения к преступлениям худдуд относятся те, которые посягают на права Аллаха либо на права Аллаха в сочетании с правами индивида (где доминантой являются интересы Аллаха).

Большинство современных исследователей мусульманского права относят к данной категории те деяния, которые, во-первых, посягают только на интересы всей общины («права Аллаха») и, во-вторых, влекут наказания либо однозначно определенные Кораном или Сунной, либо нормативно точно установленные правоприменительной практикой «праведных» халифов. Однако то, какие преступления относятся к категории худдуд, является до сих пор предметом спора между различными школами2. Так, наибольшее число преступлений худдуд – 18 – насчитывается шиитской школой в Иране3. Однако подавляющее большинство мусульманских юристов (представители маликитской и шафиитской школ) полагают такое число равным семи. К ним относятся ересь (вероотступничество), восстание, прелюбодеяние, кража, грабеж, пьянство и клеветничество. Согласно мнению других представителей маликитской школы, преступлений худдуд пять: прелюбоСм. подр.: Lippman M., McConville S., Yerushalmi M. Op. cit. P. 45–49; Al-Muhhairi B.S.B.A. Islamisation and Modernisation within the UAE Penal Law: Shari‘a in the Pre-modern Period. P. 301–305; Торнау Н. Указ. соч. С. 465–472.

См.: Al-Muhhairi B.S.B.A. The Islamisation of Laws in the UAE: The Case of the Penal Code. P. 363.

См.: Rahami M. Op. cit. P. 589.

деяние, кража, грабеж, пьянство и клеветничество. Еще меньшее число – четыре – называется в ряде учений шафиитской школы: прелюбодеяние, кража, пьянство и клеветничество.

Характеристика этих преступления как посягающих на права Аллаха связана с тем, что Сунна пророка прямо объявляет совершающего эти деяния неверующим (отступником): «Передают со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, что пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, сказал: “Когда прелюбодей прелюбодействует, верующим он не является, и когда (кто-нибудь) пьет вино, верующим он не является, и когда вор совершает кражу, верующим он не является”. В другой версии (этого хадиса, также передаваемой со слов Абу Хурайры, да будет доволен им Аллах, сообщается, что пророк, да благословит его Аллах и да приветствует, сказал): “…И тот, кто на глазах у людей отнимает у других что-нибудь ценное, не является верующим, когда делает это”» (Сахих аль-Бухари: Мухтасар аз-Зубайди, хадис 1841 (5578)). По справедливому замечанию Л.Р. Сюкияйнена, «правила “худдуд” относятся к религиозным предписаниям и тем самым ставятся в один ряд с культовыми обязанностями верующих»1.

Наказания за преступления худдуд точно установлены в Коране и Сунне, и судья не вправе изменить их пределы.

2. В переводе с арабского кисас означает «равенство», «эквивалентность». К преступления кисас относятся такие деяния, наказание за которые осуществляется по принципу талиона, равным за равное. С содержательной точки зрения преступления кисас посягают на права индивида либо на права Аллаха в сочетании с правами индивида (где доминантой являются интересы человека). В категорию преступлений кисас входят различные формы намеренного и ненамеренного нанесения увечий человеку. Наказания за преступления кисас также точно установлены в Коране и Сунне.

Сюкияйнен Л.Р. Исламское уголовное право: от традиционного к современному.

С. 577.

3. Преступления тазир образуют последнюю категорию преступлений по мусульманскому уголовному праву. На арабском языке это слово имеет много значений, из которых применительно к уголовному праву наиболее точными будут «исправление», «назидание».

К числу преступлений тазир относятся деяния, за которые ни Коран, ни Сунна пророка не предписывают определенного наказания, так что право выбора вида и меры наказания принадлежит судье. С содержательной точки зрения преступления тазир посягают на права индивида.

В определенном смысле данная категория является «остаточной», т.е.

объемлет весь тот круг преступлений, что не относится к преступления худдуд или кисас.

В современном мусульманском уголовном законодательстве преступления тазир в основном кодифицированы. К примеру, в Иране в 1996 г. был принят закон из 231 статьи, посвященный преступлениям тазир и составленный на основе шиитских правовых текстов. Согласно ст. 1 УК ОАЭ преступность и наказуемость преступлений тазир (в отличие от преступлений худдуд и кисас, остающихся незафиксированными в законодательных актах) определяется по уголовному кодексу Эмиратов и иным уголовно-правовым актам. Исключение составляет лишь Саудовская Аравия, где перечень преступлений тазир и предписанные за них наказания содержатся в трудах ученых-юристов и лишь часть преступлений тазир (связанных с такими современными сферами жизни, как налогообложение, денежно-кредитное регулирование и т.д.) предусматривается в королевских декретах; кроме того, судьи вправе объявлять преступлениями новые деяния, неся при этом лишь моральную ответственность перед Аллахом и сообществом.

Следует также отметить, что иногда в дополнение к категории преступлений тазир выделяется категория преступлений сийасах, посягающих на права имама или государства либо на права общества. При таком подходе к преступлениям тазир относятся только те, что посягают на права индивида.

Тем не менее, современная мусульманская уголовно-правовая теория в большинстве своем объединяет эти две категории преступлений в единую категорию преступлений тазир, указывая при этом, что к охраняемым ею правам относятся не только права индивида, но и права государства или права мусульманского сообщества.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать следующие выводы.

1. В основе понимания уголовно наказуемого деяния по мусульманскому уголовному праву лежит рассмотрение человеческих поступков как имеющих здесь двойную значимость: за них полагается и кара на земле, и кара в загробной жизни. Это предопределяет акцент на религиозной составляющей преступления и в дальнейшем будет влиять на земное наказание поступка.

2. Преступление – это нарушающее заповеди Корана, подрывающее авторитет ислама общественно опасное деяние, направленное против морали, обычаев, распускающее правоверного мусульманина и иноверца, находящегося в пределах действия шариата, духовно, нравственно и религиозно, совершенное виновно и запрещенное Кораном и другими источниками мусульманского права под страхом наказания. Такое определение сочетает в себе формальный и сущностной признаки преступления.

3. Выделяемые в мусульманском правоведении категории преступлений отражают иерархию ценностей исламского общества и в большинстве случаев жестко увязаны с назначением наказания.

–  –  –

§ 1. ПОНЯТИЕ НАКАЗАНИЯ Наказание – один из двух центральных институтов уголовного права, а теоретические проблемы наказания являются едва ли не самыми сложными в уголовно-правовой науке.

Наказание есть «воздействие» на лицо, совершившее преступление, сила которого может быть использована исключительно государством. От того, какой смысл вкладывается в это понятие, от того, как строится система наказаний, зависит сущность и направление уголовной политики государства.

История уголовного права показывает, что на различных этапах развития человеческой цивилизации государство с помощью наказания стремится защитить общество от преступного посягательства на социально значимые ценности, охраняемые уголовным законом. При этом предусматривая наказание за какое-либо преступление, законодатель должен исходить из соответствующих общественных, экономических, психологических, социально-культурных, исторических и других факторов.

Социальные функции наказания в ходе человеческой истории менялись. Сегодня функции наказания заключаются в восстановлении нарушенного общественного порядка, удовлетворении общественной потребности в наказании совершившего преступление, устранении чувства страха и неуверенности, возникающих в обществе в связи с совершением преступления, заглаживании нанесенного потерпевшему вреда, укреплении веры граждан в способность государства бороться с преступностью и надежно защищать законные права и интересы человека и общества.

Обращаясь к вопросу о понятии наказания в мусульманском уголовном праве, следует, как и применительно к учению о преступлении, отметить, что доктрина наказания недостаточно полно разработана в мусульманском праве. Единого общепризнанного определения наказания нет, и это объясняется казуистичностью норм шариата и мусульманского права, где обобщение правовых категорий является редкостью. Общую доктринальную идею, объединяющую все разновидности наказания и правила его назначения, можно выявить, пожалуй, лишь соотносительно с тремя категориями преступлений, известных мусульманскому праву, поскольку в каждой из них идея наказания и практика применения наказания являются, по сути, своей. Тем не менее, мы попытаемся в настоящей главе выявить общие постулаты учения о наказании; и напротив, в следующей главе изложим систему наказаний, сообразуясь с тремя категориями преступлений.

До пришествия Пророка в аравийских племенах практически беспредельно царили принцип «равным за равное» и обычай кровной мести. Так, убийство наносило слишком серьезный ущерб семье (роду, клану), чтобы оставаться безнаказанным; поэтому оно рассматривалось как посягательство против семьи в целом. Если убийца принадлежал к той же самой семье, что и потерпевший, то сородичи сами решали, как с ним поступить. Если же убийца принадлежал к другой семье, то в действие вступал закон кровного отмщения равным за равное.

Ислам изменил привычные воззрения. Им была привнесена идея загробного мира с предшествующим ему Днем Последнего Суда, на котором грешники будут отделены от праведников. В частности, в Коране говорится следующее: «В тот день, когда Он вас соберет для дня собрания, это – день взаимного обманывания. И если кто уверовал в Аллаха и творил благое, Он сгладит у того его дурные дела и введет в сады, где внизу текут реки, – для вечного пребывания там навсегда. Это – великая прибыль! А те, которые не уверовали, и считали ложью Наши знамения, – это обитетели огня, вечно пребывающие в нем. И скверно это возвращение!» (сура 64 «Взаимное обманывание», аяты 9–10).

Как следствие, исламом смягчалась необходимость в кровной мести как наказании преступника (грешника) на земле, поскольку за бесчестием, говоря словами Корана (сура 5 «Трапеза», аят 33), в ближайшей жизни (т.е.

за наказанием) все равно неизбежно последует кара величайшая (т.е. ад) в загробной жизни. Из этого последовал запрет бесконечной кровной мести и введение института «кровавых денег» (дийи) как выкупа, принимаемого потерпевшей стороной в обмен на ее отказ добиваться возмещения по принципу талиона.

Первые реформаторские шаги в области наказания были сделаны Мухаммадом в так называемой «Мединской конституции» или письменном уставе мусульманской общины, составленном им вскоре после Хиджры, т.е.

переселения в Медину (622 г.). В частности, в этом уставе было предусмотрено, что: а) все мусульмане образуют в своем отношении к иноверцам единое сообщество или умму; б) каждая семья в сообществе коллективно ответственна за выплату «кровавых денег»; в) все члены уммы коллективно должно противостоять преступности и не должны способствовать преступникам, хотя бы то и были их ближайшие родственники.

Таковы были первые шаги Мухаммада в реформировании наказания по обычному праву аравийских племен. Однако центром всей деятельности пророка должен, бесспорно, считаться Коран, заложивший основы мусульманской доктрины наказания.

Можно выделить ряд отличительных черт наказания, следующих из коранических установлений1.

Во-первых, наказание рассматривается как последняя, крайняя земная мера, прилагаемая к грешнику. Все преступления худдуд (если строго слеСм. также: Есаков Г.А., Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 322– 323.

довать религиозным канонам) маловероятны: ересь и восстание невозможны из-за строго религиозного воспитания и страха перед Днем Последнего Суда; употребление алкоголя вряд ли возможно из-за его легального отсутствия и запрета на его производство в мусульманском сообществе; кража и разбой маловероятны благодаря тому, что государство и индивиды обязаны помогать бедным; прелюбодеяние исключается вследствие затворнической роли женщины и ранних браков. Как следствие, ислам по сути закрывает все преступные пути, направляя жизнь человека исключительно по праведному пути. Тот же, кто нарушает эти заповеди, заслуживает, бесспорно, строгого наказания как нарушивший не столько мирские законы, сколько Божественные каноны.

К примеру, вор не просто преступник, но также и грешник, подлежащий наказанию за то, что он украл, сколько за грех, павший на его душу (Коран, сура 5 «Трапеза», айат 38). Трудно рассчитывать на проявление милосердия Аллаха и его прощение убийце.

Так, в одном из хадисов указывается: «Передают со слов Ибн ‘Умара, да будет доволен Аллах ими обоими, что посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует, сказал:

“Верующий не будет стеснен в своей религии до тех пор, пока не прольет запретной крови”» (Сахих аль-Бухари: Мухтасар аз-Зубайди, хадис 2074 (6862)).

Во-вторых, коранические наказания применяются как пример другим, поскольку многие из них исполняются публично. В частности, Кораном прямо предписывается публичность исполнения наказания за прелюбодеяние («Прелюбодея и прелюбодейку – побивайте каждого из них сотней ударов.

Пусть не овладевает вами жалость к ним в религии Аллаха, если вы веруете в Аллаха и в последний день. И пусть присутствует при их наказании группа верующих» (Коран, сура 24 «Свет», аят 2)). Согласно сложившейся практике, первыми камни бросают свидетели, на основании показаний которых был осужден виновный; затем судья и лишь после него – все остальные присутствующие. Один из хадисов также содержит предание о том, что пророк повелел носить виновному отсеченную руку на шее (Сунна Абу-Дауда, книга 38 «О наказаниях худдуд», хадис 4397).

За кражу отсечение рук производится публично квалифицированным медиком; публично происходит и порка плетьми. В частности, когда в Северной Нигерии начало реально применяться исламизированное уголовное законодательство, первые же публичные исполнения приговоров были встречены с энтузиазмом толпами народа. Так, в феврале 2000 г. в штате Замфара в присутствии полутысячной толпы был наказан восемьюдесятью ударами плетей виновный в употреблении алкоголя. Судья, вынесший приговор, сказал, что он счастлив присутствовать при исполнении приговора.

В-третьих, наказание в мусульманском праве носит строго личный характер. В Коране указывается, что «кто идет прямым путем, тот идет для самого себя, а кто заблуждается, то заблуждается во вред самому себе; не понесет носящая ношу другой…» (сура 17 «Перенес ночью», аят 16).

В-четвертых, наказание может быть применено лишь после совершения преступного деяния. По сути, эта черта наказания является отражением европейского прицнипа nullum crimen sine lege, который в исламской трактовке звучит как невозможность применения наказания в отсутствие ясного предписания Корана и закона о недопустимости тех или иных действий.

Свидетельство тому коранический стих: «…Мы не наказывали, пока не посылали посланца» (сура 17 «Перенес ночью», аят 16).

В-пятых, наказания, предписанные в Коране, через устрашение исправляют в конечном итоге. Смертная казнь, членовредительство, плети – все это должно заставить грешника раскаяться и избежать тем самым кары в загробной жизни. Более того, некоторые мусульманские правоведы считают, что наказание нацелено единственно на исправление и раскаяние грешника.

Так, в «Хидоя» указывается, что «пьющий вино не подвергнется наказанию, пока находится в состоянии опьянения, для того, чтобы цель наказания (устрашение) была достигнута»1.

Фрагменты из Корана ясно иллюстрируют исправительность предписываемых шариатом наказаний: «И если кто сделает зло или обидит свою душу, а потом попросит у Аллаха прощения, он найдет Аллаха прощающим, милостивым» (Коран, сура 4 «Женщины», аят 110); «А рабы Милосердного

– те, которые ходят по земле смиренно и, когда обращаются к ним с речью невежды, говорят: “Мир!”… И те, которые не призывают с Аллахом другого божества, и не убивают душу, запрещенную Аллахом, иначе как по праву, и не прелюбодействуют. А кто творит это, тот встретит воздаяние. Удвоенно будет ему наказание в день воскресения, и будет пребывать он в нем вечно униженным, кроме тех, кто обратился и уверовал и творил дело доброе, – этим Аллах заменит их злые деяния благими; поистине, Аллах прощающ, милосерд!» (Коран, сура 25 “Различение”, айаты 63, 68–71). Аналогична мысль в отрывке, посвященном наказанию совершивших кражу: «Вору и воровке отсекайте их руки в воздаяние за то, что они приобрели, как устрашение от Аллаха. Поистине, Аллах – великий, мудрый! А кто обратится после своей несправедливости и исправит, то Аллах обратится к нему. Поистине, Аллах – прощающий, милосердный!» (Коран, сура 5 «Трапеза», аяты 38–39).

В-шестых, коранические наказания несут в себе также идею возмездия преступнику. Например, в Коране говорится: «А если кто был убит несправедливо, то Мы его близкому дали власть, но пусть он не излишествует в убиении. Поистине, ему оказана помощь» (Коран, сура 17 «Перенес ночью», аят 33).

В-седьмых, наказание есть не право государства, а его обязанность, прямо следующая из религиозных догматов. В особенности это ярко видно в Маргинани Б. Хидоя. Комментарии мусульманского права / пер. с англ.; отв. ред.

А.Х. Саидов. В 2 ч. Ч. 1. М., 2008. С. 460.

приложении к преступлениям категории худдуд, где Коран запрещает прощение виновного, налагая на судью обязанность применить наказание, ни на йоту не отступив от него: «Таковы границы Аллаха, не преступайте же их, а если кто преступает границы Аллаха, те – неправедные» (сура 2 «Корова», аят 229).

На основе этих коранических установлений уголовно-правовая доктрина мусульманских стран следующим образом раскрывает понятие наказания и его признаки.

Например, Ахмад Фатхи Бахнаси пишет, что наказание – это заранее установленное законом (а под законом он понимает все источники мусульманского права, включая Коран, Сунну, иджму и т.д.) воздаяние за нарушение указанных в нем запретов с целью предупреждения совершения преступлений как со стороны осужденного, так и со стороны других лиц1. В этом определении четко прослеживается следующие моменты: а) наказание есть возмездие; б) оно назначается за нарушение установленных законом запретов; в) наказание преследует цель предупреждения совершения преступлений; г) наказание заранее установлено в законе.

Сирийский юрист Мухаммед Аль Фадель пишет, что наказание – это предусмотренная законом мера принуждения, применяемая от имени общества в отношении лица, вина которого в совершении данного преступления установлена2. Понятие наказания как меры означает, что каждый вид наказания имеет количественные границы и определенное содержание, т.е. представляет собой конкретный способ воздействия на осужденного, строго регСм.: Ахмад Фахти Бахнаси. Наказание по мусульманскому праву // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт.

Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент, 1998. С. 175 (на узбекском языке).

См.: Мухаммед Аль Фадель. Общие принципы уголовного права // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт.

Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент, 1998. С. 66 (на узбекском языке).

ламентированный уголовным законом. Суд не вправе выходить за пределы количественных и качественных характеристик наказания, установленных законом.

Абдель Кадер Ода, акцентируясь на исправительном значении наказания, пишет: «Аллах дал человеку выбор совершения или не совершения преступления а также дал ему понятие того, что кара за преступление не должна быть единственным мотивом, который призван удерживать человека от совершения преступления. Человек есть разумное существо, которое должно отличать хорошее от плохого, а преступление есть болезнь, поэтому задача наказания состоит в том, чтобы оно стало своего рода лекарством для извлечения этой болезни»1.

Другой автор, аль-Маварди, давая определение наказания применительно к шариату, указывал на рубеже X–XI вв.: «Худдуд – это наказание, установленное Аллахом за нарушение запретов; поскольку в человеческой натуре борются, с одной стороны, страсть и потребность к наслаждениям, а с другой стороны – осознание обещанных в потусторонней жизни мучений за нарушение запретов, постольку и устанавливается худдуд как возможная боль, способна удерживать легкомысленных людей от нарушения запретов»2. Это определение имеет ярко выраженный религиозный оттенок. В нем предупреждение совершения преступления объясняется и обосновывается как защитой интересов общества, так и боязнью обещанного мучения в потусторонней жизни. Такая трактовка наказания выходит за рамки его рационального понимания3.

По мнению Джунди Абдель-Малека, общими чертами для всех наказаний являются: законность, равенство и индивидуальность. При этом сущАбдель Кадер Ода. Сравнительный анализ светского и исламского уголовного права // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт. Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент,

1998. С. 211 (на узбекском языке).

Цит. по: Набиль Абдельрахман аль-Асуми. Указ. дис. С. 108.

См.: Амин Омар Ахмед. Указ. дис. С. 107.

ность наказания, по его мнению, заключается в том, что оно является карой за преступное деяние. Принцип законности означает, что наказание должно быть законным, т.е. оно определяется законом (в соответствии с принципом nulla poena sine lege). Это означает, что только закон определяет вид и размер (высший и низший пределы) наказания. Однако здесь необходимо отметить, что судье предоставлена возможность выбрать вид наказания (когда предусмотрены альтернативные санкции за совершение преступления); определить его размер, не выходя за рамки закона; освободить виновного от исполнения наказания и т.п. Исполнительная власть также имеет ряд полномочий, которые влияют на исполнение наказания, например, право на помилование и амнистию, замену наказания более мягким и т.п. Таким образом, все ветви власти (законодательная, судебная и исполнительная) участвуют с разных позиций в определении и исполнении наказания. Принцип равенства означает, что все лица равны перед законом независимо от их положения в обществе, пола, вероисповедания, расовой принадлежности и т.д.

Но и здесь надо иметь в виду, что если наказание равноценно с точки зрения закона, то последствия применения наказания для преступников могут быть различными. Это определяется особенностями их личности, ибо, например, богатому человеку тяжелее переносить тюремное заключение, чем нищему и бездомному, так как бездомный найдет в тюрьме дом, а голодный – пищу, а богатому, например, лучше уплатить штраф в отличие от бедного. Штрафы – это тот вид наказания, равенство перед которым причиняет бедному больше страданий, чем богатому, поэтому размер штрафа должен определяться в соответствии с уровнем дохода1.

Некоторыми мусульманскими юристами приведенные признаки раскрываются более развернуто, хотя в основе их подхода лежат все те же обСм.: Джунди Абдель-Малек. Уголовно-правовая энциклопедия // Цит. по: Мусульманское право. Основные доктринальные труды. XIX–XX века / пер. с араб. В 3 тт.

Т. 3: Уголовное право. Уголовный процесс. Судоустройство. Ташкент, 1998. С. 85–86 (на узбекском языке).

щие принципы. Например, алжирский автор Исхак Ибрагим выделяет следующие признаки наказания:

Во-первых, наказание должно быть подчинено принципу законности.



Pages:   || 2 | 3 |
Похожие работы:

«Приложения к положению "О порядке предоставления в пользование индивидуальных банковских сейфов в АО КБ "Хлынов"" Приложение №1 к Положению "О порядке предоставления в пользование индивидуальных банковских сейфов в АО КБ "Хлынов" (редакция 1) Перечень документов, предст...»

«Роман Масленников Ты – суперличность. Остальных – к черту! Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2884905 Ты – суперличность. Остальных – к черту!/Рома...»

«InfoWatch EndPoint Security Руководство пользователя © ЗАО “ИнфоВотч” Тел. +7 (495) 229-00-22 • Факс +7 (495) 229-00-22 http://www.InfoWatch.ru Дата редакции: Февраль 2014 года InfoWatch EndPoint Security Все права защищены. Данный...»

«УТВЕРЖДАЮ Председатель КУС МЗИО РБ по Абзелиловскому району Ф.Р. Махиянов 25.09.2014 года ДОКУМЕНТАЦИЯ ОБ АУКЦИОНЕ на право заключения договора аренды муниципального имущества, находящегося в муниципальной собственности муниципального района Абзелиловский район Республики Башкортостан Организатор аук...»

«ПРАВИЛА И ПОЛИТИКА ФИТНЕС-КЛУБА TERRASPORT РАДУЖНЫЙ ВВЕДЕНИЕ ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В НАШ ФИТНЕС-КЛУБ! Поздравляем! Вы стали Членом нашего Фитнес-Клуба – Вы сделали новый шаг к здоровому образу жизни...»

«БГПУ им.М.Акмуллы ИПОИТ © ИИТО Горбунов В.М Лабораторная работа Базы данных в СУБД Oracle Database 11g Express Edition Цель занятия: Практическое использование серверных баз СУБД Oracle Database 11g Express Edition. Изучение установки...»

«АННОТАЦИИ И КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА К СТАТЬЯМ ВЫПУСКА 17(27) Т.Г. Морщакова T.G. Morshchakova ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРОФЕССОРА Т.Г.МОРЩАКОВОЙ НА ВТОРЫХ СЕНАТСКИХ ЧТЕНИЯХ ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА И НЕЗАВИСИМОСТЬ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ PROFESSOR T.G. MORSHCHAKOVA'S SPEECH AT THE SECOND SENATE C...»

«Александр Афанасьев Сила присутствия Серия "Спецназ. Группа Антитеррор" Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8891313 Афанасьев, Александр. Сила присутствия: Эксмо; Москва; 2015 ISBN 978-5-699-77688-7 Аннотация Авторитет Российской...»

«Российский гуманитарный научный фонд (12–13–59500г) Институт философии Российской академии наук Пермский государственный институт искусства и культуры ТРУДЫ РОССИЙСКОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ СВЕТСКИХ УЧЕНЫХ И ТЕОЛОГОВ С УЧАСТИЕМ ЗАРУБЕЖНЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ "ПРОБЛЕМЫ РОССИЙСКОГО САМОСОЗНАНИЯ. РЕЛИГИОЗНЫЕ, НРАВСТВЕН...»

«Серия Философия. Социология. Право. НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ 2013. № 8 (151). Выпуск 24 _ ЛОГИКА, МЕТОДОЛОГИЯ И ФИЛОСОФИЯ НАУКИ УДК 17.022.1 НАУЧНЫЙ АТЕИЗМ В ПОИСКАХ МЕТОДОЛОГИИ ИЗУЧЕНИЯ РЕЛИГИОЗНОСТИ СОВЕТСКОГО ЧЕЛОВЕКА (60-80-Е ГГ. ХХ ВЕКА) 1 С.М. КЛИМОВА В статье рассматривается изучение религиозности...»

«Маркетинговый план NU-TRU план продвижения Дистрибьютора в статусах и правила / условия получения вознаграждений. Основные понятие маркетингового плана Физическое или юридическое лицо, подписавшее договор с компанией Дистрибьютор NU-TRU с присвоением ID Дистрибьютор, который лично пригласил нового дистрибьютора в свою С...»

«NETAPP TECHNICAL REPORT Руководство по наилучшим практикам для Oracle 11g и системам хранения NetApp Oracle Alliance Engineering Team, NetApp Август 2011 | TR-3633 Коротко о главном: Документ описывает...»

«УСТАВ Профессионального союза работников народного образования и науки Российской Федерации Утвержден учредительным I Съездом Профсоюза 27 сентября 1990 г. Изменения и дополнения внесены II Съездом Профсоюза 4 апреля Учительская 1995 года, III Съездом Профсоюза 5 апреля 2000 года, V Съ...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "ОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ П.А.СТОЛЫПИНА" (ФГБОУ ВО Омский ГАУ) Омский аг...»

«Электронный архив УГЛТУ 2. Дерягин Б.В., Чухраев Н.В., Муллер В.М. Поверхностные силы М.: Наука, 1985. – 398 с. УДК 349 А.В. Артемов (A.V. Artyomov) УГЛТУ, Екатеринбург (USFEU, Yekaterinburg) О.Б. За...»

«ООО "ТМХ-Сервис", 2017-2019 гг. Коллективный договор общества с ограниченной ответственностью "ТМХ-Сервис" на 2017 – 2019 годы Раздел 1. Основные понятия Коллективный договор ООО "ТМХ-Сервис" на 2017 2019 годы правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в обществе с ограниченной ответстве...»

«ОБЗОР практики КСП ГО Евпатория РК в части реализации полномочий по составлению протоколов об административных правонарушениях в соответствии со ст. ст. 28.2, 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 9.1 Закона Республики Крым №117-ЗРК/2015 в 2016году 18...»

«ПРАВИЛА ОКАЗАНИЯ БРОКЕРСКИХ УСЛУГ 1. ОПРЕДЕЛЕНИЯ, ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ В ПРАВИЛАХ Брокер – AS Expobank, единый регистрационный № 40003043232. Клиент – физическое или юридическое лицо, кот...»

«ОБЩИЕ ПРАВИЛА Общие правила определяют порядок заключения договора об использовании автостоянки общества 1. с ограниченной ответственностью SIA EuroPark Latvia и общие правила договора. Настоящие условия распространяются на договоры об исп...»

«И збирательная комиссия Республики Коми П равовой статус участников избирательного процесса Сборник методических материалов по вопросам избирательного права и избирательного процесса Сы кты вкар, 2012 Избирательная комиссия Республики Коми Правовой статус участников избирательного процесса Сборник методических матери...»

«ЖАЛЫБИН Владимир Витальевич КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И ПРОФИЛАКТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С НЕЗАКОННЫМ ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ Специальность 12. 00. 08 —уголовное право и криминология; уголовно-испо...»

«Авторское право на 1) простейший метод решения жестких краевых задач и метод переноса краевых условий решения жестких краевых задач 2) Март 2015 Об авторском праве говориться на странице: www.vinogradov-design.narod.ru/math.html Алексей Юрьевич Виноградов красный диплом МГТУ им. Баумана 1993 года выпуска...»

«Rue De Pascale, 4 1040 Brussels Belgium Tel: +32 02 280 02 80 Fax: +32 02 230 16 58 Email: info@caritas-europa.org Web: http://www.caritas-europa.org НЕЛЕГАЛЬНЫЕ МИГРАНТЫ НЕСТАБИЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ВЫХОДЦЕВ ИЗ СТРАН ТРЕТЬЕГО МИРА, НЕЛЕГАЛЬНО ПРОЖИВАЮЩИХ В ЕВРОПЕ Декларация о позиции "Каритас Европа...»

«Информационные технологии в ОРД. К ВОПРОСУ О ПРИМЕНЕНИИ МЕТОДОВ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ В ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ И ИХ КЛАССИФИКАЦИИ В.В.Агеев (ГИАЦ МВД России) В юридической литературе подчеркивается, что при осуществлении прогнози...»

«3. Вопросы частного права России и зарубежных стран УДК 340 А. А. Целищев ОПРЕДЕЛЕНИЕ КАТЕГОРИИ "ПОЛНОМОЧИЕ" В ЧАСТНОМ ПРАВЕ РОССИИ Статья посвящена рассмотрению такого правового феномена, как полномочие. Автор указывает на примеры закон...»

«Юридическое заключение по вопросу о правовых последствиях принятия Федеральной службой по надзору в сфере природопользования Приказа от 13 октября 2015 г. № 810 "Об утверждении Перечня среднестатистических значений для компонентного состава и условия образования некоторых отходов,...»








 
2017 www.ne.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.