WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

«Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии СП-РАПН № 2 (16) Санкт-Петербург ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 ...»

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ

Информационный бюллетень

исследовательского комитета РАПН

по сравнительной политологии

СП-РАПН

№ 2 (16)

Санкт-Петербург

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

66.0

Д31

Редакционная коллегия:

1) 1) Сморгунов Л. В. (ответственный редактор

– Санкт-Петербург)

2) 2) Басалаев А. А. (ответственный секретарь

– Санкт-Петербург)

3) 3) Баранов Н. А. (Санкт-Петербург)

4) 4) Ильин М. В. (Москва) 5) 5) Попова О. В. (Санкт-Петербург) 6) 6) Фадеева Л. А. (Пермь) 7) 7) Морозова Е. В. (Краснодар) 8) 8) Грибанова Г. И. (Санкт-Петербург)

9) Панкратов С. А. (Волгоград) 31 Д31 ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ:

Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии (СП-РАПН) № 2 (16). – СПб., 2013. – 58 с.

Редакторы рефератов научных статей:

ISSN 1991-6051 Аликина Е., Корниенко Ф., Усачева П., Колесник А.

Редактор обзора зарубежных журналов:

Басалаев А. А.

Редактор обзора эмпирических данных:

Басалаев А. А.

ISSN 1991-6051 © Исследовательский комитет РАПН по сравнительной политологии, 2013 ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

СОДЕРЖАНИЕ

НОВОСТИ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО



КОМИТЕТА РАПН ПО СРАВНИТЕЛЬНОЙ

ПОЛИТОЛОГИИ 4

СТАТЬИ

Политико-административная система современной Великобритании Сморгунов Л. В.

Политико-административные режимы и способность к сетевой коммуникации Шерстобитов А. С.

РЕФЕРАТЫ СТАТЕЙ ПО ПУБЛИЧНОМУ

УПРАВЛЕНИЮ

Авторитарное обсуждение: поворот в сторону совещания в китайском политическом развитии Новое политическое руководство в Вестминстерских системах: беспристрастное государственное управление и эффективность менеджмента под угрозой Публичная ответственность и публичная деятельность акторов международного управления Анархическая модель сетевого управления

ОБЗОР НОВЕЙШЕЙ ЛИТЕРАТУРЫ ПО

СРАВНИТЕЛЬНОЙ ПОЛИТОЛОГИИ 37

ПРЕДСТАВЛЯЕМ ЖУРНАЛ

Сравнительная политология

ОБЗОР СТАТЕЙ ПО ПУБЛИЧНОМУ

УПРАВЛЕНИЮ 44

ЭМПИРИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ 53

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

НОВОСТИ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО КОМИТЕТА РАПН ПО

СРАВНИТЕЛЬНОЙ ПОЛИТОЛОГИИ

–  –  –

21-22 June, 2013 St. Petersburg State University, RC 48 – Administrative Culture of the International Political Science Association in cooperation with the Russian Political Science Association held a scientific seminar "Public values and political-administrative culture: Russian and international contexts".

The seminar was opened Prof., Dr. Leonid Smorgunov – vise-chair of RC 48 and the Chair of Scientific Council of the Russian Political Science Association. A welcoming speech was addressed by the Dean of the Political Science Faculty, Prof., Dr. Stanislav Yeremeev (St. Petersburg State University) and the Chair of the RC 48 Dr. Rosamund Thomas (Cambridge University).

Presentations were made by the scholars from Russia, Finland, India, Lithuania, Ukraine, and Uzbekistan. At the seminar the political scientists from all over Russia brought together. Were presented institutes and universities of St. Petersburg, Moscow, Yekaterinburg, Nizhniy Novgorod, Kursk, Ryazan, Barnaul, Astrakhan, Rostov-on-Don.

This joint initiative is due to the growing interest in the theory of public values and the possibility of discussion in this context of contemporary challenges in the field of public administration, as well as - developments in administrative culture.

Two-days seminar demonstrated that using the concept of public value in the modern theory and practice of public administration can help overcome the dominance of narrow and overly simplistic approaches that have dominated the last decade. This concept offers a new way to define the ultimate goals of the contemporary reforms of public administration in different countries. It is particularly important for public service reforms because the theory of public values has the potential to develop ways of thinking about the problems of the public sphere, and points to some practical ways forward.

The seminar was wearing an interdisciplinary character, its main purpose the participants saw the unification of efforts of political scientists to the study of the phenomenon of public sphere as well as a comprehensive study of current trends in the development of political and administrative culture, both in Russia and in the world.

The abstracts/summaries of the seminar‘s participants were published at Democracy and Governance. The Informational Bulletin of the RC on comparative politics, Russian Political Science Association. 2013. N 1 (15), pp. 10-59. See also the website of the RC on comparative politics: cp-rapn.ru.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Всероссийская школа молодых ученых «Субъектность в политике:

трансформации современной публичности, идентичность и политическое действие», 10-13 октября 2013 г., Краснодар-Анапа 10-13 октября 2013 г. в рамках реализации Программы стратегического развития Кубанского госуниверситета на 2012-2016 годы (мероприятие 3.1.1 – «Совершенствование и развитие внутрироссийской и международной мобильности аспирантов и молодых научнопедагогических работников вуза») прошла Всероссийская школа молодых ученых «Cубъектность в политике: трансформации современной публичности, идентичность и политическое действие». В качестве организатора со стороны КубГУ выступил научнообразовательный центр «Публичная политика и гражданское общество», со стороны Российской ассоциации политических наук - исследовательский комитет РАПН по сравнительной политологии.

Очное и заочное участие в школе молодых ученых приняло более 90 человек, представляющих наш вуз, а также университеты и академические структуры регионов нашей страны и ближнего зарубежья. Программа школы включала две пленарных сессии, мастерклассы, лекцию-дискуссию и круглый стол. Все участники имели возможность получить индивидуальные консультации по тематике своих исследований у ведущих учных МГУ, СПбГУ, Института мировой экономики и международных отношений, Института социологии РАН, Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, Финансового университета при Правительстве РФ, Воронежского госуниверситета.

Особым событием в рамках Школы стало проведение лекции-дискуссии проф. Я.А.

Пляйса (Москва, Финансовый университет) «Причины и возможные последствия реформы научной сферы современной России» и трех мастер-классов ведущих российских политологов: «Сетевой подход в политических исследованиях», проф. Сморгунов Л.В.

(СПбГУ) «Политическое и субъектность в политике», проф. Комаровский В.С. (Москва, РАНХиГС), «Меняющаяся идентичность в меняющемся мире», проф. Семененко И.С.

(Москва, ИМЭМО РАН).

Сборник статей участников Школы будет издан в ближайшее время.

А.А. Гнедаш, кандидат политических науке, доцент кафедры государственной политики и государственного управления Кубанского государственного университета ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

СТАТЬИ

–  –  –

Хотя сравнительные исследования государственного управления в политической науке проводятся давно, но особый интерес к ним появился в последние десятилетия, что не в последнюю очередь связано с интенсивным поиском новых моделей административногосударственного управления и соответственно реформами, которые затронули практически все западные страны. Общими основаниями реформ в 1980–90-е годы были кризис государства всеобщего благосостояния и растущий объем публичного сектора, неустойчивость экономического и социального развития, интернационализация и глобализация процессов развития, рост информационных потоков и технологий, резкое падение доверия со стороны населения к государству и бюрократии, переход к постматериальным ценностям в культуре и образе жизни.





Вместе с практическими шагами по реформированию государственной администрации растет понимание необходимости подкрепить их новыми теоретическими подходами и анализом интернациональной практики административных переходных процессов. В это время проявляется все большее внимание к изменению отношения практиков к административной науке и к включению потенциала науки в реформаторский процесс. Изменяется также отношение к эмпирическим исследованиям административного процесса и к использованию сравнительного метода.

Особое влияние на этот процесс интернационализации исследований и практики реформирования государственного управления оказывают такие международные организации, как Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Международный валютный фонд, Всемирный банк. В рамках ОЭСР создается специальная организационная структура по координации международных усилий в области теории и практики административных реформ – Комитет по публичному менеджменту ОЭСР (OECD‘s Public Management Committee – PUMA), который проводит работу по интерпретации существа административных реформ и дает советы по их эффективному внедрению. Результатом его деятельности выступает издание Европейского ежегодника сравнительного управления и публичной администрации (The European Yearbook of Comparative Government and Public Administration), ряд семинаров и конференций.

В этом компаративном движении особое место занимают англо-саксонские страны (Великобритания, США, Канада, Австралия, Новая Зеландия). Именно они выступили в последние десятилетия разработчиками моделей административных трансформаций, которые были приняты другими регионами мира в качестве практических ориентиров для построения способностей государства в изменяющихся условиях. Хотя политикоадминистративные системы в этих странах характеризуются значительной спецификой, тем не менее в отношении принципов и процессуальных механизмов они дают много полезного для международной практики. Отсюда то внимание, которое обращено на их изучение, и прежде всего – Великобритании, традиционная модель Вестминстера применительно к построению высших органов государственной власти и модели Уайтхолла применительно к государственной гражданской службе, которые в последнее время были подвержены некоторой трансформации2.

Автор: Сморгунов Леонид Владимирович, доктор философских наук, профессор, зав. кафедрой политического управления факультета политологии Санкт-Петербургского государственного университета.

leonid@LS2502.spb.edu См.: O’Toole B. The Framework of Ethical Compliance in the UK/ Minor Problems, Disproportionate Responses? // Public Policy and Administration. 2007. Vol. 22. N 1, pp. 109-127; Dillman D. Enduring Values in the British Civil Service // Administration & Society. 2007. N 7, pp.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Особенности и структурные компоненты политико-административной системы Великобритании. Политико-административная система Великобритании – Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии – по форме государственного правления относится к конституционным монархиям, где власть монарха является значимым компонентом политико-административного управления, хотя деятельность этого института ограничена, и парламент играет важную функцию в формировании органов исполнительной власти. Монарх является главой государства и правительства, хотя имеется пост премьер-министра, который назначается монархом из состава победившей партии или коалиции, а само правительство формируется на основе парламентского большинства. С конца 17 века (1688 г.) действует положение, согласно которому монарх управляет через своих министров, получивших доверие парламента. Великобритания относится к унитарным государствам с широкой автономией, унитарный принцип управления которым был трансформирован в конце 20 века в результате политики деволюции. В целом, однако, действует принцип верховенства парламента Великобритании, страной правит правительство парламентского большинства, в котором сосредоточена исполнительная власть и имеется значительное влияние правительства на законотворческую деятельность в стране. Тем не менее имеется три правовые системы – Англии и Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии. В результате политики деволюции самостоятельность Уэльса в вопросах правовой системы была повышена (создана Национальная ассамблея Уэльса, тогда как Англия не получила своего представительного органа власти). Существует большая автономия на местном уровне в графствах и округах. Централизованный характер исполнительной власти выражается в сильном центральном правительстве и значительной роли премьер-министра в разработке направлений публичной политики в стране. Особо следует сказать о принципе баланса властей в Великобритании, который исторически восходит к английской конституционным корням. Как подчеркивает Питер Пентхалер, баланс властей «не основан на теоретической троице‘ законодательной власти, управления и судебной системы, а на политической и правовой реальности ограниченного правительства, т.е., правительства, ограниченного парламентаризмом и фундаментальными правами, которое легально развивается и контролируется независимыми судьями»1.

К центральным органам политико-административного управления в Великобритании относятся монарх, парламент, Тайный совет, правительство, кабинет, центральные правительства и ведомства.

Великобритания отличается от других европейских стран особенностями, которые составляют специфику ее политико-административного управления. Как писал Джордж

Джонс, имеется три таких характеристики2:

1. Великобритания не имеет писанного кодифицированного документа под названием Конституция. Вместо Конституции управление в стране полагается на институты, соглашения и политику, которые в свою очередь зависят от политической культуры как комплекса установок людей по отношению к правительству и политике.

2. С 17 века в Великобритании суды и судьи оказывают небольшое влияние на правительство в отношении ограничения его деятельности. Роль права состоит в том, чтобы определять полномочия правительственной деятельности, а правительство больше зависит от того, что происходит в парламенте, и от политических и административных процессов.

Более значимым для управления, чем суды, начиная с 1860-х гг., являются голосование, партии, группы давления, средства массовой информации и прежде всего – избранные 883-900; Chapman R., O’Toole B. Leadership in the British Civil Service: An Interpretation // Public Policy and Administration. 2010. Vol. 25. N 2, pp. 123-136; Page E. Has the Whitehall Model Survived? // International Review of Administrative Sciences. 2010. Vol. 76. N 3, pp. 407-423;

Jordan B. Making Sense of the ‘Big Society’: Social Work and Moral Order // Journal of Social Work. 2011. N5; Bemmister M., Hefferman R.

Cameron as Prime Minister: The Intra-Executive Politics of Britain’s Coalition Government // Parliamentary Affairs. 2012. Vol. 65. Pp. 778-801;

Barberis P. The Managerial Imperative: Fifty years’ Change in the UK public Administration // Public Policy and Administration. 2012. Vol. 28. N

4. Pp. 327-345.

Pernthaler P. The English Roots of European and Global Constitutionalism // The British Constitution / Eds. A. Torre, L. Volpe. Vol. 1. Torino: G.

Giappichelli Editore, 2005, p. 524.

Jones G. The Multi-Dimensional Constitutions in the United Kingdom: Centralisation and Decentralisation // The British Constitution / Eds. A.

Torre, L. Volpe. Vol. 1. Torino: G. Giappichelli Editore, 2005, p. 393-395.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

представители от народа в Палате Общин. Именно парламент является институтом, через который общество участвует в деятельности правительства, а также метод, посредством которого правительство проверяется и отвечает за свою деятельность.

3. В Великобритании нет понятия государства. Вместо этого здесь сосредотачиваются на Короне и Парламенте, а также на политических и административных процессах для выявления и продвижения публичных интересов. Чиновники в центральном правительстве, государственные служащие являются слугами Короны, но не как монарха, сидящего на троне, а как уполномоченного правительства, руководимого кабинетом; чиновники служат своим непосредственным нанимателям, которые не выступают в качестве аморфной сущности государства; здесь нет сильной традиции государственного вмешательства в общество для мобилизации его ресурсов и ориентации его на развитие. Центральное правительство мало оказывает услуг само по себе, но в этом полагается на других.

Монарх (с 1952 г. правит королева Елизавета II) является главой государства и правительства, однако его функции ограничены, хотя «спящие прерогативы» являются довольно обширными. От его имени действует правительство и осуществляется правосудие.

К полномочиям монарха в отношении правительства относятся:

- назначение премьер-министра;

- назначение и увольнение министров;

- заслушивает информацию премьер-министра о состоянии дел и деятельности правительства;

- является главой Британского Содружества; он представлен в ряде стран генералгубернатором;

- является главнокомандующим вооруженными силами, назначает высших военачальников, присваивает воинские звания;

- объявляет войну и мир;

- является главой англиканской церкви.

Действительная роль монарха в политико-административной системе определяется не только имеющимися полномочиями, но и символической политикой единства власти и ее преемственности; гарантией стабильности власти и общества.

Парламент, состоящий из двух палат – Палаты общин и Палаты лордов. Роль парламента в политико-административном управлении Великобритании чрезвычайно высока и значительна. Как подчеркивается в исследованиях, английский парламент с его двумя палатами и его функциями в законодательном процессе, правительственной системе и правосудии часто рассматривается как «материнский» для всех видов демократической репрезентации в государственной системе1. Согласно британской системе управления (Магна Карта 1215 г.) именно парламент является институтом, посредством которого общество участвует в управлении и через который правительственная власть ограничивается. Эта особенная роль парламента порождала в истории Великобритании споры о пределах его суверенитета. Возникновение в конце 19 в. хорошо организованных партий привело к диктату победившей партии на выборах в Палату общин в деле формирования правительства и проведения правительственного курса. В этом отношении особо горячие споры велись в период деятельности консервативного правительства Маргарет Тэтчер. В конце 20 в. с победой Лейбористов во главе с Тони Блэром (1997-2007) проводилась конституционная реформа, которая хотя и была связана с решением ряда конституционных вопросов, в том числе и суверенитета Вестминстера, однако, как свидетельствуют исследования, не привела к коренному изменению ситуации: «Несмотря на проведение деволюции и росте власти судебной системы, правительство Блэра с неохотой шло на решение проблемы, связанной с суверенитетом парламента. В центре программы лежал парадокс. Реформы проводились и сопровождались заявлениям министров, что нет причин для изменения власти правительства, Pernthaler P. The English Roots of European and Global Constitutionalism // The British Constitution / Eds. A. Torre, L. Volpe. Vol. 1. Torino: G.

Giappichelli Editore, 2005, p. 523.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 единства британского государства, государственной гражданской службы и парламентского суверенитета»1.

Следует, однако, заметить, что парламентский суверенитет имеет относительное значение. Наблюдается тенденция ослабления роли Палаты общин в ограничении деятельности правительства. Как отмечается, растет самостоятельность правительства по отношению к парламенту: «парламент в целом и Палата общин в особенности интерпретируются скорее как контекст, в котором правительство действует, чем ограничение на его власть или независимый контролер и критик его деятельности. Он обеспечивает форум, на котором соревнующиеся стронники за власть встречаются, но сам по себе он едва ли является нейтральным. Враждебные отношения между правительством и оппозицией усиливают партийную дисциплину и лояльность, которая в свою очередь подрывает любую возможность объединенной деятельности, независимой от партийного руководства»2.

Тайный совет состоит из около 300 человек, формируется при монархе и полномочен принимать решения. В его состав входят все министры кабинета, ряд других министров, судьи Апелляционного суда, архиепископы англиканской церкви, почетные члены. Кворум для принятия решений – три члена Тайного совета. На практике собираются некоторые близкие к действующему кабинету люди, которые и принимают решения в виде приказов Короны в Совете.

Правительство не может превышать 95 членов. На практике оно состоит из 75-80 министров, младших министров, секретарей, лорд-канцлера, лорда казначейства, лордахранителя печати, канцлера герцогства Ланкастерского, главного почмейстера.

Правительство не принимает решений и, фактически, никогда не собирается вместе. Оно несет коллективную политическую ответственность перед парламентом и уходит в отставку вместе с премьер-министром.

Политически наиболее значимым элементом политико-административной системы выступает кабинет, который возник при монархе в конце 17 века и состоял из наиболее значимых министров. Обычно количество членов кабинета 18-22 члена, которые включают в себя премьер-министра, лорд-канцлера (председателя Палаты лордов), канцлера казначейства (министр финансов), государственных секретарей внутренних дел, иностранных дел, обороны, торговли и промышленности. Премьер-министр может включить в состав кабинета и других наиболее значимых должностных лиц.

Основными функциями кабинета являются:

предоставление парламенту окончательного варианта публичной политики; контроль за соответствием действий органов исполнительной власти политическому курсу, утвержденному парламентом; разграничение сфер и координирование деятельности министерств и ведомств. Кабинет занимает особое место в политико-административной системе Великобритании: «Кроме его политической значимости как финального источника власти и фундаментальной структуры, принимающей решения, кабинет приобретает свою определяющую позицию из того факта, что он является единственным координирующим образованием в британской государственном управлении. Это не означает, что нет множества межминистерских комитетов. … Однако они могут принимать решения, если все вопросы согласованы. Там, где этого нет, споры даже по тривиальным вопросам могут доходить до кабинета для их решения»3.

Обычно при характеристике политико-административной системы Великобритании выделяется особо фигура премьер-министра, который иногда характеризуется как «выборный диктатор». В последние годы анализ положения премьер-министра ведется в Kavanagh D. Tony Blair’s Constitution // The British Constitution / Eds. A. Torre, L. Volpe. Vol. 1. Torino: G. Giappichelli Editore, 2005, p. 360.

Budge I. Great Britain and Ireland: Variations of party government // Political Institutions in Europe. 2nd ed. / Ed. by Colomer J. L., N.Y.:

Routledge, 2002, p. 34.

Budge I. Great Britain and Ireland: Variations of party government // Political Institutions in Europe. 2nd ed. / Ed. by Colomer J. L., N.Y.:

Routledge, 2002, p. 37. Источник: Budge I. Great Britain and Ireland: Variations of party government // Political Institutions in Europe. 2nd ed. / Ed. by Colomer J. L., N.Y.: Routledge, 2002, p. 20. Данные за 2005 и 2010 гг. взяты из Интернета

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

аспекте общей тенденции президенциализации политики. Подчеркивается, что власть премьер-министра здесь даже больше, чем власть президента в президентсткой республике1.

Следует отметить характерную черту формирования кабинета в Великобритании – патронажную систему. Как пишет Алессандро Торре, «в Британском правительстве патронаж – конкретная власть регулирования состава кабинета … и большей части правительства. Патронаж, примененный к государственной службе, и строгий контроль, который премьер-министр и узкая команда государственных секретарей (главным образом являющихся членами аристократии) могут фактически проявлять при назначениях, является отправной точкой власти премьер-министра и значимого инструмента политического руководства»2.

Что касается функциональных министерств и ведомств, то их формирование и количество находится всецело под контролем премьер-министра, который может их создавать или преобразовывать, исходя из нужд политики. Для этого в парламент представляется от имени короны проект закона, который принимается без обсуждения.

Партии в Великобритании. Партии в Великобритании относятся к старейшим партиям в мире. Их роль в политико-административной системе огромная, если не сказать решающая. Именно партии большинства в Палате общин формируют правительство Великобритании и определяют направления публичной политики.

Табл. 1. Выборы в Палату общин (1945-2010), %

Год Явка Лейбористы Либералы Консерваторы Лейб+Кон Националисты.

В 2005 г. Электоральная комиссия зарегистрировала 353 партии в Великобритании (и 56 в Северной Ирландии). Однако множество партий не означает, что здесь мы имеем большую плюралистическую партийную систему. Голосование по правилу относительно большинства в Палату общин создает определенные институциональные препятствия для прохождения в парламент маленьких партий. Отсюда, до середины 1970-х годов партийная система Великобритании характеризовалась как устойчивая двухпартийная, когда одна партия сменяет другую в процессе выборов. В период 1945 по 1974 г. это были Консервативная См.: Dowding K. The Prime Ministerialisation of the British Prime Minister // Pariamentary Affairs. 2013. Vol. 66. Pp. 617—635; Foley M. Prime Ministerialisation and PRESIDENTIAL Analogies: A Certain Difference in Interpretative Evolution // Pariamentary Affairs. 2013. Vol. 66. Pp. 655— 662.

Торре А. Системы органов исполнительной власти и государственной службы в Великобритании и Соединенных Штатах Америки // Государственная политика и управление. Часть 2: Уровни, технологии, зарубежный опыт государственной политики и управления / Под ред. Л.В.Сморгунова. М.: РОССПЭН, 2007, с. 232-233.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

партия и Лейбористская партия. Общее число голосов на выборах для этих двух партий колебалось от 98 % в 1945 г. до 89 % в 1970 г. (см. табл. 1). Ситуация стала меняться с середины 1970-х гг., когда Либеральная партия стала получать все большее число голосов на выборах (см. диаграмму 1), а в 2010 г. было сформировано коалиционное правительство из двух партий – консерваторов и либералов во главе с Дэвидом Камероном – лидером Консервативной партии. Снижение доли голосов двух послевоенных лидирующих партий на выборах последних трех десятилетий поставило вопрос о типе современной партийной системы Великобритании1.

–  –  –

Если говорить о представительстве партий в современном парламенте Великобритании, то на изменение ситуации повлияли следующие основные факторы: 1) изменение социальной основы голосующих, ослабление их классовой и партийной идентификации; 2) миграционные процессы и их влияние на голосование за партии; 3) влияние голосование в Европарламент на выбор ориентации в голосовании за представительство в палате общин; 4) процессы деволюции и рост региональных партий, их влияние на результаты общенационального голосования.

Количество партий в современной Палате общин колеблется в пределах 10, но только три из них являются центральными игроками в формировании политики и правительства (хотя на последних выборах малые партии стабильно получают около 10% голосов).

Значение этих партий может быть представлено двумя показателями – эффективного числа электоральных партий (ЭЧЭП) и эффективного числа парламентских партий (ЭЧПП). Для 2005 г. эти показатели составили соответственно 3,61 и 2,512. Эти показатели говорят о серьезных изменениях в партийной системе Великобритании. Поэтому некоторые исследователи полагают, что на смену двухпартийной системы идет двух-с- половинная партийная система, некоторые говорят о многопартийной системе, а другие о системе чередующихся предоминантных партий.

Осуществление политики деволюции и появление/укрепление некоторых региональных парламентов (Шотландский парламент, Ассамблея Уэльса, Ассамблея Северной Ирландии) происходят изменения в партийном спектре регионов. Растет значение таких партий, как Шотландская национальная партия, Шин Фейн и Демократическая юнионистская партия в Северной Ирландии, Плэйд Кимру в Уэльсе. Следует отметить также См.: Dunleavy P. Facing up to Pultyparty Politics // Parliamentary Affairs. 2005. Vol. 58. N 3; Britain Votes 2005 / Eds. P. Norris, C. Wlezien.

Oxford; Oxford University Press, 2005; Webb P. The Modern British Party System. Sage, 2000; Ingle St. The British Party System: An Introduction. 4th edn. L.: Routledge, 2007; Lynch Ph. Party System Change in Britain: Multi-Party Politics in a Multi-Level Polity // British Politics.

2007. N 2; Quinn Th. From Two-Partisan to Alternating Predominance: The Chainging UK Party System, 1950-2010 // Political Studies. 2013. Vol.

61. N 2.

См.: Lynch Ph. The End of the Two-Party System? // Politics & Government Online (www.politicscymru.com/en/cat1/article18/).

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

растущее значение Партии зеленых и Независимой партии Объединенного Королевства1.

Последняя партия на выборах представительных органах местного самоуправления в Англии получила 23 % голосов в 2013 г. Эффективное число электоральных партий (ЭЧЭП) в 2007 г. соответственно составляло в Шотландии – 4,62, в Уэльсе – 4,85, В Северной Ирландии – 4,79. При этом наблюдается определенных рост этого показателя, что свидетельствует о плюрализации региональных партийных систем.

Модели Вестминстера и Уайтхолла. Хотя некоторые особенности политикоадминистративного состояния Великобритании уже были отмечены, представляется необходимым обратить внимание на концентрированное описание особенностей Вестминстерской модели для системы политического управления Великобритании и модели Уайтхолла для государственной гражданской службы.

Вестминстерская модель описана довольно хорошо в литературе. Правда, многие отмечают различные ее характеристики и указывают на то, что не только система в целом, но и отдельные ее характеристики представляют собой такие параметры, которые являются системными.

Основными классическими признаками Вестминстерской модели выступают следующие2:

1. Конституция, определяющая деятельность органов политико-административного управления, является неписанной.

2. Действует скорее парламентский суверенитет, чем верховенство конституции.

3. Государство является унитарным, следовательно даже при наличии различных правовых систем, политико-административное управление сосредоточено в центре. При этом имеется достаточная автономия на местном уровне.

4. Глава государства отделен от главы правительства и осуществляет «прерогативы»

или так называемые «резервные» полномочия. Он подписывает принятые законы и действует по совету правительства.

5. Правительство формируется из членов нижней палаты парламента (на основе победившей партии или коалиции) и ответственно перед парламентом.

6. Политико-административное управление зависит от партий, победивших на выборах в нижнюю палату парламента. Характерной чертой системы была смена партий у власти (двухпартийная система). Существенным признаком является то, что правительство может быть не только распущено нижней палатой парламента, но и электоратом через систему выборов.

7. Судебная системы независима от законодательных и исполнительных органов власти и окончательно решает вопросы права, но юридическая власть отдана «обычным судам» и, следовательно, нет отдельных «конституционного суда» или «административного суда».

Модель Уайтхолла для системы государственной гражданской службы включает в себя следующие основные признаки:

1. Несмотря на патронаж в системе формирования правительства, который предполагает, партийную принадлежность членов правительства, государственная гражданская служба строится на принципе политической нейтральности.

2. В организации и функционировании государственной гражданской службы действует принцип генерализма, т.е. центральная роль отводится руководителям соотвествующих подразделений и департаметов.

3. Государственная гражданская служба строится на принципе пожизненной карьеры и профессионализма.

См.: Lynch Ph., Whitaker R., Loomes G. The UK Independence Party: Understanding a Niche Party’s Strategy, Candidates and Supporters // Pariamentary Affairs. 2012. Vol. 65. Pp. 733-757.

За основу взяты следующие признаки, см.: Dail W. The Making and Remaking of Commonwealth Constitutions // International and Comparative Law Quarterly. 1993. N 42, pp. 72-73; Harding A. The “Westminster Model” Constitution Overseas: Translation, Adaptation, and Development in Commonwealth States // The British Constitution / Eds. A. Torre, L. Volpe. Vol. 1. Torino: G. Giappichelli Editore, 2005, p. 544Kumarasingham Y. Exporting Executive Accountability? Westminster Legacies of Executive Power // Pariamentary Affairs. 2013. Vol. 66.

Pp. 579--596.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

4. В функционировании государственной гражданской службы важная роль отводится советникам, действует принцип сильной политической (policy) роли экспертного мнения.

В последнее десятилетие многие принципы и особенности политикоадминистративного управления и государственной гражданской службы были подвергнуты критике и некоторой трансформации в результате политико-административных реформ1.

* ** Политико-административная система Великобритании характеризуется рядом особенностей, которые получили выражение в понятиях Вестминстерская модель и модель Уайтхолла. Однако в последнее время происходит некоторая трансформация этих моделей.

Современный этап реформирования публичного управления и гражданской службы в Великобритании в отличие от предыдущих административных реформ характеризуется большей сопряженностью с масштабными политическими реформами, которые проводит коалиционное правительство консерваторов и либеральных демократов. Попытка найти новую идею политического управления вне рыночных и этатистских подходов явно выражена в коалиционной стратегии реформ, но, насколько она будет конструктивной, покажет будущее.

См.: Сморгунов Л.В. Гражданская служба и политико-административные реформы в современной Великобритании // Вестник Московского университета. Серия 21: Управление (государство и общество). 2012. № 1. С. 3-16.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

–  –  –

Политико-административные режимы и способность к сетевой коммуникации Модернизация механизмов государственного управления уже на протяжении нескольких лет входит в число ключевых задач в развитии российского общества. Одним из центральных подходов к изучению данных трансформаций вполне обоснованно стал анализ взаимосвязей между особенностями политико-административных режимов и результативностью и эффективностью государственной политики.

Современные исследования свидетельствуют о том, что на разных уровнях государственного управления в России происходит институционализация механизмов взаимодействия органов власти и негосударственных акторов. Эти тенденции описываются, например, в работах, посвященных трансформации современной публичной сферы 2. И властные, и частные субъекты заинтересованы в публичных интеракциях и координируют свои стратегии через участие в различных общественных институтах (консультативных и экспертных советах, общественных слушаниях и т.д.). Безусловно, детерминантами такого стремления к публичности являются разные факторы. В данном аспекте авторы отмечают возрастание роли координационных управленческих моделей, в которых органы государственной власти занимают лидирующую позицию.

Через призму такого подхода мы обнаруживаем тесную связь между публичной политикой и сетевым управлением. Сетевые структуры, возникающие в различных отраслях и кластерах, формируют пространство публичного взаимодействия. В некоторых случаях происходит выход теневых сетевых взаимодействий, выстроенных в корпоративистской парадигме, в публичное поле, что обусловлено необходимостью легитимации политико-управленческих решений. Что интересно, инициаторами вовлечения в публичность могут выступать как органы власти, так и бизнес или некоммерческие организации. Государство, стремящееся к координации, еще не готово в полной мере делегировать бизнесу и, тем более НКО право участия в принятии политических решений. А публичная сфера интеракции государственных органов и негосударственных институтов, в современной России выступает лишь в качестве площадки апробации и легитимации политических решений, принимаемых властными институтами.

Исследования политических сетей обосновывают результативность публичной политики, вырабатываемой в конкретных политических сетях, в том числе с точки зрения готовности акторов к сетевому взаимодействию3. В то же время представляется возможным сформулировать универсальные факторы, влияющие на способности акторов к сетевому взаимодействию и выработке эффективных политико-управленческих решений. Автор предлагает обобщить данные факторы через разработку типологии политикоадминистративных режимов мегаполисов, основанной на способности органов власти использовать сетевые интеракции в процессе выработки и реализации политики. Кстати, в этом аспекте актуальна и административная реформа прошедшего десятилетия: одним из Автор: Шерстобитов Александр Сергеевич, кандидат политических наук, доцент кафедры политического управления факультета политологии СПБГУ.

sherstobitovas@mail.ru Сморгунов Л.В. Государство и политика модернизации // Вестник философии и социологии Курского государственного университета 2010. № 2; Сморгунов Л.В. В поисках управляемости: трансформация теории публичного управления в XXI веке // Вестник СанктПетербургского университета. Серия 6: Философия. Культурология. Политология. Право. Международные отношения. 2011. Вып. 4. с.

85-96; Кулакова Т.А. Сетевой анализ процесса выработки и реализации политических решений и программ // Вестник ФГУП «ЦНИИ «Центр», научный журнал, Выпуск №4, 2011. С. 45-50; Шерстобитов А.С. Трансформации механизмов взаимодействия государственных и негосударственных акторов в процессе перехода к координационному государству // Вестник Санкт-Петербургского университета.

Серия 6: Философия. Культурология. Политология. Право. Международные отношения. 2011. Вып. 4. с. 97-103 John P., Cole A. When Do Institutions, Policy Sectors, and Cities Matter? Comparing Networks of Local Policy Makers in Britain and France // Comparative Political Studies. 2000. Vol.33. №2; Feick J. Comparing Comparative Policy Studies: A Path towards Integration? // Journal of Public Policy. 1992. Vol.12.; Greenaway J., Salter B., Hart S. How Policy Networks Can Damage Democratic Health: A Case Study in the Government of Governance // Public Administration. 2007. Vol.85. №3; Grantham A. How Networks Explain Unintended Policy Implementation Outcomes: The Case of UK Rail Privatization // Public- Administration. 2001. Vol.79. №4; Jordana J., Sancho D. Policy networks and market opening: Telecommunications liberalization in Spain // European Journal of Political Research 44: 519–546, 2005

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

направлений в е рамках стало развитие коммуникационных способностей органов государственной власти к внутреннему и межорганизационному взаимодействию.

В теоретическом плане проблема развития сетевых форм коммуникации в различных политико-административных режимах обусловлена размытостью соотношения политики и управления, то есть сетей и иерархий. Опыт управления показывает, что структуры с высоким уровнем централизации наиболее эффективны в решении однообразных механических задач, в то время как структуры, характеризующиеся децентрализацией, наиболее эффективны в решении задач, которые требуют вариативности и совместного подхода в решении, что актуально для процессов выработки государственных решений в условиях быстро изменяющейся внешней среды. Более того, еще одно немаловажное условие заключается в способности каждого актора адаптироваться к условиям изменяющейся среды.

Преимущество сети в том, что она повышает адаптивность составляющих ее элементов путем взаимодействия, вариации и селекции. Сети поддерживают взаимодействие элементов как внутри одной социальной системы, так и с участниками других систем. Интенсификация взаимодействия может привести к большей вариативности протекающих коммуникационных процессов. Селекция представляет собой отбор наиболее эффективных акторов и процессов.

Данные механизмы встречаются на любом уровне сетевых структур, от межличностных взаимодействий до коммуникаций между системами.

Концепция политических сетей в большой степени полезна для дифференцирования и описания группы государственных и частных организаций, которые вовлечены в государственную политику и имеют стабильные взаимосвязи между собой. Как уже было отмечено выше, в рамках теории политических сетей исследователь внимательно изучает свойства акторов, участвующих во взаимодействии. Однако основной категорией, на которой фокусируется концепция, являются связи и отношения. Именно взаимные связи между субъектами и делают сеть сетью. Взаимозависимость – это ключевой фактор в построении и поддержании политических сетей. Мы можем видеть, имеют ли определенные акторы более сильные взаимозависимые отношения, также как и проанализировать структурные характеристики всего набора взаимодействий. Структурные свойства сетей могут влиять на характеристики и деятельность акторов. Кенис и Кноук приводят различные доказательства, которые связывают качества межорганизационных пространственных сетей (field-net) – концепции, близкой к нашей концепции политических сетей – с отношением организацийчленов к взаимодействию в рамках сети. Например, они убеждают, что существует нелинейная взаимосвязь между плотностью коммуникации и скоростью образования связи, повышающейся сначала и снижающейся после насыщения. Они также предполагают, что с возрастанием уровня централизации, образование связей замедляется и взаимодействие уменьшается1.

Вышеупомянутые тенденции трансформации механизмов взаимодействия государственных и негосударственных акторов свидетельствуют об изменении управленческой парадигмы в современных условиях. В нашей работе мы исходим из того, что государство тогда, когда оно вовлечено в публичную сферу, стремится выступать координатором системы многоуровневого управления. Безусловно, роль политических институтов на различных уровнях управления может сильно различаться, но в связи с вовлеченностью в публичную политику и координацию взаимодействий они формируют коллективные цели, которые тесно взаимосвязаны с целями государственной политики. В результате осуществляется переход от административного государства к государству координационному, а в сфере негосударственной активности возрастает значение «вовлечения в публичные дела»2. Фактически, координация отличается от администрирования, когда ключевым источником управленческих решений выступает иерархическая структура государственной власти и управления, а общественные структуры лишь оказывают опосредованное влияние на этот процесс, и от рыночной модели Kenis, P. & Knoke, D. How organizational field networks shape inter-organizational tie-formation rates. // Academy Management Review 27(2): 2002, pp.275-279 Сморгунов Л.В. Государство и политика модернизации // Вестник философии и социологии Курского государственного университета.

2010. № 2, с.135

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

государственного управления с ее акцентом на кооперации, в которой каждый участник пытается максимизировать свой особый интерес. Таким образом, мы наблюдаем, что складывающийся политико-административный режим влияет на качество коммуникации между акторами и может, как развивать сетевые структуры, так и препятствовать зарождению и функционированию политических сетей.

Центральное место в таком подходе к изучению сетевого управления занимает тот факт, что координация тесно связана механизмами социального регулирования, которое коренным образом отличается от государственного регулирования, основанного на власти, легитимности, командовании и контроле. Процессы принятия решений становятся децентрализованными и размытыми в то время как для иерархии характерны четкие функции и векторы контроля и директивные процессы в рамках организации.

Сетевое политическое управление осуществляется способом организации общих переговоров между государственными и негосударственными структурами по осуществлению взаимного интереса совместными усилиями, а, следовательно, для принятия политического решения, удовлетворяющего все стороны соглашения. Механизмы принятия политических решений, основанные на сетевых интеракциях, не только отличаются от рыночных и иерархических моделей управления, но также, по мнению многих исследователей, они более эффективны для удовлетворения общественных потребностей, то есть выработки решения по общезначимым вопросам. Трансформация механизмов взаимодействия государственных и частных акторов в этих условиях осуществляется в публичной сфере, где каждый субъект имеет равный доступ к нематериальным ресурсам – ключевым из которых, как отмечалось выше, является знание – всей многоуровневой системы управления, независимо от места, которое занимает данный субъект в этой структуре.

Итак, определим ключевые факторы, характеризующие политико-административный режим с точки зрения включенности сетевых интеракций в процессы выработки и имплементации решений1:

- объединение акторов осуществляется посредством коммуникационных взаимодействий и социальных связей;

- децентрализация механизмов принятия решений, включающая распределение властных ресурсов (отсутствие доминирования одного актора);

- свободное распространение информации; отсутствие механизмов влияния акторов друг на друга.

В таком случае, классифицируя политико-административные режимы необходимо учитывать следующие параметры:

- плотность (прямые и непрямые связи между всеми участниками);

- широта (вовлечение полного спектра институтов);

- доверие;

- взаимность действий;

- общая идентичность.

Например, в рамках административной реформы была попытка реализовать некоторые шаги, которые должны были повысить эффективность деятельности органов исполнительной власти, в том числе совершенствовать коммуникационные механизмы:

- создание эффективной системы управления мероприятиями административной реформы, направленной на целенаправленное формирование новых механизмов работы исполнительных органов государственной власти;

- разработка и внедрение стандартов государственных услуг, административных регламентов исполнения государственных функций и оказания государственных услуг в исполнительных органах государственной власти;

- повышение эффективности взаимодействия исполнительных органов государственной власти и общества;

Parker R. Networked Governance or Just Networks? Local Governance of the Knowledge Economy in Limerick (Ireland) and Karlskrona (Sweden) // Political Studies: 2007 Vol 55

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

- оптимизация реализации контрольных и надзорных функций исполнительных органов государственной власти;

- модернизация системы информационного обеспечения исполнительных органов государственной власти;

- разработка и внедрение системы аутсорсинга административно-управленческих процессов в исполнительных органах государственной власти.

Несмотря на широкий круг субъектов, участвующих во множестве встреч и переговоров, лишь некоторые из этих групп действительно влияют на процесс принятия решений.

Следовательно, формирование коммуникационных способностей политикоадминистративных институтов в современной России ограничено следующими факторами:

нестабильность и непрочность связей между публичными акторами;

преобладание коммуникационных взаимодействий, выполняющих лишь функцию передачи информации, а не обмена ресурсами и политического управления;

непубличность представителей политических акторов, участвующих в процессах выработки и принятия политических решений, что значительно усложняет процедуры получения информации для анализа.

Необходимо отметить, что данные негативные факторы постепенно сглаживаются.

Существующие в современном российском обществе тенденции демонстрируют положительную динамику относительно перспектив институционализации политических сетей и повышения их публичности. Мы наблюдаем, что усилия, детерминирующие изменение политики в некоторых отраслях, происходят в первую очередь не от органов государственной власти. Они проявляются в горизонтальном влиянии, привлечении частных инвестиций, росте конкуренции в новых рыночных нишах, где государство не было основным игроком. Однако роль государственных институтов не стала менее важной – в их компетенции остались выработка направлений государственной политики, регулирование рынков, определение уровня государственного вмешательства и координация взаимодействия экономических и правительственных институтов. В то же время негосударственные акторы получили возможность влиять на процесс выработки и реализации политики. И речь здесь идет не только о теневом лоббировании интересов, но и появлении горизонтальных сетевых структур взаимодействия в рамках принятия политических решений. Стремление к координации становится решающим фактором трансформации общественно-политической структуры и механизмов политического управления. Государственные и негосударственные акторы, являющиеся активными участниками процессов выработки и принятия политических взаимодействия1.

решений, развивают и способы осуществления Сегодня негосударственными институтами востребовано множество форм взаимодействия с органами государственной власти:

- контакты с законодательной, судебной и исполнительной власти,

- включение в экспертное сообщество,

- сотрудничество с политическими партиями,

- лоббирование интересов,

- коммуникация со средствами массовой информации,

- участие в работе общественных палаты и советов,

- публичные слушания.

На городском уровне мы наблюдаем похожие тенденции. В Санкт-Петербурге сложились устойчивые сети в таких проблемных зонах, как транспортная инфраструктура, жилищно-коммунальное хозяйство, малое инновационное предпринимательство, экология, избирательный процесс, государственный и муниципальный заказ. Важную роль в данных сетях играют гражданские инициативы и некоммерческий сектор. Являются ли эти сети Шерстобитов А.С. Трансформации механизмов взаимодействия государственных и негосударственных акторов в процессе перехода к координационному государству // Вестник СПбГУ. Сер. 6. 2011. Вып. 4. с. 97-103

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

политическими? Результаты проведенного нами экспертного опроса и интервью с активными участниками взаимодействия показывают, что в случаях с развитием велосипедной инфраструктуры, поддержкой малого бизнеса, решением проблем ЖКХ представители органов власти активно вовлечены в интеракции с негосударственными акторами. Мы наблюдаем различные формы сетевого взаимодействия: проведение общественных слушаний, создание совместных рабочих групп, организацию экспертной поддержки разрабатываемых проектов решений и т.д. В то же время, сети гражданских инициатив, посвященных обеспечению прозрачности выборов или отслеживанию коррупции в процессе проведения государственных и муниципальных закупок, игнорируются представителями органов власти, что свидетельствует о разделении публичной сферы, основанном на характере проблем, выносимых на повестку. Получается, что типология политико-административных режимов должна учитывать и такие факторы, как специфика публичной сферы и повестка дня, в формирование которой включены сети.

В целом, для дальнейшего исследования процессов выработки и принятия политикоуправленческих решений мы можем выделить следующие типы координации в ходе выработки и реализации городской политики:

1) централизованная координация, которая характеризуется высоким уровнем концентрации координационных ресурсов в органах власти, которые выступают ключевым субъектом формирования повестки дня и включения негосударственных акторов в публичную сферу.

Такой тип координации представляет собой модель многоуровневого управления, где властные институты занимают центральное место, но в то же время наблюдается развитие сетевых форм интеракции. В Санкт-Петербурге данный тип характерен для взаимоотношений бизнеса и органов государственной власти. Основной формой координации является взаимодействие через посреднические институты (ассоциации бизнеса, общественные советы, слушания);

2) кооперационный тип, возникающий на основе сетевых интеракций негосударственных акторов в тех сферах, где государство не играет доминирующей роли. В то же время наблюдается разная степень включенности сетей гражданских инициатив, которая зависит от характера вопросов, выносимых на повестку дня. Данный тип координации ярко выражен, например, в сфере развития городской велоинфраструктуры, а также в локальных вопросах благоустройства и ЖКХ. Основной формой координации является взаимодействие через общественные советы и представительные органы власти (муниципальные советы и Законодательное Собрание);

3) конфронтационный тип, который характеризуется разделением публичных сфер в связи с формулируемой повесткой дня. Государство и негосударственные институты, обмениваются координационными сигналами, которые носят конфликтный характер.

Например, сети гражданских инициатив, направленных на борьбу с коррупцией, наблюдение на выборах игнорируются органами власти, которые не стремятся вовлекать их в публичное взаимодействие. Однако, в самой публичной сфере проявляются односторонние коммуникационные сигналы, призванные выполнять координирующую роль: запросы, жалобы и судебные иски от негосударственных акторов и активное отрицание формируемой повестки дня органами исполнительной власти.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

РЕФЕРАТЫ СТАТЕЙ ПО ПУБЛИЧНОМУ УПРАВЛЕНИЮ

–  –  –

За последние 20 лет в Азии появилось большое количество гибридных режимов. Их особенностью является то, что они при авторитарном правлении используют такие политические институты участия граждан как выборы, совещательные собрания, политические партии, законодательные органы, которые обычно существуют в демократиях.

Как утверждает авторы данной статьи, из всего множества подобных гибридных режимов, случай Китая является особенно важным. Несмотря на то, что Китай остается автократической страной, управляемой Коммунистической Партией Китая (КПК), в его правительстве уже сейчас распространены различные формы участия граждан и применяются совещательные практик.

Кардинальные изменения политической системы Китая начались два десятилетия назад, началом перемен послужило введение выборов в деревнях. После утверждения этого механизма последовали другие нововведения: общественные слушания, голосования на основе обсуждений, возможность граждан судиться с государством и т.д. Характерной чертой этой реформы являлось то, что нововведения распространены неравномерно на территории страны и они неравны в вопросе своей эффективности. Но несмотря на это, многие из них являются совещательными элементами, результатами которых пользуются политические лидеры и применяют их для легитимации своих решений.

Авторы статьи отмечают любопытную закономерность, заключающуюся в том, что «эти тенденции (введение демократических институтов - прим. автором) происходят в стране, которой руководит партия и она (партия) не заинтересована в демократизации существующего режима». Именно этот феномен авторы статьи и определяют как авторитарное обсуждение и связывают с ней идеальный тип политического режима – совещательный авторитаризм. В Китае, по заявлению авторов, авторитарное обсуждение концептуально возможно, существует на практике и работоспособна в политической жизни.

Своей первоочередной целью авторы ставят не создание нового практического знания о Китае, а скорее разработку концепции авторитарного обсуждения в рамках демократической теории, путем объединения двух близких понятия в малознакомую концепцию. И именно эта концепция поможет нам определиться с потенциальной возможностью установления демократии в Китае. Под демократией в статье понимается политический режим, предполагающий участие лиц, наделенных определенными правами, и организаций с помощью голосования и соответствующих прав. В свою очередь обсуждение является способом взаимодействия, в котором участники политического процесса реагируют и предлагают пути разрешения существующих проблем, таким образом, чтобы оказывать влияние на процесс принятия решения путем убеждения.

Существуют важные структурные и институциональные сходства между демократическими правами и свободами и убеждением, осуществляемое гражданами:

расширение прав и свобод при демократии означает уверенность власти в том, что граждане способны разрешать конфликты при помощи обсуждений и голосования. Существует вероятность того, что при отсутствии расширения демократических прав и свобод граждан

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

именно убеждение сможет оказывать влияние на процесс принятия политических решений, учитывая то, что у (авторитарных) элит есть другие виды мотивов, таких как функциональные потребности в сотрудничестве и легитимности.

«В большинстве случаев демократия и обсуждение конструктивно связаны». С одной стороны, делиберация нуждается в защите от принуждений, экономической зависимости, традиционной диктатуры, если она действует в качестве средства разрешения конфликтов и принятия решений. В свою очередь именно демократические институты предоставляют гарантии защиты путем ограничения и распределения власти. С другой стороны, установленные демократии имеют высокую насыщенность различными учреждениями, которые гарантируют совещательный подходы к различным политическим проблемам, такие, как политически-ориентированных СМИ, суды, законодательные органы, информационнопропагандистские группы, специальные комитеты и рабочие группы, а также университеты.

Для стран с авторитарным режимом характерно недоверчивое отношение к совещательным способам разрешения конфликтов, о чем свидетельствует не только (как правило) закрытый характер процедуры принятия решений, но и ограниченные пространства, на которых возможно открытое обсуждения - пресса, издательства, Интернет, информационно-пропагандистские группы, и университеты. Исходя из этого, следует, что идеальным средством для авторитарного правления являются приказы, а не обсуждения. В свою очередь идеальным выходом для авторитарного правления будет считаться легитимное господство (в том смысле, в котором его понимал М. Вебер), в котором управление подчиненными выглядит так, как будто подчиненные сделали содержание приказа принципом их (подчиненных – при. Автором) управления ради своего же собственного блага. «Когда авторитарное правление легитимно, управляемые выполняют приказы, так как они берут начало в таких авторитарных источниках как традиции, фигуры вождей или потому, что подчиненные признают основания главенства руководителей». Несмотря на некоторое сходство с демократией, такая политическая практика как обсуждение может возникнуть при авторитарных условиях, когда правители решают использовать это (обсуждение- прим. автором) в качестве средства формирования предпочтений граждан и политического курса, но осуществляют это без институционального распределения демократических сил тем, кого коснулись эти изменения.

Б. Хи и М. Е. Уоррен понимают процесс обсуждения в широком смысле: «как любой акт коммуникации, который побуждает людей действовать посредством убеждения друг друга без использования принципа " quid pro quo (услуга за услугу) -то есть, таким образом, что все общение между гражданами не сводятся к выдвижению угроз в адрес друг друга, к экономическим стимулам в результате благоприятного исхода голосования для кого-то или наказаниям, основанным на традициях или религии». Что касается формата обсуждения, то авторы его также понимают в широком смысле, и под ним понимают любой вид коммуникации - митинги, выступления ораторов или обычные разговоры, который может убеждать людей, не прибегая к принуждению или quid pro quo.

При этом в понятие обсуждение не входят два вида коммуникаций. Первый вид – это инструментальное общение, оно призвано донести информацию о, скажем, смысле приказа и выгоде гражданина от повиновения. Примером инструментальной коммуникации могут являться любые принудительно-насильственные команды. Вторым видом взаимосвязи между людьми, не являющимся одним из видов обсуждения, является стратегическая коммуникация, в том смысле, что партия выдвигает требования настолько, чтобы вызвать ответную на содержание их заявления реакцию со стороны граждан на содержание требования партии.

Примером стратегического общения является обещания, данные кандидатом исключительно для получения голосов.

В отличие от этого, демократия не обращается к общению, она занимается распределением полномочий по принятию решении среди тех, кого потенциально затрагивает коллективное решения. Демократии рассредотачивают эти виды расширения прав и свобод граждан, в том случае, если страдающие от их решений граждане имеют какое-то влияние на них. Содержательно противоположным демократии является

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

авторитаризм. Авторитарные системы концентрируют полномочия принимать решения, как правило, в руках правителя, который руководит военной структурой, или возглавляет одну организационную структуру, такую как главенствующая политическая партия.В демократических обществах политические решения, как правило, являются следствием голосование или голосования полномочных представителей, но никак не результатом обсуждения среди граждан.

В одном из разделов статьи описывается условие при котором возможно совместная деятельность демократических институтов и процесса обсуждения. Теоретически он может выглядеть следующим образом, «как только мы разделяем влияние совещательных практик и процесс принятия решений, мы можем теоретически описать условия, при котором обсуждения будут следовать не как результат демократических решений, а, скорее, как решения (на выборах) политической власти- например, партии чиновников, бюрократов. Так участники процесса могут совещаться по вопросу, влияя друг на друга посредством убеждения, в результате чего создается общая позиция, которую все считают приемлемой.

Затем власть, может принять решение, которое отражает и принимает суть обсуждения, в рамках совещательного процесса. Власть сохраняет за собой право окончательного решение, но при этом решение заимствуется у совещавшихся чиновников, которые являются представителями народа. В результате, в ходе процесса принятия властью решения, оно (решение) получает свою легитимность, благодаря обсуждению.

В статье приводится таблица, в которой представлены различные виды политических режимов. Деление производилось, исходя из двух критериев: а) вид коммуникации стратегический, инструментальный и совещательный. Совещательная коммуникация, как уже говорилось выше, применяется с использованием общения с целью оказания влияния на предпочтения людей их отношения, доводы, причины и другие обоснования. б) распределение полномочий по принятию решений ( если полномочия сконцентрированы в руках немногих, то это характерно для авторитарных режимов, а если происходит обратный процесс – рассредоточение полномочий, то это характерно для демократических режимов).

Основываясь на этих критериях, авторы выделили шесть видов политических режимов:

агрегативная демократия, переговоры на основе демократии, совещательная демократия, командный авторитаризм, консультативный авторитаризм и новый тип – совещательный авторитаризм.

В идеальной демократии, граждане имеют необходимую власть для установления заявки на обсуждение любой проблеме, а также для органов власти любого уровня. В условиях авторитарного режима, элиты контролируют область и рамки обсуждения, контролируют гражданский потенциал по выдвижению вопросов по политической повестке дня. Таким образом, авторитаризм предполагает, что элиты контролируют не только то, что касается политики или обсуждаемых вопросов, но также собрания, уровни организации, сроки и продолжительность.

В Китае, консультативные процессы часто затеняют совещательные процессы. В то время как «совещание» предполагает, что лица, принимающие решения требуют и получают информацию от тех, кто влияет на их решения, «обсуждение» - подразумевает, что лица, принимающие решения, сделают больше, чем просто соберут сведения; они откроют (или разрешат) пространство для людей, чтобы те, в свою очередь, обсуждали вопросы, и участвовать в поиске проблем, чтобы затем найти их решение. В то время как многие примеры публичных обсуждений в Китае сегодня являются продолжением маоистских совещаний, они также имеют отличительные особенности. Маоистским совещаниям не хватает совещательного элемента, который мог бы обеспечить справедливое и равное обсуждение. Они выступали прежде всего как инструмент идейно-политического исследования, которое было навязано сверху. В противоположность этому, сегодня в Китае многие открытые обсуждения направлены на решение проблем, связанных с конкретными вопросами управления.

Разберем теперь подробно объект исследования данной статьи – роль и место принципа обсуждения в политической жизни современного Китая. Случай «Поднебесной»

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

представляет собой смесь разных типов политических режимов: четко определяются командный и консультативный авторитаризм, но также наблюдаются некоторые формы демократии. Несмотря на стабильный экономический рост Китая, в его политической системе необходимо периодически проводит реформы. На данный момент китайские элиты не обладают всеми ресурсами, необходимыми для командного или даже консультативного авторитаризма, так что третья форма авторитаризма – совещательная – вовремя развивается.

Как замечают ученые, развитие совещательного авторитаризма должно рассматриваться в рамках политической и административной систем, в которых полномочия слишком рассеянны, чтобы поддержать командный авторитаризм в одиночку. Рассеивания являются следствием множества факторов, одной из них является особенность политической культуры, которая до сих пор не избавилась от конфуцианских и маоистских корней, и именно которые сдерживают действия лидеров моральными правилами, моделями экономического развития. Управляющие, воспитанные в духе еще тех устоев и порядков, ограничивают количество действующих лиц, хотя сами наделены недостаточными управленческими способностями, чтобы править огромной, сложной страной. Политические же институты децентрализуют огромное количество решений. Кроме того, существуют некоторые механизмы подотчетности, например, право голосовать, на деревенских выборах и принимать участие во все увеличивающемся числе внутрипартийных выборов. Исходя из всех перечисленных черт современного Китая, авторы статьи утверждают, что наиболее соответствующим Китаю типом правления является командный авторитаризм, а не иллюзорный режим возможностей. Несмотря на это замечание можно найти множество политических механизмов в Китае, которые схожи с такими же в развитых демократиях.

Разница заключается в том, что, в отличие от развитых демократий, КПК стремится направлять в определенное русло политическое участие граждан в сфере принятия управленческих решений, экономики, судебной системы, и в очень ограниченной степени- в сфере зарождающегося гражданского обществе.

Таблица 2, «определяет формы участия, которые имеют совещательное - а иногда и демократическое - измерение, но которые имеют место быть при отсутствии независимых политических организаций, автономных общественных сфер, независимого контроля и разделения полномочий, открытой повестки дня на заседаниях, и многопартийных выборы».

Эти различия помогают выявить противоречивые события в китайской случае. С одной стороны, мы согласны с наблюдением Пая, что демократические перемены на уровне политического режима остановились в Китае. С одной стороны, индекс политических и гражданских свобод Freedom House, показывает, что результаты Китая остаются почти неизменными на протяжении последнего десятилетия. С другой стороны, когда мы смотрим на режим с позиции уровня институтов, можно обнаружить существенные изменения в руководстве, производстве, да и в самом режиме который сочетает в себе авторитарный контроль над провинциями и над повесткой дня. Таким образом, одной из особенностей Китая выступает то, что различные виды участия в совещаниях, собраниях – примеры проведения курса совещательной политики, развиваются при отсутствии у них режима демократического уровня.

Говоря об особенностях практике обсуждения, авторы отмечают то, что его отличительной чертой являются ответные действия на возникающие проблемы, обсуждения и выслушивание заявлений граждан, все они имеют глубокие корни в китайской политической культуре. «Некоторые из них являются традиционными, опираются на конфуцианские методы совместного обсуждения». Много веков назад конфуцианские ученые создали общественные форумы, на которых обсуждались национальные дела, именно такая процедура вновь начинает использоваться современными властями.

«В эпоху правления Mao, элиты были втянуты во «множественные отношения» -метод руководства, акцентирующий внимание на данных, почерпнутых от народа, путем непосредственного вовлечения в условия их жизни». Но сейчас Маоистские обсуждения дают сбой в своем функционировании, им не хватало инфраструктуры, процедур, институтов для

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

проведения данной методики и обеспечения прав человека, и по большей части не удалось добиться обсуждения высокого качества.

«В противовес этому, открытые обсуждения в современном Китае, как правило, ориентированы на конкретные вопросы управления, часто в качестве ответа на конфликт». В отличие от маоистского совещания, современные собрания все чаще регулируются процессуальными гарантиями, для того чтобы обеспечивать им равные голоса и справедливое отношение, а также прививать нормы совещательной добродетели.

Начало совещательным практикам было положено в конце 1980-х годов, одновременно с введением выборов в деревнях и другие административные реформы. В этот же момент меняет и сама терминология. «В маоистском Китая, например, совместные мероприятия назывались политическими исследованиями, и они были идеологически ориентированы и политически обязательными. Совещательные собрания сейчас их часто называют kentan (задушевные беседы), или называют по иному, но в названии присутствует совещательный смысл». В 1987 году генеральный секретарь парткома Чжао Цзыян обозначил развитие совещательных практик как одно из самых приоритетных направлений в проведении политических реформ на XIII съезда Партии,. Эти эксперименты не увенчались успехом изза событий на Площади Тяньаньмэнь в 1989 году, которые привели к периоду авторитарных.

Тем не менее, они (первые изменения) сохранились как "идейные предшественники институционализированных совещательных практик», не в последнюю очередь поэтому, элиты КПК четко осознали вред, нанесенный на площади Тяньаньмэнь, и вполне сознательно искали пути по борьбе с инакомыслием, даже если они перерастали в репрессии.

Затем авторы приводят много эмпирических данных по количеству проведенных обсуждений. Этими данными они показывают, что несмотря на то, что правительство и пытается дать гражданам возможность обсуждать свои проблемы, а потом и решать, возможность эта предоставлена далеко не всем провинциям Китая, что в очередной раз доказывает тезис о распыленности совещательных практик в Китае. Однако эти данные служат доказательством того, что практики обсуждения существуют на практике и являются важной особенностью китайской политического развития.

Таблице №3 «виды и местонахождения совещательных практик» разделяет эти практики по уровню (локальных и национальных), степень участия, вероятность того, что обсуждения не существует, и (выделены жирным шрифтом) степень демократических прав и возможностей. Большинство видов практик сочетают высокую степень государственного контроля над повесткой дня.

После рассмотрения различных видов практик, ученые рассматривают важную методологическую проблему: при авторитарных условиях не всегда легко отличить формы участия в собраниях, митингах, при проникновении авторитаризма во всей сферы жизни, именно при таких условиях люди мобилизовывались для участия в демонстрациях, такие практики применялись как в бывшем Советском Союзе, так и на Кубе, и в маоистском Китай.

Б. Хи и М. Е. Уоррен пишут, что различные теоретические категории, рассмотренные ими либо созданные ими в работе, помогут нам, по крайней мере, отличить совещательное влияние от принудительного участия.

Ближе к концу статьи, авторы вновь задаются вопросом: почему авторитарные режимы прибегают к совещательным практикам. И на этот раз они дают четкий ответ: «Проблемы управления в сложных, высоко информированных, с высоким сопротивлением средах может быть преодолена элитами, использующими стимулы для того, чтобы граждане были заинтересованы в обсуждении, несмотря на отсутствие демократических институтов».

Эта тенденция – увеличение числа совещательных наблюдается не только в Китае:

правительства развитых демократий также применяют новые формы управления на протяжении последних нескольких десятилетий в ответ на многие виды давления, оказываемого общественностью. От всех примеров Китай отличает то, что на уровне управления участием развивается, при отсутствии процесса демократизации, практики

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

обсуждений и ограниченные формы демократии в сочетании с экспериментами в плане собраний.

В заключении, ученые пишут о том, что процесс авторитарного обсуждения динамичен и существует две возможные траектории его дальнейшего развития. Одна из них состоит в том, что совещательные механизмы преобразуют авторитаризм, совместными способами со сложными, децентрализованными рыночными обществами, таким образом, будет опережен процесс демократизации режима. И авторы считают, что такой сценарий наиболее вероятен для Китая, несмотря на его географические размеры и огромное население. Второй вариант развития событий заключается в том, что КПК все больше будет использовать свое право решающего влияния, и будет применять его для блокировки отдельных успехов в развитии демократии в Китае. Согласно этому сценарию, демократия будет определяться функциональными задачами управления.

–  –  –

Об авторе: Питер Оукойн (Peter Aucoin) – заслуженный профессор в области государственного управления и публичной политики в университете Далхаузи (Dalhousie University) в приморской провинции Новая Шотландия, Канада, член редакторского состава Governance. Статья «Новое политическое управление…» была отправлена им в редакцию Governance за несколько месяцев до его смерти в 2011 г.

Оукойн не успел внести необходимые для публикации правки, и, в качестве трибьюта уважаемому другу и коллеге, редакция напечатала статью без изменений, такой, какой та первоначально была создана автором

– исследователем, целиком посвятившим свою карьеру отрытому научному диалогу по насущным вопросам современного государственного управления.

Объектом рассмотрения статьи является существующая тенденция к росту давления политических вызовов на правительства четырх Вестминстерских систем – в Австралии, Великобритании, Канаде и Новой Зеландии, – росту, который был вызван изменениями в структуре средств массовой информации и в процессе общественных коммуникаций, усилением склонности политического рынка к прозрачности и конкурентности, расширившимся контролем со стороны общества, а также популяризацией политики в контингенте избирателей. Это давление в свою очередь ставит под риск принцип беспристрастности государственного управления и его эффективность. Правительства стали интегрировать управление и организацию соревновательных кампаний, позволили своим политическим акторам становиться обособленной политической силой в своих структурах, допустили политизацию ключевых постов государственной службы и теперь ожидают, что слуги народа будут безукоризненно преданы интересам способствовавшей их продвижению по службе партии.

В статье делается вывод, что именно Новая Зеландия более всех других готова справиться с перечисленными проблемами и снизить риск потери управленческой эффективности правительства, частично благодаря принятому в е политической системе независимому порядку назначения высших государственных чиновников. Автор статьи также предлагает в качестве выхода из сложившейся ситуации создание условий для осуществления независимой кадровой политики, в том числе для независимого назначения состава министерств и ведомств для эффективного руководства государственной службой.

Органы государственной службы набираются независимым образом из состава министров на основе их личных достоинств и профессионализма, и это всегда было центральной особенностью Вестминстерской модели государственного управления. Это соглашение всегда предполагало две выгоды для общественных интересов, которые оправдывали перевес исполнительной власти в демократически избранных правительствах.

Во-первых, государственная служба действует беспристрастно по отношению к гражданам по той причине, что не может быть использована в качестве инструмента действующим правительством – политической партией или партиями, стоящими у власти. Публичные должности не даруются на основе патронажа или партийной идентификации;

государственная служба не может быть направлена на продвижение партийных интересов сверх того, что требуется для осуществления их профессиональных обязанностей.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Во-вторых, государственная служба способна консультировать правительство и выполнять его программу в беспристрастной манере, так как е кадровый состав набирается на основе личных достоинств и должен использовать объективные критерии в качестве базы для принятия административных решений.

Реформы нового государственного менеджмента, что начались три десятилетия назад, бросили вызов управленческой эффективности государственной службы. НГМ характеризовался следующими основными характеристиками: политически-ангажированные служащие, политизация назначений на ключевые административные должности и представление о лояльности государственным целям исключительно как о лояльности нуждам действующего правительства – «правительства дня». Вызовы, порожднные концепцией НГМ, повсюду одинаковы и затрагивают все западные демократии. Последствия же и ответы на эти вызовы, однако, различаются. Например, Новая Зеландия по существу избежала явления НГМ – в основном благодаря тому, что ей присущи институциональные особенности, не характерные трм другим рассматриваемым Вестминстерским системам. Так как цель проведнной автором работы – предположить, что можно сделать для того, чтобы лучше защитить принцип беспристрастность в системе государственного управление, а также е производительность и качество принимаемых внутри не решений от разрушающих последствий внедрения в Вестминстерские системы концепции нового государственного менеджмента, Оукойн предлагает рассмотреть критерии беспристрастного государственного управления.

Принцип беспристрастности имеет два важнейших измерения: во-первых, граждане должны быть равны перед администрацией в процессе рассмотрения общественных вопросов, а значит, никто из участников процесса не может обладать большим приоритетом и влиянием на выносимое решение, если это не может быть обосновано максимизацией общественной выгоды; во-вторых, слуги народа не могут действовать с целью увеличения или уменьшения выгоды каких бы то ни было политических акторов, включая правящую партию или партии. Последнее, как минимум, означает, что государственные служащие не могут допускать, например, политизации содержания коммуникаций в сфере взаимодействия публичной службы и СМИ (а, следовательно, и общества), включая правительственный PR, какие бы то ни было комментарии, несущие в себе оценку результатов правительственной политики и так далее.

Раз уж демократия есть соревнование между конкурирующими партиями, отмечает автор, предвзятость со стороны государственных служащих с необходимостью снижает способность к честной оценке вопросов, касающихся отношений конфликтующих сторон. Принцип беспристрастности призван проводить черту, разделяющую слуг народа на тех, что преследуют чьи-то интересы и тех, чьи интересы сонаправленны интересам общества и которые сохраняют политическую нейтральность при оценке публичных дел. Автор подчркивает, что, конечно, всегда будут существовать некоторые «серые зоны» (grey areas), наличие которых приходится терпеть. Австралии, Британии и Канаде известны свежие примеры того, как принцип беспристрастности был нарушен слабо выраженной позицией ключевых руководителей государственной службы.

Далее Оукойн предлагает рассмотреть непосредственно вызовы, ставящие под угрозу соблюдение принципа беспристрастности в Вестминстерских системах. Так, увеличивающаяся конценрация власти в правительстве в руках премьер-министра стала определяющей чертой административных систем Австралии, Британии и Канады, пусть и с некоторыми различиями. Концентрация власти всегда рассматривается как крайне негативное явление, особенно со стороны СМИ, которые склонны создавать отталкивающий образ премьер-министров как озабоченных властью маньяков (control freaks). Слово «премьерминистр» стало наделяться значением, равным «правительству», а непосредственно «кабинет»

постепенно стал восприниматься в качестве второстепенного понятия. Тони Блэр, которого в качестве примера приводит автор, в британской прессе рассматривался как руководитель, принимающий финальные, не подлежащие обсуждению, ультимативные решения (ultimate decision maker).

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Опыт Новой Зеландии, как отмечает автор, отличается от опыта этих стран. Рассматривая институциональную эволюцию новозеландской государственной машины, Оукойн говорит, что на протяжении большей части двадцатого века она испытывала чрезвычайно сильную традицию доминирования премьер-министра в исполнительной ветви власти – до степени, которая могла быть в какой-то степени характерна для некоторых австралийских штатов и некоторых канадских провинций.

Принятие другой избирательной системы вс изменило:

она положила начало созданию правительственных коалиций, состоявших из двух и более партий, формирующих кабинет, а также позволила обеспечить независимый от вмешательства премьер-министра порядок назначения на ключевые министерские должности. Новая Зеландия стала страной, политическая система которой оказалась способной лучше других справиться с вызовами времени, которые везде приводили лишь к сверх-концентрации власти.

Другой рассматриваемый в статье вопрос – средства массовой информации и их влияние на государственное управление. Автор пишет, что политики сегодня находят себя в крайне недружелюбной среде, где средства массовой информации работают 24 часа, 7 дней в неделю, ведут себя агрессивно и воинственно, без зазрения совести вмешиваются в деятельность государственных служащих, зачастую являются откровенно предвзятыми и ориентированными на получение поддержки узких слов населения. Это порождает не только крайне пристальное, даже дотошное изучение деятельности правительства, но и новую волну таблоидного журнализма, который Питер Оукойн называет «отвратительным, подлым или [даже] хуже» (nasty, vile, worse).

Естественно, наиболее соблазнительный и простой для правительства вариант ответа на этот вызов – относиться к таким медиа, как к враждебным силам, применяя к ним тактику, активно используемую «четвртой властью»:

вопиющее искажение смыслов и неверную интерпретацию, явную и недвусмысленную ложь, а также замалчивание информации, которая должна быть публично доступна, вопреки закону, провозглашающему е открытость. Неудивительно, что австралийское, британское и канадское правительства в итоге стали сильно централизованными и политизированными в тех делах, которые касаются отношений со СМИ: борьба с миром журналистики стало для них навязчивой идеей. Таким образом, будучи вынужденными всячески улучшать свой образ и оправдывать свои решения в процессе взаимодействия со СМИ, правительства как минимум ставят под риск свою беспристрастность, а как максимум – общественное восприятие своей беспристрастности (и не стоит торопиться с выводами относительно того, что важнее).

Ещ один риск потери беспристрастности – современные трансформации в сфере прозрачности и открытости правительства. Парадигма «свободы информации» (т.е.

публичного доступа к информации о деятельности органов государственной службы) была введена во всех Вестминстерских системах, хотя Британия в этом плане только недавно догнала остальных. Е активное использование со стороны СМИ и лоббистских групп имело глубокие последствия, причм даже там, где правительства прикладывали мощнейшие усилия для того, чтобы предотвратить вмешательство в свои дела. Большое значение имело то, что произошедшая коммуникационная революция поставила даже самые закрытые и жстко контролирующие свои данные правительства под угрозу информационных «утечек», намеренных или нет.

Наибольший риск нарушения принципа беспристрастности, создаваемый этим вызовом для государственных служащих, заключается в соблазне уделять меньше внимания бумаге: не вести необходимую документацию и, в пику тенденции к «освобождению» информации, стремиться к всяческому ограничению е доступности широкой публике.

Опыт подтверждает, что потеря способности к строгому соблюдению формальных процедур освобождает место для неконтролируемого политического вмешательства со стороны заинтересованных политических акторов. Особенно это критично, когда дело касается наиболее деликатных общественных вопросов, решения по которым должны приниматься в высшей степени беспристрастно.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Независимое кадровое обеспечение структур государственной службы – критически важная разработка, принятая в ходе исторической эволюции Вестминстерской системой.

Непредвзятая и основанная на личных достоинствах и профессионализме кадровая политика в отношении государственных служащих, включающая в себя назначение, повышение и увольнение по уважительной причине служила и служит для достижения трх целей:

уничтожение традиции партийного влияния на назначение ключевых государственных должностей; достижение ситуации, в которой государство и общество обслуживаются людьми, квалифицированными именно в этой области; в процессе принятия ими административных решений, для защиты государственных служащих от требований политически-ангажированных должностных лиц. Достижение этих целей необходимо для того, чтобы слуги народа могли беспристрастно и открыто для публики выполнять свои непосредственные функции.

Независимая кадровая политика, основывающаяся на критериях профессионализма работников, способствует развитию принципов беспристрастного и эффективного государственного управления. Оукойн подчркивает, что подобная система особенно действенна, когда ей подчинены даже наиболее высокопоставленные государственные служащие. Однако набор самых лучших менеджеров ещ не гарантирует высокой эффективности государственного управления – дополнительным требованием является обеспечение работы механизма сдержек и противовесов.

Описанный принцип, отвечает автор, ссылаясь на свои предыдущие работы, в полной мере действует лишь в Новой Зеландии, где его взяли на вооружение и используют в течение нескольких лет. В Австралии, Британии и Канаде ситуация иная. В этих странах порядок назначения высших должностей в государственном управлении предполагает нарушение критерия беспристрастности, особенно в том случае, когда назначенные премьер-министром служащие (в качестве примера автор приводит ведомственных министров в Австралии, постоянных заместителей министра, руководящих деятельностью аппарата министерства и при смене кабинета сохраняющих свой пост, – в Великобритании, а также заместителей министра – в Канаде) обладают делегированным правом самостоятельно назначать работников на посты в своих министерствах, включая самые высокие должности. Нет нужды говорить, что эти служащие являются их непосредственными подчиннными и будущими преемниками.

В заключении автор, суммируя результаты своего исследования, заключает, что новый государственный менеджмент по сути сделал ключевых акторов государственного управления беззащитными перед влиянием и «капризами» (vagaries) ангажированных политиков – не только на внутренней «кухне» правительственных министерств, но и на открытых заседаниях Парламента, публичных совещаниях, а также в области взаимодействия со средствами массовой информации. Силы, которые поддерживают НГМ, являются кратковременными.

Их последствия могут быть смягчены институциональными изменениями в государственной службе, решения которой, следуя здравому смыслу, должны быть непредвзятыми, а действия – беспристрастными. Государственная служба должна обеспечивать предоставление качественных государственных услуг гражданам и быть подотчтной обществу – и за свои успехи, и за неудачи своей политики; общество должно оценивать и контролировать е эффективность. Помимо изменений в политических институтах правительства, наиболее значимые изменения должны произойти в верхушке административной системы: лидеры должны стать е интегрированной частью, назначаться на свои посты независимо от влияния ангажированных политических акторов.

Питер Оукойн завершает свою статью словами о том, насколько важно, чтобы эффективность и качество руководства, осуществляемого ключевыми людьми административной системы, оценивалось и контролировалось обществом на уровне каждого отдельного министерства.

–  –  –

Все чаще и чаще в публичной сфере возникают вопросы об ответственности высших должностных лиц. Множество появившихся комментариев с критикой деятельности высших должностных лиц после назначения Кэтрин Эштон на должность верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности свидетельствует об общественном недовольстве низким уровнем открытости и прозрачности европейской политической системы.

Проблема публичной ответственности является одним из важных симптомов снижения уровня демократичности в обществе. Эта проблема проявилась непосредственно при переходе от старых форм организации управления к новым моделям (концепция governance).

Концепция governance характеризуется распространением компетенции принятия решений («desition-making») над различными уровнями формирования политики. ("policy making").

Довольно часто эта система включает в себя не только государственный сектор управления, но и представителей из частных сфер, что делает нечетким границу между публичной и частной сферами. На межправительственном уровне структуры управления (governance) также заметно фрагментированы и менее формальны, чем традиционные формы управления.

Отношения в управленческих сетях неформальны и имеют групповую природу, что затрудняет возможность контроля и участия в этих процессах со стороны негосударственных акторов. Таким образом, автор делает вывод, что проблема снижения уровня демократичности напрямую связана с уровнем ответственности акторов, принимающих решение, перед обществом.

В первой части статьи автор задается вопросом, что значит публичность в категории публичная ответственность. И для решения данного вопроса раскрывает различия между установившимся традиционным пониманием публичной ответственности как демократической ответственности и новой менеджериальной концептуализацией данного понятия. Самое существенное различие лежит в менеджериальных и публичных формах реализации ответственности. Управленцы ответственны за результат своей деятельности, целью которой является получение прибыли. Менеджериальная ответственность гораздо больше ориентирована на результат, чем на внимание к первоначальным запросам. В публичной сфере все гораздо сложнее, но применительно к новым формам концепции governance ориентация на результат и гибкость менеджериальной ответственности получают особую актуальность. С менеджериальным подходом к понятию ответственности связаны 3 новые новые характеристики, которые разрушают традиционное представление об публичной ответственности как о демократической ответственности. Во-первых, это появление понятия заинтересованных сторон, которое в литературе по концепции governance заменяет понятие граждан и гражданского населения. Это понятие позволяет реально выделить и обозначить заинтересованную группу людей и способствовать их привлечению для взаимодействия по решению различных проблем. Однако это может привести к появлению процессов социального исключения и поставить под вопрос демократическое равенство. Во-вторых, это распространение отношений формата «принципал – агент». Эти отношения предполагают контракт между одним или более социальным актором (принципалом) и другим, привлеченным для решения ограниченных или специализированных задач (агентом). Ответственность агента - это первостепенная задача в теории "принципала и агента". Но кроме того, есть эмпирические доказательства

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

злоупотребления правами принципала (очень часто выступает правительство) для снижения уровня ответственности перед обществом, что тоже становится проблемой. И в - третьих, распространение отношения к публичной ответственности как к общей концепции, под защитой которой могут располагаться различные инструменты и механизмы управления.

Во второй части после освещения спора вокруг понятия публичной ответственности, автор рассматривает публичную ответственность как специфический механизм ответственности, который функционирует при взаимодействии с электоральным и правовым механизмами ответственности. Отсутствие одобряемого механизма публичной ответственности ведет к изменениям в публичном мнении, что приводит к репутационным издержкам.

После рассмотрения концептуальных вопросов, автор подходит к проблеме существования публичной транснациональной сферы и ее элементов. Изначально, возникающая транснациональная сфера не составляет единое пространство, а представляет собой разрозненные переплетающиеся части общественности. Публичная ответственность в определенном смысле зависит от существования публичной сферы. Существование публичной сферы – это необходимое условие для всех развитых стран, где существуют свобода слова и гарантии неприкосновенности прав и свобод. Публичная сфера определяется как коммуникативная сфера, где сосуществуют различные коммуникативные потоки.

Автор также выделяет 2 основных элемента транснациональной публичной сферы:

1.функционирование системы СМИ. 2. транснациональное гражданское общество. Так, системы электронной коммуникации, например, блоги, выступают местом для серьезных политических и социальных обсуждений, распространения работ ученых, журналистов и становятся платформой для критики и контроля. В реальном и виртуальном пространстве обсуждений и политических дискуссий принимают участие не только отдельные граждане, но и социальные организации, такие как социальные движения, религиозные объединения, группы интересов и некоммерческие организации. Деятельность этих социальные объединений является необходимым условием для формирования публичной ответственности, так как они следят за управленческими процессами, создают профессиональный и хорошо организованный дискурс и формируют альтернативные варианты действий. Кроме того, они выполняют роль посредника между международными институтами и обществом, передавая важную информацию по средствам коммуникации.

Таким образом, автор показывает, что ключевые элементы транснациональной публичной сферы уже существуют и функционируют.

В третьей части работы, автор подчеркивает, что первоначальным ключевым условием для функционирования системы публичной ответственности является прозрачность системы.

Исследования показывают, что уровень прозрачности деятельности международных организаций увеличивается в последние годы. Однако доступ к информации не всегда является гарантией эффективного публичного контроля. Важным условием для формирования ответственности становится чувствительность социальных институтов к критике. Внимание со стороны международных социальных организаций позволяет контролировать и отслеживает случаи плохого управления и злоупотребления властью со стороны официальных лиц. Так, можно привести пример, когда отдельные члены общества и организованные гражданские объединения были решающей силой при решении проблемы с отменой рабства и борьбы против апартеида в Южной Африке.

Однако и транснациональная публичная сфера, и возможности для транснациональной публичной ответственности имеют ограничения. Ограничения носят нормативный и функциональный характер и автор выделяет 2 основных: неравный доступ и ограниченная чувствительность к внешним запросам и реакциям. Увеличивающее внимание к этому вопросу происходит от того, что публичная сфера - это ключевой момент в переходу управленческих условий от рутинной модели к кризисной. В кризисной модели ответственные за принятия решений отвечают за свои политические неудачи и стремятся к поиску новых стратегий, что способствует проведению реформ и созданию условий для социальных изменений.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

Подводя итоги, автор еще раз подчеркивает, что ключевая проблема деятельности интернационального управления лежит не в проблеме отсутствия ответственности в менеджериальном смысле, а в недостатке ответственности по отношению к широкой общественности. Публичная ответственность предполагает, что выбор тех, кто принимает решения, должен подвергаться общественному рассмотрению и становиться объектом для дискуссий и критических замечаний. Автор отмечает, что высказывания о том, что транснациональная публичная ответственность является иллюзорной, не соответствуют действительности. Публичная ответственность и публичная сфера на международном уровне становятся необходимым условием для повышения уровня демократизации транснационального и европейского управления.

–  –  –

В данной статье рассматриваются две взаимосвязанные идеи, концентрирующие внимание публичного администрирования: (1) переход от централизованных интституциональных авторитетных структур и (2) увеличивающееся количество сетей в публичном секторе. В то время, как сетевые теории рассматриваются как введение в новую парадигму понимания управления, они продолжают оставаться в контексте (языке) и рамках иерархических бюрократических систем. Автор предполагает, что использование метода, не основывающегося на централизованной институциональной перспективе, может существенно прояснить сетевые теории публичного администрирования. В особенности, автор указывает на то, что анархизм может привнести многое в наше понимание сетей и иллюстрирует, как анархистская перспектива может продвинуть наше понимание сетей в трех направлениях: формирование сетей, сетевая устойчивость (стабильность) и подотчетность сетей - в которых иерархическая перспектива имеет ряд неразрешенных вопросов.

«В то время как усилия по сокращению роли государства не имели результата, вопросы о вымещении государства уже были поставлены. Часто такие изменения совершаются через сетевые формирования».

Автор в своих рассуждениях отталкивается от понятия «языковых игр» Людвига Витгенштейна - в основе которых лежит развитие специализированных словесных конструкций для различных видов деятельности. Например, иерархии и рынки имеют уникальный набор лингвистических инструментов и установленных языковых игр - теория бюрократической организации для иерархий и микроэкономика для рынков. Каждому специализированному образованию присущи свои языковые игры, языковые схемы. Сетевой язык так же должен быть широко принят и распространен в литературе. Литература сетевого управления в основном базируется на языке и концептах развитых для других форм управления. До тех пор, пока данное положение сохраняется, неуместно ожидать развития сетевой теории управления вне дескриптивного уровня.

« В рассуждении о явлении «не А», нам необходимо использовать рамки, понятия и систему взглядов «А», что непосредственно ограничивает нашу концепцию об этом явлении, так как оно «А» не является».

Иерархическая ориентация сетевой структуры

Сетевые концепты до настоящего времени были тесно связаны с идеями и языком иерархий. Некотрые исследователи считают, что иерархические элементы должны быть включены в сетевые образования, или другими словами - сети не могут функционировать вне зависимости от иерархий. Для некоторых, сети существуют вблизи бюрократических иерархий, также как эквивалентные формы или конкурентные. Понятия, рамки и методы развитые для изучения организационных характеристик ригидных систем, вертикальных взаимоотношений и централизованной власти применяются для изучения организационных форм, которые имеют существенные отличительные характеристики.

Сети и иерархии располагаются в разных концах континуума. В попытках связать данные концепты друг с другом, акцентируя внимание на управленческих отличиях сетевых и иерархических структур, осуществляется их разделение. Пока иерархические формы

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

являются основой для сравнения, это дает основание для их особого положения. В данном случае получается, что «иерархии - это оригинальное изображение, а сети их зеркальное отображение». «Реальность оригинала определяется характеристиками отображения: то есть для понимания сетей, мы вынуждены изучить иерархии и сравнить, как сети отличаются от них».

Критики сетевого подхода заявляют, что сетевые теории носят лишь дескриптивный характер и лишены разъяснительной способности. Сетевые теории могут только предлагать перспективы и служить проводником понимания политики.

В противоположность данной точке зрения, некоторые исследователи отстаивают факт существования сетей, а так же того, что сети в действительности представляют новую парадигму понимания управления, основывающуюся на величине различий между сетями и иерархиями. Таким образом, иерархии продолжают определять сети.

Вне зависимости от взглядов на положение и статус сетей, мы ищем их, для того, чтобы занять тоже самое концептуальное пространство, совершать те же самые виды действий, что и иерархии. Трансформация государственного управления заключает в себе переход от иерархических, организованных, институциональных бюрократий к межорганизационным, взаимозависимым сетям, как средства обеспечения управления и оказания услуг. Сети замещают иерархии. Они движутся вне иерархий: присущая пластичность позволяет им реагировать, таким образом, которым не в состоянии иерархии, повышать эффективность и конкурентоспособность, поскольку этого не могут ни иерархии, ни рынки. Иерархическое, а не сетевое понимание доминирует в изучении сетей публичного администрирования.

Ограничения иерархической ориентации

Ожидания того, что сети выполнят многое из тех вещей, что выполняют иерархии и структурная ориентация сетей, выходящая из сферы изучения иерархий, привели к экспертизе сетевого поведения в рамках языка, структуры и ожиданий иерархий. Этот метод позволил провести много сравнительных и описательных исследований. Однако, различные сферы, в которых сети не могут быть соизмеримы с иерархиями, не могут, соответственно, быть исследованы при помощи данного подхода. Неразрешенные вопросы и основания для дальнейшего исследования в некоторых сферах предполагает, что не сообразно обращаться к иерархической ориентации в изучении сетей публичного сектора.

–  –  –

В сравнении с иерархиями, которые могут быть разработаны и построены для достижения определенных результатов, сети часто описываются как появляющиеся или самоорганизующиеся. «Другими словами, сети просто появляются». Однако способы формирования сетей редко изучаются.

–  –  –

Сети часто описываются, как очень пластичные и более динамичные, нежели иерархии. Данное преимущество дает им возможность реагировать и адаптироваться к изменениям быстрее чем ригидные иерархии. При использовании иерархической ориентации, это может привести к заключению о том, что сети, ввиду своей подвижной структуры, могут быть менее стабильными. Некоторые исследователи предостерегают о том, что сетям свойственна институционализация структуры со временем. Сети зависят от гибкости и изменчивости и поэтому, по сути, это временные образования. Для сетей длительное существование означает закостенелости правил и взаимоотношений, что приводит к институционализации формы.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

–  –  –

Проблема подотчетности, конечно, сформирована относительно границ структуры.

Подотчетность в иерархиях - это явление, происходящее из централизованного авторитета и вертикальных взаимоотношений; подотчетность в сетях обретает характер зависимости от структурных характеристик. Сети более структурно неоднозначны, чем иерархии, они менее подконтрольны: подотчетность может рассеиваться в промежутках сети.

Ориентация на анархизм

Вышеизложенное представляет постоянные вопросы, существующие в сетевой литературе. Существование данных неразрешенных проблем, может являться следствием применения иерархической ориентации. Данные вопросы являются ограничениями не сетей, а используемого подхода. Внедрение новой теоретической перспективы может обеспечить новый подход в изучении данных сфер и открыть новые стороны сетей.

Автор выдвигает на первый план аспекты анархизма, которые могут усовершенствовать процесс изучения сетей. Автор считает, что анархическая ориентация фундаментально изменит понимание сетей.

Анархистские организации

Анархистские представления об организации имеют много общего с сетями.

Архитектура анархистской системы - это децентрализованная глобальная сеть коммуникации, координации и взаимной поддержки среди автономных узлов социальной борьбы, при отсутствии формального членства или определенных границ. Данная сетчатая модель основывается на принципах связи, разнородности, разнообразия и нелинейности. Сети не имеют определенных пределов, скорее накладываются друг на друга, расширяются или сокращаются при взаимодействии групп.

Некоторые характеристики анархизма особенно хорошо соответствуют сетям.

Анархизм рассматривает организацию как самоорганизующуюся, совместную и децентрализованную. Данная перспектива вытекает из взгляда на организацию, как на фундаментальный социальный процесс - динамику, а не структуру. Это представление перемещает акцент в социальной организации с структуры на связи в пределах структуры.

Данное понимание самоорганизации и власти возникновения добровольных объединений ведет к децентрализованному пониманию организаций.

Анархизм имеет тенденцию сосредотачиваться на небольших организациях, так как прямая коммуникация - имеет главенствующее положение в действенном обмене информацией и ресурсами. Анархизм фокусируется на сообществе - таком уровне организации, при котором возможен данный обмен. Государство в данном случае рассматривается как искусственная «суперструктура», наложенная на сообщества, с целью унифицировать их.

Ориентация на анархию

В анархической перспективе ценность индивида не может быть реализована в изоляции от общества: индивидуальность каждого может быть понята в той степени, в какой его индивидуальность была реализована в пределах органической целостности сообщества.

Когда данное мышление принято, каждый понимает, что сотрудничество не менее естественно, чем соревнование. И что любая попытка создать рамки коллективного поведения - это попытка управлять уровнем потенциала интеграции среди групп.

Соответственно, потенциал группы может быть максимизирован за счет свободы объединений: давай возможность как можно больше, насколько это возможно, увеличивать

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

связи между членами группы и оптимизировать свободный поток ресурсов в пределах группы. Один из самых эффективных способов - достигнуть это через сети.

Сети предназначены для того, чтобы давать возможность участникам взаимно реализовывать свои цели, которые недостижимы через индивидуальные усилия. Это происходит за счет замещения ригидной, установленной структуры иерархии, пластичными, самоорганизованными связями для обмена информацией и ресурсами. В иерархиях власть централизована и определена позицией; в сетях власть децентрализована и определена связями с другими участниками сети, определена такими факторами как: центральное положение ( количество связей, которые имеет один участник с другими), плотность (соотношение существующих связей к максимально возможному количеству), промежуточность (наименьшее расстояние, которое пролегает между одним участником и двумя другими). Другими словами, власть в сети - это функция связанности с другими и возможность связи и обмена ресурсами с другими участниками сети.

Анархистские сообщества могут быть различными по объему, и не являются исключительными и всеобъемлющими. Под этим автор подразумевает то, что участники, как ожидается, не будут принадлежать только к одной группе, и при этом любая группа не может предусмотреть и обеспечить все потребности своих участников. Люди могут принадлежать к многим небольшим группам одновременно, а также могут переходить из одной группы в другую в соответствии с изменениями своих целей и потребностей.

Сети как анархия

Анархистские сообщества, кажется, действуют как сети; конечно, у них есть несколько особенностей общих с сетями, включая децентрализацию, самоорганизацию, сотрудничество, взаимозависимость, акцент на горизонтальные связи и уверенность в близких связях среди участников для достижения общих целей. Учитывая эти общие особенности, разумно рассмотреть, могут ли сети работать в соответствии с анархистскими принципами организации.

Одно всеобъемлющее положение анархистской точки зрения на социальную организацию - это то, что социальная ответственность идет рука об руку с личной свободой и автономией. Тем более ответственность перед социальной группой будет расти, поскольку сфера личной автономии увеличена —попытки управлять людьми и вынуждать их соответствовать социальным нормам и целям запретят свободные и открытые ассоциации, в которых социальный успех предопределен. Одно важное значение для сетевого управления то, что понижение контроля и ограничений создало сеть —ослабление давления с целью управлять сетью или вынуждение ее соответствовать внешним представлениям структуры и формы — может увеличить эффективность. Построение сетей означает построение системы распределения информации. Поэтому, сетевая результативность сокращается, как сопротивление движению информации при сетевом увеличении.

Второе ключевое положение - это, что сети по существу социальные, а не структурные образования. Ключевые элементы сети - это соединения между узлами - связи, способствующие коммуникации между участниками - а не положение самих участников.

Принятие этой точки зрения перемещает фокус сетевых исследований от структурного описания к изучению сетей, как динамичных, относительных сущностей. Эта позиция, предполагающая осмысление сети как набора устойчивых отношений между независимыми акторами, позволит продвинуться в изучении сетей дальше структурного описания. С управленческой точки зрения социальная ориентация предполагает, что, вместо попыток управлять сетями, контролировать их структуру, механизмы общественного контроля могут более эффективно регулировать общественные отношения среди участников сети.

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Как обсуждалось ранее, литература публичного администрирования описывает сетевые формирования как появляющиеся, как результат повторения взаимодействия для достижения общих целей среди самоорганизованных взаимозависимых акторов. Это процесс, для которого центрально-управляемая, вертикально-организованная иерархическая ориентация слабо оснащена для описания. Анархизм, однако, рассматривает этот процесс как естественный способ роста небольших организаций. Иерархическая ориентация утилизирует механическую метафору для формирования организаций: организации построены и выглядят как машины, настроенные на выполнение определенной цели. Они могут быть улучшены посредством структурных модификаций — организация - сумма составных частей, которые могут быть перемещены, переориентированы или изменены, с целью повлиять на весь процесс.

Анархизм, с другой стороны, использует органическую метафору для организационного формирования. Эта метафора предназначена, чтобы дифференцировать анархистскую перспективу по крайней мере двумя способами. Во-первых, организации выращены по восходящей, а не сверху вниз. Основание — микро или индивидуальный уровень — является надлежащим местом для поиска организационного формирования.

Таким образом, не должно быть удивительным то, что сети, кажется, внезапно происходят из вездесущих социальных связей, которые объединяют нас. Во-вторых, роль человека в анархистских организациях по существу отличается от той составной части, которая может быть перемещена из любого места в организации. Люди рассматриваются как клетки в социальном теле, образ, который тщательно поддерживает соотношение (напряженность) между свободой личности и коллективной пользой. Это означает, однако, что они не могут быть перемещены в структуре целого; они функционируют только в пределах определенного контекста и не имеют никакой жизни вне этого контекста, или вне тела. В данном случае стоит указать снова по этому вопросу: человеческая индивидуальность будет хороша в той степени, в какой его индивидуальность будет реализована в пределах органической цельности сообщества.

Реферат подготовила Полина Усачева(СПБГУ) ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

–  –  –

Мирошниченко И.В., Морозова Е.В., Гнедаш А.А., Рябченко Н.А.

Социальные сети в публичной практике современной России:

модернизационный потенциал.

(Краснодар: Просвещение-Юг, 2012. 181 с.)

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Исследование выполнено в рамках проекта «Социальные сети как ресурс модернизации современного российского общества: концептуальные основы и методология межрегиональных сравнений» при финансовой поддержке гранта Президента РФ для государственной поддержки молодых российских ученых - кандидатов наук (МК-2122.2011.6).

Адресуется политологам, социологам, специалистам в области государственного и муниципального управления, межсекторного взаимодействия.

Содержание Введение - 4

1. СЕТЕВЫЕ РЕСУРСЫ И ПРАКТИКИ МОДЕРНИЗАЦИИ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ - 8

1.1. Модернизация в современной России: в поисках субъекта? - 8

1.2. Формирование субъектности сетевых сообществ в российской публичной политике - 26

1.3. Модернизационный потенциал сетевого взаимодействия в сфере социальной политики - 42

2. СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ В ONLINE-ПРОСТРАНСТВБ ПУБЛИЧНОЙ ПОЛИТИКИ: АНАЛИЗ

МОДЕРНИЗАЦИОННОЙ ПЛАТФОРМЫ - 60

2.1. Институционализация online-пространства как поля политических практик - 60

2.2. Этапы формирования национальной модели публичной политики в online-пространстве России - 77

2.3. Новые акторы, механизмы и технологии российской публичной политики в online-пространстве - 98

3. КРАУДСОРСИНГОВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В ПУБЛИЧНОЙ ПОЛИТИКЕ СОВРЕМЕННОЙ

РОССИИ - 114

3.1. Политический краудсорсинг как механизм реализации электронной демократии - 114

3.2. Краудсорсинг в публичной практике современного российского общества: технологии, ресурсы и результаты - 138 Заключение - 158 Библиографический список – 164

–  –  –

Введение 4

I.ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОЦЕССА СЕТЕВИЗАЦИИ ПУБЛИЧНОЙ ПОЛИТИКИ - 7

1.1. Публичная политика как зонтичная концепция политической науки - 7

1.2. Сетевой подход в политических исследованиях: Содержание и направления развития - 31

1.3. Сетевая публичная политика как новый концепт политической науки - 52

2. СЕТЕВОЙ ЛАНДШАФТ ПУБЛИЧНОЙ ПОЛИТИКИ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ - 84

2.1. Российская модель публичной политики и факторы ее современной трансформации - 84

2.2. Практики политической институционализации социальных сетей в социокультурной среде российского общества - 104

2.3. Конструирование сетевых сообществ в онлайн-пространстве публичной политики - 143

2.4. Инкорпорирование социальных сетей в систему публичного управления - 171

3. ИНТЕРАКТИВНЫЕ МЕХАНИЗМЫ И ТЕХНОЛОГИИ РАЗВИТИЯ ПУБЛИЧНОЙ ПОЛИТИКИ:

РОССИЙСКИЙ ОПЫТ - 205

3.1. Интерактивные механизмы сетевого публичного управления в современной России - 205

3.2. Краудсорсинг в публичной политике современного российского общества: технологии, ресурсы и результаты - 228 Заключение – 257 Список использованной литературы – 263

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 размываются, все это заставляет обратиться к проблеме формирования высокопрофессионального управленческого аппарата, имеющего надежные социальные гарантии и отстаивающего публичные ценности, Важным моментом исследования выступает вопрос гуманитарных технологий, которые создают условия для постепенного качественного изменения типа политической культуры, ориентируя граждан на развитие горизонтальных связей в обществе и поиск консенсуса, на переход к таким ценностным ориентациям как доверие и ответственность, самостоятельность и инициативность, свободный выбор и участие в принятии политических решений.

Предназначена для научных сотрудников и преподавателей, аспирантов и студентов социально- гуманитарного профиля, государственных гражданских служащих и широкого круга читателей, интересующихся проблемами современного российского государства.

Содержание

Введение - 3 Глава 1. Теория публичных ценностей и современное государственное управление - 8

1.1. Ценности как ориентир современного публичного управления - 8

1.2. Экономические ценности, новый государственный менеджмент и идейные основания административных реформ - 17

1.3. Критика «потребительства» экономического подхода и переоценка ценностей - 24

1.4. Концепция «публичной ценности» в современной публичной политике - 28

1.5. Политико-аксиологический подход к анализу систем публичного управления - 34 Глава 2. Административные преобразования в истории России: ценности и приоритеты - 44

2.1. Административные идеи, ценности и административные реформы в истории России - 44

2.2. Административные реформы советского периода: ценности коммунизма и реальная практика - 82

2.3. Российская политическая культура и конституционные основания административных реформ (1990– 2003 гг.) в аспекте формирования публичных ценностей - 118 Глава 3. Формальные и реальные ценности современных административных реформ (2003–2010) - 147

3.1. Механизмы и методы повышения политической ответственности и проблема исполнительности - 147

3.2. Бюрократическая производительность и оценка эффективности реформ - 165

3.3. Публичные ценности и региональные политико-административные режимы Северо-Западного федерального округа: трудная попытка преобразований - 181

3.4. От стабилизации к модернизации: узкие места административной реформы - 204 Глава 4. Анализ функционирования системы государственного управления в России с позиций ценностного содержания - 213

4.1. Гуманитарные технологии как практика развития мышления в публичном взаимодействии - 213

4.2. Государственная кадровая политика в аспекте менеджмента публичных ценностей: проблема отбора Электронное правительство и формирование публичных ценностей - 245

4.4. Система государственного управления и особенности процесса сетевой политической коммуникации в России: развитие горизонтальных связей в обществе и поиск консенсуса - 263

4.5. Интегративные структуры: этика взаимодействия науки, образования и бизнеса - 279

4.6. Протестное поведение в условиях трансформации политического режима в современной России - 293 Глава 5. Этические стандарты в современном государственном управлении России - 306

5.1. Формализация этических стандартов государственного управления: западноевропейский опыт и Россия - 306

5.2. Конституционные основания этических кодексов и корпоративные ценности - 322

5.3. Этика против коррупции - 345

5.4. Гражданственность, ответственность и традиции «государевой службы» - 360

5.5. Формирование института доверия как попытка снять синдром настороженности - 365 Заключение – 376 ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

–  –  –

Книга адресована читателям, интересующимся проблемами современного государственного управления.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

ПРЕДСТАВЛЯЕМ ЖУРНАЛ

–  –  –

Международный консультационный совет: Ayse Ditrihs (Университет Анкары), Akihiro Iwashita (Университет Хоккайдо), Zhao Huasheng (Фуданьский университет), Klaus Segbers (Свободный университет Берлина), Anne de Tangyu (Сьянс По), Werner Vth (Свободный университет Берлина), Yu-Shan Wu (Институт политологии, Academia Sinica), Alexander Zhebit (Федеральный университет Рио-де-Жанейро), Charles E. Ziegler (Университет Луисвилла), А.Файзуллаев (Университет мировой экономики и дипломатии Узбекистана.

В журнале публикуются материалы, посвященные международно-политической и внутриполитической проблематике в ракурсе сравнительного анализа.

«Сравнительная политика» выходит 4 раза в год и является специализированным научнопрактическим журналом, на страницах которого дается анализ политических систем разных стран, их институтов, их внутренних и внешних политических технологий, рассматривается их внешнее взаимодействие.

Журнал будет интересен и полезен всем, кто интересуется вопросами современной геополитической обстановки в мире; студентам, аспирантам и научным сотрудникам.

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

–  –  –

Сравнительный анализ концепций и институтов Е.С.Устинович К вопросу о понятии современной политики государства в сфере информационных технологий В.М.Алпатов Языковая политика в современном мире: «одноязычная» и «двуязычная» практики и проблема языковой ассимиляции А.А.Кирилловых Организационно-правовые основы выставочной и ярмарочной деятельности Сравнительная политика и геополитика А.Е.Чирикова Женщина во власти и бизнесе: сравнительный анализ российских и французских практик Ли Син, Ван Чэнсин Стратегия энергетической безопасности Китая в Центральной Азии Е.В.Колдунова

Роль Шанхайской организации сотрудничества в регионе Центральной Азии:

сравнительный анализ исследовательских дискурсов Материалы для дискуссии С.И.Лунев Развитие образования (базовое и высшее образование, аспирантура) и науки в Китае и Индии Сравнительный анализ локального опыта Д.А.Верхотуров, А.А.Верхотуров Сравнительное правоведение: романо-германские правовые системы в странах АТР С.Ю.Колмаков Сравнительно-правовоеисследование свободы слова в России и Китае. Влияние российской правовой системы на китайскую Научная жизнь

Конференция преподавателей общественных наук «Политическая система России:

тенденции и направления развития», Москва, 8–9 апреля 2013 г.

–  –  –

The Health Care Safety Net and the Affordable Национальная сеть безопасности Care Act: Implications for Hispanic Immigrants здравоохранения и закон о доступном Saltanat Liebert and Carl F. Ameringer медицинском обслуживании: последствия для испаноязычных иммигрантов Collaborative Innovation: A Viable Alternative Совместные инновации: реальная to Market Competition and Organizational альтернатива рыночной конкуренции и Entrepreneurship организованному предпринимательству Jean Hartley, Eva Srensen and Jacob Torfing Commentary: Collaborative Governance for Комментарий: совместное управление по Innovation in the National Health Service: Early инновациям в национальной системе Reflections on the Development of Academic здравоохранения: первые размышления о Health Science Networks развитии академической научной сети Steve Fairman здравоохранения Marching to Different Drummers? The Идущие в разном ритме? Исполнительский Performance Effects of Alignment between эффект от согласования между политическим Political and Managerial Perceptions of и менеджериальным восприятием управления Performance Management эффективностью ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Richard M. Walker, Chan S. Jung and George Boyne

–  –  –

Commentary: Performance Management: The Комментарий: управление эффективностью:

Real Research Challenge настоящая исследовательская проблема Shelley H. Metzenbaum

–  –  –

Interorganizational Mobility within the U.S. Межорганизационная мобильность в Federal Government: Examining the Effect of федеральном правительстве США: изучение Individual and Organizational Factors влияния индивидуальных и организационных Jan Wynen, Sophie Op de Beeck and Annie Hondeghem факторов

–  –  –

The Development Dilemma: What's Going Дилемма развития: в чем ошибка и что Wrong and What Can Be Fixed? можно исправить?

James D. Savage

–  –  –

Coproduction of Government Services and the Совместное производство публичных услуг и

New Information Technology: Investigating the новых информационных технологии:

Distributional Biases исследование дистрибьютерных Benjamin Y. Clark, Jeffrey L. Brudney and Sung-Gheel предубеждение Jang Commentary: 311 Services: A Real-World Комментарий: сервис 311: реальная мировая Perspective перспектива P. K. Agarwal Coproduction and Equity in Public Service Совместное производство и справедливость в Delivery предоставлении публичных услуг Morten Jakobsen and Simon Calmar Andersen

–  –  –

The Adoption and Abandonment of Council- Согласие или отказ от совета управляющих в Manager Government правительстве Cheon Geun Choi, Richard C. Feiock and Jungah Ba

–  –  –

Motivated to Adapt? The Role of Public Service Мотивация для адаптации? Роль мотивации к Motivation as Employees Face Organizational государственной службе как лицо служащего Change (pages 738–747) в организационных изменениях ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Bradley E. Wright, Robert K. Christensen and Kimberley Roussin Isett

–  –  –

Mandarins versus Machiavellians? On Мандарины против Макиавелии? О Differences between Work Motivations of различиях в рабочей мотивации между Administrative and Political Elites административной и политической элитой?

Zeger van der Wal

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 The Eroding Effect of Corruption on System Разрушительное влияние коррупции на Support in Sweden систему поддержки в Швеции Jonas Linde and Gissur Erlingsson Pitfalls of Contracting for Policy Advice: Ловушка контрактации при политическом Preparing Performance Budgeting Reform in консультировании: подготовка эффективной Estonia бюджетной реформы в Эстонии Ringa Raudla How Did the Spanish Financial System Survive Как финансовая система Испании выдержала the First Stage of the Global Crisis? первый этап кризиса Sebastin Royo Exploring the Determinants of the Entry and Изучение факторов, объясняющих Exit of Ministers in Korea: 1980–2008 назначения и отставку министров в Южной Sung Deuk Hahm, Kwangho Jung and Sam Youl Lee Корее: 1980-2008

–  –  –

Constructing Institutional Measures: Indicators Построение институциональных критериев:

of Political and Property Rights in Mozambique, индикаторы политических и прав 1900–2005 (pages 677–692) собственности в Мозамбике, 1900-2005 John Manuel Luiz, Luis Brites Pereira and Guilherme Oliveir

–  –  –

A Tale of Two Cultures: Qualitative and История двух культур: качественные и Quantitative Research in the Social Sciences – количественные исследования в социальных By Gary Goertz and James Mahoney науках – Гарри Гертц и Джеймс Махони Michael Woolcock

–  –  –

Shadow Elite: How the World's New Power Тень Элиты: как в мире новой власти Brokers Undermine Democracy, Government брокеры подрывают демократию, and the Free Market – By Janine R. Wedel правительство и свободный рынок – Джанин Michael Johnston Р. Ведел Jobs for the Boys: Patronage and the State in Работа для мальчиков: патронат и Comparative Perspective – By Merilee S. государство в сравнительной перспективе – Grindle Мерили С. Гриндль J. W. Christian Schuster

Scientists and the Regulation of Risk: Ученые и регулирование риска:

Standardising Control – By David Demortain стандартизация контроля - Дэвид Демортайн Boris Hauray ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

–  –  –

Protecting Sovereignty, Protecting the Planet: Защита суверенитета, Защита планеты:

State Delegation to International Organizations правительственная делегация в and Private Actors in Environmental Politics международных организациях и частные Jessica F. Green and Jeff Colgan субъекты в экологической политике

–  –  –

The Emperor Has No Clothes! Power and А король-то голый! Власть и ресурсы в Resources within the Greek Core Executive сердцевине исполнительной власти в Греции Kevin Featherstone and Dimitris Papadimitriou

–  –  –

The Limits of Institutional Reform in Границы институциональной реформы в Development: Changing Rules for Realistic процессе развития: изменений правил для Solutions – By Matt Andrews практических решений – Мэтт Эндрюс Larry Schroeder

Governing Global Finance: the Evolution and Управляя глобальными финансами:

Reform of the International Financial эволюция и реформа мировой финансовой ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Architecture – By Anthony Elson архитетуры – Энтони Элсон Randall Germain Aid Dependence in Cambodia: How Foreign Зависимость от помощи в Камбодже: как Assistance Undermines Democracy – By Sophal иностранная поддержка подрывает Ear демократию – Софал Ир Paolo De Renzio Governance of Public Sector Organizations: Управление в организациях общественного Proliferation, Autonomy, and Performance – сектора: пролиферация, автономия и Edited by Per Lgreid and Koen Verhoest эффективность – редакторы Пэр Лагрейд и Rogerio F. Pinto Коэн Верхост The Security Governance of Regional Управление безопасностью в региональных Organizations – Edited by Emil Joseph Kirchner органзациях – редакторы Эмиль Йозеф and Roberto Domnguez Кирчнер и Роберто Домингез Kai Chen

–  –  –

Understanding Welfare Crises: the Role Of Объяснение социальных кризисов: роль идей Ideas Mikko Kuisma

The (Golden) Age of the Welfare State: Золотой век социальных государств:

Interrogating A Conventional Wisdom обращаясь к здравому смыслу Daniel Wincott

–  –  –

The Politics of Politicization in Sweden Политика политизации в Швеции Carl Dahlstrm And Birgitta Niklasson Working For Europe? Socialization in the Работать для Европы? Социализация в European Commission And Agencies of the европейской комиссии и агентствах ЕС European Union Semin Suvarierol, Madalina Busuioc And Martijn Groenleer

–  –  –

Advocacy Coalitions in Crisis Resolution: Коалиции взаимозависимости в разрешении Understanding Policy Dispute in the European кризиса: понимании политических споров во Volcanic Ash Cloud Crisis время европейского вулканического кризиса Daniel Nohrstedt

–  –  –

Representative Bureaucracy, Gender, and Представительство бюрократии, пола и Policing: the Case of Domestic Violence Arrests политики: случаи ареста за насилие в Англии in England Rhys Andrews and Karen Johnston Miller A Blast at the Past: an Inquiry into Herbert Взрыв в прошлом: расследование аргументов Simon's Arguments Against The Principles Герберта Саймона против законов Ion Georgiou

–  –  –

Interactive Governance: Advancing the Интерактивное управление: продвижение Paradigm - by Jacob Torfing, B. Guy Peters, Jon парадигмы – Якоб Торфинг, Б. Гай Петерс, Pierre And Eva Srensen Джон Пьерр и Ева Соренсен Paul 'T Hart The Limits of Institutional Reform in Границы институциональной реформы в Development: Changing Rules for Realistic процессе развития: изменений правил для Solutions - by Matt Andrews практических решений – Мэтт Эндрюс Gerald E. Caiden

–  –  –

Making the Most Of Mess: Reliability and Policy Создание большого беспорядка: надежность in Today's Management Challenges - by Emery и политика в современных вопросах Roe управления – Эмери Роуз Karl E. Weick

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013

ЭМПИРИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ

–  –  –

ДЕМОКРАТИЯ И УПРАВЛЕНИЕ № 2 (16) 2013 Индекс Глобальной Конкурентоспособности (The Global Competitiveness Report 2013 – 2014)1

–  –  –



Похожие работы:

«2 Региональная программа капремонта 2.1 Возможно ли включение домов блокированной застройки в региональную программу капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов? В соответствии со статьей 168 Жилищного кодекса Российской Федерации в региональную программу капитального ремонта общего имущ...»

«TSD-1 ДЫМО-ТЕЛОВОЙ ИЗВЕЩАТЕЛЬ tsd-1_ru 05/15 Многосенсорный извещатель TSD-1 позволяет обнаружить раннюю стадию развития пожара, когда появляется видимый дым и/или наблюдается возрастание температуры. Инструкция относится...»

«Решение П рави тельства Белгородской области и П резидиума Белгородского областного объединения организаций профсоюзов о т " 18 " апреля № 1/5'.1 2015 г Об итогах соревнования и размещении на областной Аллее Трудовой С лавы победителей соревнований В соответствии с решением Губернатора Белгородской области и исполкома Белгородского об...»

«олданылан дебиеттер тізімі 1 Сайт www.INTUIT.ru 2 Сайт http://ru.wikipedia.org/wiki/Wi-Fi 3 Шахнович И. Современные технологии беспроводной связи. – Техносфера, 2004. 4 Джон Р. Wi-Fi. Беспроводная сеть.НТ Пресс, 2007 УДК 004.272 ОБЛАСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ПАРАЛЛЕЛЬНЫХ РАСЧЁТОВ НА GPU С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ТЕХНОЛОГИИ CUDA К...»

«выдающиеся вертебрологи Яков Леонтьевич Цивьян О Якове Леонтьевиче Цивьяне нельзя сказать, что он внес большой вклад в развитие отечественной вертебрологии: он был среди тех немногих, кто ее СО...»

«105887057 Электроводонагреватель проточный Delimano c электронным дисплеем Модель: FDL-H3X3 БЛАГОДАРИМ ЗА ПРИОБРЕТЕНИЕ ЭЛЕКТРОВОДОНАГРЕВАТЕЛЯ DELIMANO. ПЕРЕД ЭКСПЛУАТАЦИЕЙ ПРИБОРА ВНИМАТЕЛЬНО ОЗНАКОМЬТЕСЬ С ИНСТРУКЦИЕЙ ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ И СОХРАНИТЕ ЕЕ НА СЛУЧАЙ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ВОПРОСОВ В БУДУЩЕ...»

«Настройка Wi-Fi роутеров TP-Link TL-WR741ND и TL-WR740N Инструкция по настройке Wi-Fi роутеров TP-Link TL-WR741ND и TLWR740N Общая информация Отличие роутеров TP-Link TL-WR741 ND и TL-WR740N заключается только в том, что роутер TL-WR740N имеет несъемную антенну, а...»

«Владимир Чередниченко Силуэт О жизнь! Благодарю за берега. Где не ступала смертного нога. К. С. Герасимов Сонет № 130 из книги "Ars moriendi" Вот он сидит на фоне книжной горки — нет, книжной Го­ ры — в доме...»

«неровностей дороги на кузов автомобиля, личный состав и перевозимое оборудование при движении в сложных дорожных условиях.2. Рессорно-пневматическая подвеска, не требует направляющих элементов, так как рессора выполняет функцию упругого и направляющего элемента.3. Пневмоэлемент, работающий с рессорой...»

«Geschftsfhrer: Lothar Zierer, Dipl.-Braumeister, Dipl.-Betriebswirt (FH); HRB Mnchen 59074 Banken: HypoVereinsbank Freising, BLZ: 700 211 80, Kto.-Nr.: 8 002 002; Sparkasse Freising, BLZ: 700 510 03, Kto.-Nr.: 144 113; UID-Nr.: DE 128 964 028 WWW.VAYENSHTEFAN.RU ПИВОВАРЕНИЕ +7 – 95...»

«SAP Crystal Reports for Enterprise Версия документа: 4.1 Support Package 3 2014-04-03 Руководство по установке SAP Crystal Reports for Enterprise Содержание 1 Установка SAP Crystal Reports для Enterprise.....................................»

«КУРС ДИСТАНЦИОННОГО ОБУЧЕНИЯ Q3. "Управление качеством. Блок №3" Курс дистанционного обучения Q3. "Управление качеством. Блок №3" — это специализированный курс по системе менеджмента качества (СМК). Цели курса Сформировать у слушателей систему знаний по концепциям и методам планирова...»

«74 Вестник Дипломатической академии МИД России. Россия и мир. 2016. № 2 (8) ИЗРАИЛЬ И НАТО: ПРЕДЕЛЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ1 О.А. Тимакова* Аннотация: исследование состояния и перспектив отношений между Израилем и НАТО с учетом общей конфликтности обстановки на Большом Ближнем Востоке. Abstract: a study of the state and prospects of Israel...»

«Тёмные места Слова Попытаемся убедить читателя в допустимости членения знака r "еры" как "ъ йотованное" на его составляющие ъ "еръ" и i по Истрину В.А.1 и прочтения такого членения в слове вzrдоша как въ zъ iдо ша, с выделением этимона iдъ. И, по анал...»

«1 Русскоязычная версия статьи "Enhancing confidence in fracture prediction through advanced seismic data processing and analysis techniques". First Break. Февраль. 2017 г.ПОВЫШЕНИЕ ДОСТОВЕРНОСТИ ПРОГНОЗА ТРЕЩИНОВАТОСТИ...»

«ХОРА (глубокий след змеи) Книга I, часть пятая МАСТЕР ХОРА УЗНАВАНИЕ О мистическом знании, узнавании и пути преображения: • Эволюция животной троицы в природе; ее власть и влияние на человека и социум.• Небесный крест в небесно...»

«“В будущее я смотрю с надеждой.” Руководство пациента по процедуре имплантации. Руководство пациента по процедуре имплантации Подготовка к операции Ваш тестовый период успешно завершен, и вместе с врачом Вы приняли решение о том, что метод нейро...»

«Трансцедентальная функция Карл Густав Юнг (1875 1961) Предварительное замечание Это эссе было написано в 1916 г. Недавно его обнаружили студенты цюрихского Института Юнга и оно было издано в частном порядке в своей первоначальной, сырой фор...»

«Илья Ильф, Евгений Петров ОДНОЭТАЖНАЯ АМЕРИКА Часть четвертая "“Золотой штат”" Глава тридцатая Рекорд миссис Адамс На границе Калифорнии нас остановили у инспекторской станции, обсаженной небольшими кактусами, и обыскали автомобиль. В Калифорнию нельзя...»

«НОУ ВПО "Университет управления "ТИСБИ" Положение об организации научно-исследовательской работы студентов Научно-исследовательская часть СК-ВД-05-01-12 Содержание 1. Общие положения..3 2. Содержание, принципы и формы организации НИРС.4 3. Организационная структура системы НИРС...»

«Министерство образования и науки РФ ФГАОУ ВПО "Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина" УДК 544.723 УТВЕРЖДАЮ Проректор по науке _ Кружаев В.В. "_" 2013 ОТЧЕТ...»

«С именем Аллаха Милостивого, Милосердного. Хвала Аллаху Господу миров, мир и благословение посланнику Аллаху, а также его семейству, сподвижникам и всем, кто последовал за ними наилучшим образо...»

«Международная серия научных трудов ЭТНОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ПО ШАМАНСТВУ И ИНЫМ ТРАДИЦИОННЫМ ВЕРОВАНИЯМ И ПРАКТИКАМ. Т. 16 ЭКСПЕРТНЫЙ СОВЕТ Айгнер Дагмар (Вена, Австрия) Балзер, Марджори Мандельштам (Вашингтон, США) Гацак Виктор Михайлович (Москва) Жуковская Наталия Львовна (Москва) Йохансен Улла (Кельн...»

«ФОЛОМЕЙКИНА Л. Н., ХОХЛОВА Е. Э. ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ ТРАНСПОРТНОЙ ИНФРАСТРУКТУРЫ ТОРБЕЕВСКОГО РАЙОНА РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ1 Аннотация. В статье рассматривается формирование транспортной инфраструктуры одного их административных районов Республики Мордовия. Раскрываются предпосылки возникновения разли...»

«1. Л-ръ Лонатъ Смирновъ.. ) /' НЕДОСТАТКИ ВОСПИТАНIЯ, КАКЪ ПРИЧИНА СЕКСУАЛЬНЫХЪ НЕНОРМАJIЬНООТЕИ и БОЛьЗНЕННЫХЪ ПРОЯВЛЕНIЙ ВЗРОСЛЫХЪ. Отт iiСtъ нзъ журtш.!lа B·tc'l'нtJKЪ Dоспнтаuiн ( 1912 г., М 6). Недостатки воспитанiя, какъ при­ чина сек...»

«Технологические тренды платежного рынка Игорь Голдовский Генеральный директор август 2013 г. Основные тренды развития платежных технологий Тренды, определяющие развитие технологий платежной индустрии на ближайшее десятилетие: 1. "Чипизация" 2. "Мобилизация Мобилизация"3. Появление новых платежных инструментов и...»

«ГЛАВА ГОРОДИЩЕНСКОГО ГОРОДСКОГ О ПОСЕЛЕНИЯ ГОРОДИЩЕНСКОГО МУНИЦИПАЛЬНОГО РАЙОНА ВОЛГОГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ " ft "C/U'MdtipJL 2015 года № Л4 р. п. Городище О создании межведомственной комиссии...»

«Страховое открытое акционерное общество "ВСК" ИНН 7710026574, ОГРН 1027700186062 ул. Островная, 4, г. Москва, 121552 тел.: +7 (495) 727 4444, info@vsk.ru "УТВЕРЖДАЮ" Генеральный директор СОАО "ВСК" О.С. Овсяницкий "31" июля 2014 г. ПРАВИЛА № 177 СТРАХОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ...»

«Читаю сам Константин Ушинский Проказы старухи-зимы Р азозлилась старуха-зима, задуЗаволокли морозы узорами оконницы мала она всякое дыхание со свев окнах; стучат и в стены, и в двери, та сжить. Прежде всего она статак что брёвна лопаются. А люди затола до птиц добираться: н...»








 
2017 www.ne.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.