WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

«Тема кандидатской диссертации Полины Анатольевны Чеснялис «Эстетика и поэтика адамизма в ранней лирике В. Нарбута и М. Зенкевича» ...»

Отзыв

официального оппонента Игоря Евгеньевича Васильева о диссертации

Чеснялис Полины Анатольевны «Эстетика и поэтика адамизма в ранней

лирике В. Нарбута и М. Зенкевича», представленной на соискание ученой

степени кандидата филологических наук по специальности 10.01.01. Русская литература.

Тема кандидатской диссертации Полины Анатольевны Чеснялис

«Эстетика и поэтика адамизма в ранней лирике В. Нарбута и М. Зенкевича»

представляется научно значимой и актуальной, поскольку, во-первых, с очевидностью малоисследована и, во-вторых, уже длительное время являет собой площадку для научных дискуссий. Специалистов и любителей поэзии Серебряного века продолжают волновать вопросы статуса адамизма, степени его самостоятельности и соотношения с акмеизмом. Осложняет картину и история формирования нового, постсимволистского, направления, в истоках становления которого синхронно звучали названия «Цех поэтов», адамизм, акмеизм, неоклассицизм, неореализм.

Оглядывающемуся на Запад Николаю Гумилеву импонировало обозначение с древне-греческой основой «акме», переводимой как вершина, высшая точка, расцвет, зрелость. Сергею Городецкому с его тягой к этнографии и фольклору ближе был термин «адамизм». Но оба теоретика, сравнивали поэта с первым человеком на земле, Адамом, открывателем первозданной картины мира. В дальнейшем термин адамизм отошел на задний план и стал обозначать одно из течений акмеизма. О творчестве двух его представителей



- Владимира Нарбута и Михаила Зенкевича - и идет речь в работе П. А.

Чеснялис.

Диссертантку интересуют эстетика и поэтика адамизма в раннем творчестве В. И. Нарбута и М. А. Зенкевича. Если пренебречь тем, что понятием «ранняя лирика» в диссертации покрывается почти десятилетний период творческой практики поэтов, то обращение к книгам «Аллилуиа» и «Плоть» В. Нарбута, «Дикая порфира», «Под мясной багряницей», «Четырнадцать стихотворений» М. Зенкевича вполне может служить поставленным в работе целям и способно дать искомое представление об особенностях эстетики и поэтики адамизма - левого крыла акмеизма, формирующегося во взаимодействии таких направлений модернизма 1910-х годов как символизм - акмеизм - авангард.

В скобках поясню, чем смущает определение «ранняя лирика» в данном случае. Термин этот вполне приемлемый, хотя и растяжимый. Чаще всего раннее творчество трактуется как период становления, поиска собственной индивидуальности поэта. Для М. Зенкевича и В. Нарбута время ученичества - конец 1910-1911 годы. Книги 1912 года «Аллилуиа» и «Дикая порфира» были книгами уже сложившихся авторов, полноценных представителей гумилевского «Цеха поэтов». Именно поэтому они привлекаются исследователями для анализа поэтических основ адамизма.

Справедливо отмечая сконцентрированность внимания большинства ученых на изучении творчества правого фланга акмеистов - А. А.

Ахматовой, О. Э. Мандельштама, Н. С. Гумилёва, что не может не приводить к известной однобокости, П. А. Чеснялис сосредоточилась на задачах выявления общности творческих практик В. И. Нарбута и М. А.

Зенкевича как переходных и симбиозных. Для этого в первой части первой главы «Адамизм в контексте акмеизма, символизма и авангарда» она подробно анализирует основные критические, теоретические и историколитературные работы, связанные с реконструкцией восприятия адамизма в момент его появления, а также осмыслением его как культурного феномена эпохи. Это статьи и рецензии теоретиков акмеизма Н. С. Гумилёва и С. М.

Городецкого, О. Э. Мандельштама, письма В. И. Нарбута к М. А. Зенкевичу, работы современных исследователей об акмеизме и творчестве Нарбута и Зенкевича. В ходе этого обзора автору диссертации удается создать в первом приближении представление об общих особенностях адамизма и степени его изученности. Надо заметить, обычно подобный материал концентрируется в постановочной части Введения.

Во второй и третьей частях первой главы аналогичным обзорным способом обрисовывается символизм и авангард и производится сопоставление их отдельных параметров и свойств с ведущими характеристиками адамизма, такими как снятие оппозиции духовного и телесного, прекрасного и безобразного, внимание к физиологии, отвратительным, тошнотворным подробностям.

В результате делаются важные выводы о том, что адамизм, с одной стороны, в чем-то продолжает символизм и собственными средствами открывает мир заново, по-своему проникая в его тайны. С другой стороны, он подрывает акмеизм изнутри и приближается к авангарду. Выводы эти вполне приемлемы, хотя и выглядят довольно умозрительными, ибо получены косвенным образом сквозь призму идей манифестов, мнений критиков и авторов специальных исследований почти без обращения к художественным текстам. Отсутствие анализа произведений изменяет понятие «контекст». Речь идет не об исторических контекстах литературных направлений, а о контекстах представлений об акмеизме, символизме и авангарде в литературно-критическом и научном сознании. Не вполне оправданными выглядят в этой главе обширные характеристики символизма и авангарда, чаще всего даваемые безотносительно к предмету исследования и выглядящие автономно.

Вместе с тем первая глава - важное звено в развитии научного сюжета рецензируемой диссертации. Полученные в ней результаты не только обрисовывают адамизм и смежные с ним явления, но и создают матрицу, на которую удобно ложится исследовательский материал следующих глав, имеющих практическую направленность. В этих главах автор работы уже погружается в поэтический материал и обнаруживает хорошие аналитические способности в интерпретации текстов главных адамистских книг Нарбута и Зенкевича.

з Особенно удачен разбор книги Нарбута «Аллилуиа». П. А. Чеснялис выявляет наличие своего, несимволистского отношения Нарбута к потустороннему: символисты выстраивали вертикаль движения к запредельному как сакральному и божественному, адамистское же трансцендентное, показывает П. А. Чеснялис, одомашнивается, приближается у Нарбута к человеку, преломляясь в повседневности, бытовых связах и отношениях Потустороннее и земное, людское и демонологическое, человеческое и звериное, живое и вещественнопредметное переплетается и образует общую единую плоть, погруженную в непрерывную череду уравнивающих всех существ рождений и смертей, взаимодействий и метаморфоз, становления и разрушения.

П. А. Чеснялис оправданно считает это свидетельством приятия мира в многообразии своих проявлений. Она продолжает наблюдать за этим процессом отождествлений и при анализе книги Нарбута «Плоть», отмечая «стремление субъекта к уподоблению различным формам живого: растению, зверю, птице, насекомому» (с. 73), слиянию со стихиями, а также жажду полноты телесных ощущений: обонятельных, осязательных, зрительных.

Диссертантка отмечает маргинализацию субъекта, выражающуюся в мотивах странничества, отщепенства, болезни, измененного сознания, что, вероятно, свидетельствует о декадентско-модернистских тенденциях в творчестве Нарбута.

Материал второй главы и его интерпретация убеждают в эффективности избранных П. А. Чеснялис подходов, обстоятельности доказательств, наглядности примеров. Наиболее значимые результаты работы, проведенной в этой главе, ведут, к концептуально важным выводам о близости отдельных сторон адамизма Нарбута авангарду. Диссертантка видит эту близость в опоре на эстетику безобразного, в желании раствориться в материи через разрушительные интенции и переродиться, использовании стилистики агрессии при изображении природных образов и картин, циклической трактовке времени.

Жаль, что П. А. Чеснялис при разговоре о близости творческих устремлений Нарбута поискам авангарда не доходит до осмысления его вызывающе дерзких книгоиздательских практик, в чем-то даже упредивших родственные футуристические эксперименты. Книги-самоделки, рисуночные книги-самописьма, типографская вязь и орнаментика, визуализировавшие тексты у футуристов, очаровывали одних и шокировали других. Но разве не несла в себе эпатажную подкладку книга «Аллилуиа», изданная на особой бумаге, на которой, возмущались критики, даже Пушкин не писал, с особым «церковнославянским шрифтом с киноварными заглавными буквами из старопечатной псалтыри», с титлами?

Книга Нарбута по роскошному и изысканному оформлению как визуальный объект резко контрастировала с низким содержанием, натуралистическими бурлескными картинами, физиологизмом и поэтому побуждала к эстетическому сопротивлению тех, кто видел в этом кощунство и богохульство.





Например, прижизненная литературная критика устами Львова-Рогачевского отмечала: «Кричащая, дерзновенная внешность книги, изданной в стиле Акафиста — подчеркивает фривольность некоторых описаний» (Львов-Рогачевский Владимир. Без темы и без героя (Отрывок) //Акмеизм в критике. 1913-1917 / сост. О. А. Лекманова и А. А. Чабана. — СПб. : Изд-во Тимофея Маркова, 2014. С 98-99.) Опыт издания следующей Я имею в книгопродукции, как представляется, продолжает эту же линию.

виду маленькую, чуть больше спичечного коробка, книжку-игрушку Нарбута «Любовь - любовь» 1913 года с пропущенной сквозь переплет ниткой для укрепления ее на новогодней елке. В книге было всего два стихотворения. Это тоже артефакт для своего времени нетрадиционный.

Вот эта авангардная книжная эстетика выпадает из поля зрения П. А.

Чеснялис, как выпадают также и многие аспекты поэтики - все, что касается формотворческих стратегий Нарбута, структурно-морфологического своеобразия произведений поэта: вопросов жанра, композиции, художественной речи и стилистики, ритмики и стихосложения. П. А.

Чеснялис обстоятельно характеризует предметно-тематическую сферу лирики Нарбута, рассматривает отдельные мотивы (в частности, мотив слияния человека и мира, погружения в стихии, мотив трансформации объектов на уровне материальных образований), изучает особенности мировосприятия и мироощущения автора, рассматривает особенности лирического субъекта - все это относится к анализу направленческой стороны творчества Нарбута и, безусловно, важно для понимания художественной философии поэта и эстетических основ картины мира, репрезентируемой его стихами, но не охватывает таких сторон поэтики, названной, наряду с эстетикой, в качестве предмета исследования в диссертации, как стиль и жанр. Причины отсутствие внимания к этим сторонам поэтики Нарбута - стилю и жанру - следовало бы оговорить.

Третья глава диссертации посвящена анализу лирики М. Зенкевича.

Зенкевич наименее изученный автор, поэтому все, что пишет П. А. Чеснялис о нем, особо интересно. Автор диссертационного сочинения в основном оправдывает читательские ожидания. В главе дается квалифицированное филологическое исследование особенностей адамистического творчества М.

Зенкевича. П. А. Чеснялис идет к пониманию сущностных характеристик поэзии Зенкевича через исследование метасюжета его лирики, формирующего философско-эстетическую картину мира. Она показывает, что изображаемая Зенкевичем реальность - это мир первоначалий и первоимпульсов, связанных с жизнью материи и природы, человека и его деяний, истории и цивилизации. Материя - строительный материал вселенной - порождает природу, земная природа порождает человека, человек - порождает технику и цивилизацию. Поэта интересует сложная диалектика взаимоотношений и взаимодействий этих звеньев. Материя как вселенская субстанция, определяет мощь первозданных сил и стихий природы, которая выступает в качестве сверх-субъекта, регулирующего земную жизнь. Человек в каком-то смысле ошибка природы: не обладая звериным инстинктом, он переоценивает возможности собственного разума, б а техника и цивилизация, парадоксально восходя к креативным способностям природы, усугубляет незавидное положение человека в мире.

П. А. Чеснялис рассматривает движение комплекса идей М. Зенкевича, проявляющееся в регрессе к символистским концепциям. Если сначала в лирике Зенкевича место сакрального божества занимает природа, то позже подмечает П. А. Чеснялис, - природа заменяется декадентской богиней, прекрасной и карающей за близость или желание близости (с. 133).

Женщина-вамп, являясь в некотором смысле субститутом цивилизации, дублирует роль антагониста лирического субъекта и, будучи привлекательной, но бесплодной, провоцирует человека-мужчину либо на агрессию, либо, чаще всего, на смерть и заклание.

П. А. Чеснялис обстоятельно характеризует концепцию мира и человека в творчестве Зенкевича, но опять-таки, как и в случае с Нарбутом, избирательно освещает проблемы поэтики, касаясь только мотивной сферы стихов и отдельных сторон образности.

Проводимые в главе сближения адамизма с авангардом интересны, однако обозначены пунктирно, не развернуты. Если бы они сопровождались сопоставлением текстов Зенкевича и авангардистов, работа бы значительно выиграла. Например, общие для Зенкевича и футуристов темы «борьбы между субъектом и предметом», «противостояния человека и его собственных изобретений» (с. 132) можно было бы проиллюстрировать произведениями Велимира Хлебникова «Журавль», «Змей поезда», Маяковского «Владимир Маяковский. Трагедия» (первоначальное название

- «Восстание вещей»). «Способность к поглощению элементов сверхсубъекта» как «авангардная тенденция» (С. 108) выпукло представлена у Крученых в стихотворении «Я поставщик слюны аппетит на 30 стран...».

Особенно любопытно следующее наблюдение автора диссертации:

«Авангардные элементы, обнаруживаемые в лирике М.

А. Зенкевича, выражаются в восприятии и изображении мира не как объекта, но как совокупности динамических процессов, в которых постоянно происходят разрушение и формообразование» (с. 132). Действительно, суть авангардной парадигмы художественности в том, что футуристические творения не столько изображали действительность, сколько выражали ее энергийные возможности, силы движения и становления. Отсюда появление беспредметной живописи и заумной поэзии А. Крученых, И. Зданевича, И.

Терентьева. Футуристы-заумники порывали с мимезисом. Они не хотели удваивать природу и копировать натуру, не стремились создавать цельные картины, реальные сцены, зарисовки быта и т. п. Их изображение, при всем обилии конкретных деталей - это не портретирование эмпирической реальности, пусть и субъективно-поэтически прочувствованной, а создание гетерогенной и поэтому фиктивной пространственно-временной протяженности.

Знаковая конструкция приобретала абсурдные черты благодаря освобождению слов от фиксированного значения и рациональной связи с предметно-смысловой сферой, как в стихотворении Крученых:

ШЕСТИЗАРЯДНЫЙ КУБИК

шевелится в ноге рекомендация гладит мою ГЛЯНЦЕВУЮ улыбку а я ничего не вижу насупленный щедротами ЯЩИК!..

(Крученых А. Стихотворения. Поэмы. Романы. Опера. СП., 2001. С. 98.) Зенкевич же и Нарбут, хотя и смотрели в сторону кубо-футуризма, никогда не порывали с традиционными художественными моделями. Их стихи воспроизводили ситуацию и действующих лиц так, как если бы те были в действительности, а задача поэта — описать, отобразить колоритные фигуры персонажей, показать их связь с обстоятельствами существования.

Между изображением и эмпирической реальностью — ясные отношения изоморфизма и подобия.

В работе П. А. Чеснялис встречаются отдельные недочеты: повторы цитат, отсутствие некоторых позиций в списке использованной литературы (Лавринова А. Ю. Поэзия Владимира Нарбута в контексте его эпохи // Международный научно-исследовательский журнал. 2013. Выпуск № 10-2 (17); Бялосинская Н., Панченко А. Косой дождь // Нарбут В. И.

Стихотворения. М., 12990; Беспрозванный Вадим. Владимир Нарбут:

Поэтика Аллилуиа // 11ир://з11ез.и1:огоп1:о.са/1:зд/39/18д39_Ьезрго2^апу.рёГ;

Мельник Д. В. Украинский аспект в поэзии В.И. Нарбута // Вестник славянских культур. 2008. № 1-2. Т. IX; Чабан А.А. О «поэтическом манифесте» акмеистов работы С. Городецкого // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология». №3. 2010. С. 212 - 217; Чабан А. Журнал «Гиперборей»: своеобразие и роль в системе акмеизма: Дисс.... канд. филол.

наук. М., 2011; Надь И. Журнал «Аполлон», его роль в формировании эстетической платформы акмеизма // Проблемы изучения и преподавания русской классической и советской литературы. М., 1983. С.86-94; Иванова И.И. Ирония в поэзии В.И. Нарбута (раннее творчество) // Русская литература ХХ-ХХ1 веков: проблемы теории и методологии изучения:

Материалы Международной научной конференции: 10-11 ноября 2004 г. \ Ред.-сост. С.И. Кормилов. - М.: Изд-во Моск. Ун-та, 2004. - С. 49 — 52);

отсутствие указаний страниц и издательств в нескольких случаях.

Но ни эти мелкие недочеты, ни те, о которых говорилось выше, не отменяют значительности сделанного П. А. Чеснялис. Интерес к многомерности видения адамизма, желание рассмотреть и понять многосоставную природу его эстетики и поэтики определяют высокое качество защищаемой кандидатской диссертации. Она, вне всякого сомнения, принадлежит к числу исследований современного звучания, цели, задачи, научная проблематика и методология которых свидетельствуют не только о хорошей эрудиции ее автора, но прежде всего о его стремлении к глубокому изучению существа, специфики, особенностей функционирования и форм соприкосновений адамизма с родственными и параллельными культурными образованиями.

Она привлекает многообразием наблюдений при обилии аргументации и серьезности научных выкладок. Основные положения диссертации тщательно продуманы, проработаны логические переходы и смысловые связки между частями изложения, в результате чего научная концепция предстает в наглядном, рельефно прорисованном виде.

Работа П. А. Чеснялис в целом заслуживает высокой оценки. В ней достигнута цель, заключающаяся в выявлении своеобразия эстетики и поэтики адамизма, как течения внутри акмеизма. Она написана квалифицированно, человеком, глубоко постигшим филологическую суть предмета исследования.

Это интересный, целостный и самостоятельный труд, опирающийся на перспективкые методологические подходы в разработке сложных проблем поэзии начала XX века. Рассуждения автора диссертации базируются на серьезном освоении специальной литературы, творческом видении изучаемого предмета, обширных познаниях в области теории и истории литературы.

Высокий научный уровень позволяет видеть в кандидатской диссертации Чеснялис Полины Анатольевны «Эстетика и поэтика адамизма в ранней лирике В. Нарбута и М. Зенкевича» законченное и завершенное исследование, полностью соответствующее требованиям пп. 9-11, 13, 14 «Положения о присуждении ученых степеней» (от 24.09.2013 г. № 842), предъявляемым к работам такого типа.

Автореферат и тематика публикаций вполне отражают развиваемую диссертантом концепцию. Работа обладает значительной теоретической и практической ценностью: ее результаты могут быть использованы в научной, преподавательской и популяризаторской деятельности.

–  –  –



Похожие работы:

«Багаутдинова Гульзада Гадульяновна ФАКТОРЫ РИТМИЧЕСКОЙ ПРОЗЫ В ПОВЕСТИ И. А. ГОНЧАРОВА СЧАСТЛИВАЯ ОШИБКА Предметом изучения является малоизученный аспект гончароведения ритм художественной прозы. В статье выявляются основные принципы ритмической прозы звуковые, лексико-грамматические повторы, синтаксический параллелизм в со...»

«Французский язык Методическое обоснование Структурно-переводная тестовая работа с установками разного характера и методическое обоснование заданий разработаны в соответствии со стандартом изучения ф...»

«б 81.2Каз Ж78 Б. К. Жумабекова ком м уникативно П РАГМАТИ ЧЕСКИЕ АСПЕКТЬ* КАТЕГОРИИ ПОБУДИТЕЛЬНОСТИ НА МАТЕРИАЛЕ КАЗАХСКОГО И НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКОВ П авлодар М и н и стер ство о б р а зо в а н и я и науки Р е сп у б л и к и К азахстан П а в л о д а р с к и й го с у д а р с т в е н н ы й у н и в е р с и...»

«Хакимьянова Айгуль Мужавировна ГЕНДЕРНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ КОНЦЕПТОВ ‘МУЖЧИНА’ И ‘ЖЕНЩИНА’ В БАШКИРСКИХ НАРОДНЫХ ЛИРИЧЕСКИХ ПЕСНЯХ В настоящее время широко распространены гендерные исследования концептов, которые отражают представления народа о женственности и муж...»

«НОМАИ ДОНИШГОЊ УЧЁНЫЕ ЗАПИСКИ SCIENTIFIC NOTES № 2 (43) 2015 10.02.22. ЗАБОНЊОИ МАРДУМИ КИШВАРЊОИ ХОРИЉИИ АВРУПО, ОСИЁ, АФРИЌО, БУМИЁНИ АМРИКО ВА АВСТРАЛИЯ 10.02.22. ЯЗЫКИ НАРОДОВ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН ЕВРОПЫ, АЗИИ, АФРИКИ, АБОРИГЕНОВ АМЕРИКИ И АВСТРАЛИИ 10.02.22. LANGU...»

«Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского Серия "Филология. Социальные коммуникации" Том 26 (65). № 1 – С. 293-299 УДК 81’42:32 Дискурс реагирования: неориторическая модель политической коммуникации Синельник...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ | Серия Гуманитарные науки. 2013. № 6 (149). Выпуск 17 75 УДК 808.2-318+802.0-318 СОЦИАЛЬНАЯ ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА ФРАНКОЯЗЫЧНЫХ АФРИКАНЦЕВ-ИММИГРАНТОВ ВО ФРАНЦИИ* Современная язы ковая ситуация во Франции отличается А. Н. Лангнер сложностью и неоднородностью. Соотнош е...»

«ТРАНСФОРМАЦИЯ СИСТЕМЫ ЖАНРОВ В ТАТАРСКОЙ ЖУРНАЛИСТИКЕ Л.Р. Сабирова, К(П)ФУ, ассистент кафедры татарской журналистики E-mail: lysabirova@yandex.ru Теория журналистики, как любая наука, имеет свои законы и стремится к классификации материала, который и...»

«МОРЕНО Виолетта Рубеновна СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ДОМИНАНТЫ В ИНДИХЕНИСТСКОЙ ПРОЗЕ Х. М. АРГЕДАСА КАК ОБЪЕКТ ЛИНГВИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ Специальность 10.02.05. – Романские языки ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научный руководитель д.ф.н., проф. Мед Н....»

«УДК 81.25.347.78.034  Вестник СПбГУ. Сер. 9. 2012. Вып. 1 И. А. Лекомцева 1 ДИНАМИКА ЯДРА И ПЕРИФЕРИИ ОНОМАСТИЧЕСКОГО ПОЛЯ ФОЛЬКЛОРНОГО ПЕРСОНАЖА В АСПЕКТЕ ПЕРЕВОДА Современный подход к представлению о художественном переводе опирается на понятие деятельности [1–5]. Перевод не сводится к субститутивно-тр...»








 
2017 www.ne.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.